Дочь комедиантов - Коломб Жозефина - Страница 12

— Что ты говоришь? Колдуньи не любят воды!

— Колдунья, куда ты девала свою метлу?

— Ты тоже умеешь давать представления? Ну-ка, покажи нам свои фокусы!

— Потанцуй-ка!

— Да, да, спляши нам что-нибудь, а мы будем танцевать вокруг тебя!

Девочки схватились за руки, окружили Крошку и с хохотом и криком стали вертеться вокруг нее, награждая бедняжку толчками и разными обидными прозвищами.

— Акробатка! Комедиантка! Колдунья! — раздавалось со всех сторон.

Эта злая шутка совсем ошеломила бедную девочку. Не имея сил вырваться из рук своих мучительниц, она умоляющим голосом стала просить их:

— Отпустите меня домой! Дедушка ждет меня! Прошу вас, отпустите меня!

Но ее просьбы никто не услышал: девочки продолжали с хохотом кружиться вокруг нее. Напрасно Крошка смотрела на них с мольбой, в надежде заметить у кого-нибудь хотя бы малейшее участие к себе. Увы, повсюду ее взгляд натыкался на насмешливые лица.

Совсем растерявшись, малышка закрыла лицо руками и сквозь душившие ее слезы стала шептать:

— Дедушка, помоги мне! Дедушка, помоги своей Крошке!

Внезапно пляска прекратилась, дикий хохот смолк, и толпа девочек отхлынула в сторону.

Крошка подняла глаза и увидела пред собой дедушку Карилэ. Его обычно ласковый голос дрожал от гнева, когда он крикнул детям:

— Ах вы, злые девчонки! Неужели у вас нет сострадания к сиротке? И не стыдно вам так жестоко обижать беззащитную малышку?..

Школьницы отступили.

— Моя бедная девочка! — продолжал старик, утирая Крошке слезы. — А я-то обещал ей, что вы будете любить ее и играть с ней! Уйдите прочь, скверные дети! Вот увидите: Бог вас накажет за это!

Карилэ поднял лежавшую на земле корзиночку, взял Крошку за руку и, еще раз гневно взглянув на оробевших девочек, быстро удалился.

Глава XVI

Кто такой Бог?

Теперь и речи не могло быть о том, чтобы Крошка ходила в школу! В течение всего вечера Карилэ осыпал свою любимицу ласками, а на следующее утро снова дал ей в руки метелочки и отправился с ней бродить по городу.

Старик больше не обращал внимания на ворчание тетушки Перро, пытавшейся доказать ему, что рано или поздно девочке придется все же сойтись с людьми. Карилэ упорно стоял на своем и решил впредь не подвергать малышку насмешкам и обидам ради призрачной выгоды, которую сулит образование.

Она продолжала бродить с ним по улицам, продавать метелочки и получать за них деньги. Но прежняя веселость Крошки исчезла, и она рассеянно следовала за стариком. Маленькая головка усиленно работала.

Как безжалостны были к ней эти девчонки! Неужели все люди так же жестоко поступают с теми, за кого некому вступиться? И разве надо непременно знать все то, чему учат в школе? А как добр был к ней дедушка! Как он защищал ее! И почему он, всегда такой добрый и тихий, вдруг произнес такие строгие слова? И что он хотел сказать, когда закричал девочкам: «Бог вас накажет!»?

Эти мысли не давали девочке покоя, а когда дедушка Карилэ вечером подошел к ее кроватке, чтобы попрощаться на ночь, она крепко обняла его и прошептала:

— Ах, как я люблю тебя!

А после минутного молчания прибавила:

— Скажи мне, кто их накажет?..

— Кого, моя дорогая?

— Тех злых девочек. Ты сказал им: «Бог вас накажет». Кто это — Бог?

Этот вопрос озадачил старика, и он не знал, как на него ответить.

— Ну… как тебе сказать… Бог!.. Да ведь его все знают!

— Но я не знаю. Разве в школе рассказывают о нем?

— В школе?.. Да, разумеется. Но Бога знают и те, кто не ходит в школу. Вот я, например, никогда не ходил в школу, а все-таки знаю о нем.

— Так расскажи мне! Ты говоришь, он накажет тех злых девочек? Что он им сделает?

— Этого я не знаю, но Бог наверняка их накажет, потому что он добр и не любит злых. Бог любит только добрых людей.

— Стало быть, тебя он очень любит! — сказала девочка, прижимаясь к груди старика. — А где живет Бог?

— На небесах, на прекрасных синих небесах, там, где светятся звезды. Он сотворил весь мир, солнце, звезды и землю, людей и все, что мы видим.

— Но я никогда не видела там Бога! Наверное, его всегда скрывают облака?

— Его никто не видел, но Бог все-таки пребывает на небесах и любит добрых людей. Ну, теперь ты знаешь, кто такой Бог?

— Да, дедушка, — прошептала девочка, обнимая старика.

Ее стало клонить ко сну. Пальчики, крепко державшие руку Карилэ, стали ослабевать и, наконец, бессильно упали на одеяло. Глазки сомкнулись, но мысли и во сне еще продолжали витать на небесах, у всемогущего доброго Бога, который милостиво взирал с недосягаемой высоты на землю и охранял покой добрых людей.

Карилэ лег в постель, но долго не мог заснуть. Невинные вопросы малышки глубоко взволновали его.

— Не помню, от кого я в первый раз услышал о Боге, — бормотал он. — Я думал, что и Крошка давным-давно слышала о нем. Ей придется еще многому учиться, но в школу я ее не пошлю, буду учить сам. Чему она научится у той суровой учительницы и у злых детей? Хотя я и темный человек, но слышал много хорошего на своем веку. Вот обо всем хорошем я и буду говорить с малышкой. Надо только подумать, как объяснить ей, когда она опять будет спрашивать меня. Сегодня вечером я не сумел ясно ответить на ее вопросы, и она, наверное, не поняла меня. Жаль, что я не умею говорить с маленькими детьми. И как трудно подбирать нужные слова!.. Как досадно, что я ничему не учился!

Подобные мысли долго не давали покоя старику, но усталость взяла свое, и он наконец заснул глубоким сном.

Глава ХVІІ

Месть

После этого случая Крошка совсем притихла, стала задумчивой и печальной. Она узнала, что на свете есть злые люди, и ей стало грустно.

Правда, она знала это и прежде, но последние полгода, которые девочка провела среди хороших людей, изгладили из ее памяти все печальные воспоминания прежней жизни, и она начала думать, что недобрым характером отличаются только комедианты. Теперь малышка стала бояться всех и уже нерешительно предлагала прохожим свои метелочки, а получая деньги, робко благодарила покупателей.

Даже с тетушкой Перро Крошка стала сдержанна и робка, в особенности после того, как та снова принялась уговаривать Карилэ послать малышку в школу. Только дедушку она любила по-прежнему. Сидя у него на коленях, она крепко обнимала и целовала его, но ее ласки уже не сопровождались прежним веселым смехом и щебетанием.

Старик нежно отвечал на ласки своей любимицы и со вздохом думал о том, как снять с этого маленького сердца давившую его тяжесть, как рассеять возникшие в душе ребенка сомнения и изгладить из памяти все те оскорбительные прозвища, которыми наделили ее школьные товарки, и как объяснить ей, что грешно и нехорошо так часто повторять: «Бог их накажет!»

Настала суббота, и Крошка снова оживилась, зная, что дедушка пойдет на улицу Роз.

Она весело бежала рядом с ним и с нетерпением ожидала его, когда он останавливался, продавая мельницы. В этот день путь показался ей очень длинным, потому что покупатели так часто останавливали Карилэ, что он распродал почти все свои мельницы, еще не доходя до улицы Роз.

«Пожалуй, мы их не застанем дома», — думала с беспокойством Крошка, внимательно осматриваясь в надежде увидеть кого-нибудь из своих маленьких друзей.

Вдруг она заметила на другой стороне улицы маленькую девочку, которая спокойно шла с корзиночкой в руках. Крошка сразу узнала ее: то была одна из девочек, которые обижали ее в школе.

Краска выступила на лице Крошки, она задрожала от гнева при воспоминании о том дне. Не помня себя, она подняла камень и бросила в девочку, но при этом сама так испугалась своего поступка, что опрометью бросилась бежать.