Дочь комедиантов - Коломб Жозефина - Страница 20

Глава XXIV

Опекун и наследница

Вскоре после смерти тетушки Перро Крошка побывала у нотариуса, который ввел ее в права наследства. Само собой разумеется, что дедушка Карилэ был назначен ее опекуном.

Нотариус торжественно прочел старику длинную речь о его новых обязанностях, из которой старик не понял ни единого слова. Он с недоумением слушал этого важного господина, который, сидя в большой мрачной комнате, заваленной толстыми книгами, строго наказывал ему беречь имущество Крошки, расходовать проценты с него осмотрительно и ни в коем случае не трогать капитала. Что он хотел этим сказать?

Нотариус все время твердил, что теперь Карилэ должен исполнять обязанности отца Крошки… Но разве старик не делал этого в течение многих лет без всяких напоминаний? И что подразумевал этот важный месье в толстых очках, когда убеждал дедушку Карилэ не тратить деньги, завещанные Крошке тетушкой Перро? Да разве он способен обмануть свою дорогую внучку?! У него и в мыслях не было тратить чужие деньги! Он и свои-то каждый вечер всегда отдавал тетушке Перро на расходы.

Вероятно, нотариус хотел сказать что-то другое, но было совершенно непонятно, что именно он хотел сказать. Почему бы ему не говорить просто, как говорят все люди? Ведь он видел, что перед ним стоит простой человек!..

Старик решил обратиться за разъяснением к Крошке, думая, что она своим ясным умом лучше поняла, что хотел сказать нотариус.

— Скажи мне, Крошка, — обратился он к ней, останавливаясь посреди улицы, — поняла ли ты, что я теперь обязан делать? Повтори мне это ясно и просто, своими словами. Я, признаться, не совсем понял, что говорил нотариус.

Крошка улыбнулась.

— Тебе, дорогой дедушка, надо продолжать жить так, как раньше. Будем жить, как и прежде. Все хозяйство и расходы я беру на себя. Я уже давно помогала во всем тетушке Перро и знаю, как взяться за дело.

— Хорошо. А как мы теперь устроимся?.. Знаешь что? А переселяйся-ка ты в комнату тетушки Перро, она и больше, и светлее твоей.

— Это не принесет нам никакого дохода.

— Дохода?.. А ведь и правда: комнаты же сдаются внаем… Я совсем забыл об этом. И маленькую комнату рядом с ней тоже надо сдавать?

— Разумеется. Я наклею на окна и у ворот объявления, что здесь сдаются комнаты. Уверена, что жильцы найдутся быстро.

И действительно, не прошло и недели, как в квартиру Карилэ постучалась маленькая полная женщина лет пятидесяти в темном вдовьем чепце и попросила показать комнаты.

Пока Крошка ходила за ключами, незнакомка успела завести разговор со стариком. По-видимому, она была словоохотлива, потому что тотчас прервала молчание.

— Как трудно нынче жить на свете! — сказала она, обращаясь к Карилэ.

«Я так не думаю», — хотел было ответить старик, никогда не жаловавшийся на судьбу, но, не дожидаясь ответа, незнакомка заговорила снова и принялась рассказывать ему про свою жизнь.

Она овдовела пятнадцать лет назад и осталась после смерти мужа без всяких средств, с пятилетним сыном на руках. Как трудно было бедной одинокой женщине воспитывать сына и зарабатывать средства к существованию! И все-таки она сумела отдать своего Жана в школу, где учителя не могли нахвалиться им. Доказательством тому служил большой ящик с наградами, хранящийся у нее. Затем Жан поступил в ремесленное училище, а оттуда — в учение к столярному мастеру Ковену, у которого теперь считался лучшим работником. Теперь Жан зарабатывал хорошие деньги, и она, вдова Лебо́, — незнакомка не упустила случая назвать свою фамилию, — не терпит нужды и может не портить глаза за штопкой носков и чулок, хотя и продолжает потихоньку трудиться.

При этих словах Карилэ одобрительно кивнул головой и скромно заметил, что если она так долго трудилась для сына, то вправе ожидать, что и он позаботится о ней и послужит ей опорой на старости лет. Вдова Лебо стала уверять его, что и Жан так считает, но она сама не хочет быть сыну в тягость, пока у нее есть силы, чтобы работать.

Тем временем Крошка вернулась с ключами и отворила комнату покойной мадам Перро.

— Посмотрите, — сказала она, отворяя окно, — какой отсюда прекрасный вид на луга и леса! Вдалеке видна Луара 6, а на ней — суда, нагруженные дровами, углем и торфом. А дальше вьется дорога на Ренн, обсаженная серебристыми тополями.

Вдова выглянула в окно и осталась довольна.

— Комната очень хорошая, — продолжала Крошка, — и зимой в ней тепло. Мы хотим сдавать ее с мебелью, вы видите, какая она чистая и красивая. Кроме того, я должна сказать вам, что здесь очень тихо: в нашем доме живут только приличные люди.

— Значит, вы сдаете комнату с мебелью? — переспросила вдова Лебо. — Вероятно, для нас это будет слишком дорого. У меня ведь есть и своя мебель: кровать, большой шкаф, комод, стол и четыре стула. Для всего этого надо найти место. Кроме того, мне нужна еще и спальня для Жана, потому что с тех пор, как он вышел из учеников, он уже больше не ночует у хозяина. До сих пор я всегда расстилала для него матрац на полу в кухне. Конечно, так можно поступать и теперь, если только в вашей кухне найдется место для матраца…

— У нас есть как раз то, что вам нужно, мадам, — прервала ее Крошка, поспешно отворяя дверь в соседнюю комнату. — Вот комната без мебели, которая как нельзя лучше подойдет вашему сыну. Там можно будет поставить кровать, а рядом с ней — шкаф. В углу прекрасно поместится комод, а стол лучше будет смотреться посреди комнаты. Вы можете устроиться даже еще удобнее: вот там, где стоит стенной шкаф, прежде была дверь в соседнюю комнату. Сейчас она заколочена, но ее можно легко открыть, и тогда вам не нужно будет проходить по коридору.

Дедушка Карилэ был в восторге от деловитости своей внучки. «Какая умница! И откуда только у нее берутся нужные слова? А меня еще назначили ее опекуном! Вот потеха! Скорее ее надо было назначить моим опекуном! Нет, о Крошке нечего беспокоиться: она прекрасно управляет своим имуществом!»

Вдова Лебо внимательно осмотрела обе комнаты, несколько раз отворила и затворила двери, заглянула в стенные шкафы, промерила стены и призадумалась.

— И сколько вы хотите за две комнаты? — спросила она нерешительно.

— Вы видите, мадам, комната хорошо меблирована, а потому, мне кажется, что двадцать франков в месяц за обе комнаты будет не слишком дорого. За эти деньги вы не найдете квартиру с таким прекрасным видом из окна и спокойными соседями.

Просторные, светлые комнаты, по-видимому, понравились вдове Лебо, жившей в тесной каморке, хотя цена и показалась ей высокой.

— Ну, что ж! Теперь нам средства позволяют нанять и такую квартиру! — сказала она даже с некоторой гордостью и согласилась нанять комнаты за ту цену, которую запросила Крошка.

Неделю спустя вдова Лебо переехала вместе со своим сыном в новую квартиру.

Молодому человеку было на вид лет двадцать. Его круглое открытое лицо, оживленное ясными карими глазами, дышало здоровьем и весельем.

Дедушка Карилэ, помогавший устраиваться новым жильцам, радовался соседству с молодым человеком, который был учтив и почтителен не только с матерью, но и со всеми пожилыми людьми. К тому же по всему было видно, что Жан Лебо искусен в своем мастерстве. До того ловко он управлялся с инструментами, забивая гвозди, устанавливая полки и приделывая вешалки.

Глава XXV

Новые друзья

Когда две семьи живут под одной крышей, они обязательно должны подружиться, и очень уж редко бывает, чтобы они стали врагами.

Крошка всегда была так предупредительна, ласкова и услужлива, что только самая сварливая женщина не ужилась бы с ней. А вдову Лебо никто не назвал бы сварливой. Она была доброй женщиной, правда, немного болтливой, но Крошка предпочитала видеть в этом скорее ее достоинство, чем недостаток, потому что сама она больше любила слушать, чем говорить.

Обе хозяйки быстро сошлись, и мелкие услуги, без которых не обойтись, живя по соседству, еще более сблизили их. Дедушка Карилэ, со своей стороны, привык по вечерам болтать с тетушкой Перро и теперь был рад перемолвиться словечком с вдовой Лебо.