На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 52

— Можно взглянуть? — нетерпеливо спросила Лариса Петровна.

— Прошу, — отступил я.

Она поднялась, накинула халат и подошла к картине. И застыла. Долго стояла молча, всматриваясь в каждую черту.

— Как же красиво, — тихо сказала она. — Это… это лучшее, что у меня есть. Я и не думала, что ты нарисуешь меня… такой. Ты настоящий мастер, Артём, я в тебе не ошиблась.

— Я написал то, что увидел, — ответил я. — Не больше.

— Подпишись, — попросила она. — Внизу, в углу. Я хочу, чтобы стояло твоё имя.

Я взял тонкую кисть, обмакнул в краску и в нижнем углу холста вывел свою подпись «Артём Краснов». Чужое имя, ставшее моим. Когда-то давно я также подписывал портреты, только совсем другим именем. Игорь Ларин.

Лариса Петровна тут же, без лишних разговоров, отсчитала мне оставшиеся пятьдесят тысяч. Большие деньги, я смогу покрыть ими часть своего кредита в банке.

— И вот что, — добавила она, провожая меня до двери. — Этот портрет будет только началом. Я точно закажу у тебя ещё один. Просто попозже.

— Без проблем, — коротко кивнул я.

Она усмехнулась, попрощалась со мной и закрыла дверь.

Вот и ещё одно дело было позади, отлично.

По дороге домой я обратил внимание на то, какая прекрасная стояла на улице погода. Сидеть в четырёх стенах не хотелось. И я решил позвать Вику на прогулку. Взял телефон и позвонил ей.

— Алло, — отозвалась она почти сразу. — Артём? Что-то случилось?

— Ничего не случилось, — ответил я. — Просто вечер хороший. Подумал, может, ты согласишься составить мне компанию для прогулки?

— Давай, конечно, — обрадовалась она. — Где встретимся?

— Давай на проспекте, у консерватории, — предложил я. — Через полчаса.

— Договорились, — откликнулась она.

Мы пришли к назначенному времени почти что одинаково. Ценил в Вике пунктуальность. Она снова надела лёгкое платье, и была просто прекрасна.

Мы неспешно двинулись вверх по проспекту Кирова.

Вечерний Саратов был хорош. Я уже немало успел походить по этому городу, но всё никак не мог к нему привыкнуть. Проспект здесь был чисто пешеходным, машины на нём не ездили. Дорога была вымощена плиткой, а вдоль проспекта тянулись фонари с круглыми золотистыми плафонами. Ни единой повозки без лошадей, что носились по прочим улицам, только люди, идущие кто куда без всякой спешки. Это мне было по душе. Так гуляли и в моём мире, чинно, ради самой прогулки, а не ради того, чтобы поскорее куда-то попасть.

Я шёл и замечал каждое здание. Сравнивал их с архитектурой своего времени, отмечал сходства и различия.

Возле магазина я купил себе и Вике мороженое, два рожка. Дивная штука. В моём мире такое лакомство подавали разве что к императорскому столу, да и то по большим праздникам, замораживая со льдом в особых формах. А тут любой прохожий может купить его.

— О чём думаешь? — спросила Вика.

— О мороженом, — честно признался я. — Вкусный продукт.

Навстречу нам как раз шли двое молодых людей, и проходя мимо меня, один специально задел плечом.

— Ты чего, широкий что ли? — резко остановился он.

Вика тут же испуганно взяла меня за руку.

— Прошу прощения, но это вы меня толкнули, — заметил я. — Так что и вопрос должен быть адресован вам лично.

Молодой человек посмотрел на своего напарника, потом снова на меня.

— Бычишь ещё? — спросил он.

— Не совсем вас понимаю, — признался я. — Вам что-то нужно?

— Точно издевается, — хмыкнул второй. — Слышь, тебе проблемы нужны?

Кажется, они пытаются искусственно создать конфликт. Интересно, зачем?

— Проблемы никому не нужны, — заслонив собой Вику, ответил я. — Я не очень понимаю, с какой целью вы вообще ведёте этот диалог. Но могу точно сказать, что ни к чему хорошему он не приведёт. Подумайте несколько раз, прежде чем его продолжать.

Они снова переглянулись.

— Ладно, Серый, идём, — заявил первый молодой человек. — Не будем… связываться.

Второй хмыкнул, и они пошли дальше.

— Ну ты даёшь, — восхищённо проговорила Вика. — Так вот взял и поставил их на место. Я думала, драка будет!

— Они не хотели драки, иначе не стали бы тратить своё время на эти бессмысленные разговоры, — ответил я. — Не переживай, со мной тебе нечего бояться.

Мы свернули с проспекта, и вышли на менее оживлённую улицу.

И увидели впереди группу молодых людей. Их было человек пять или шесть, все в капюшонах. В руках у них что-то поблёскивало, и я почти сразу разобрал, что это баллончики с краской. Стена перед ними была уже наполовину расписана яркими буквами и узорами. Граффити, вроде того, что я делал на стене у Вики.

Не успели мы подойти ближе, как один из молодых людей вдруг резко обернулся, что-то крикнул остальным, и вся компания мигом сорвалась с места. Они бросились врассыпную, растворившись в переулках и подворотнях. На земле, у самой стены, в спешке брошенный, остался лежать один баллончик.

Я в полном недоумении подошёл и поднял его. Странное дело. Чего это они так переполошились и разбежались, будто застигнутые за чем-то постыдным? Граффити — это же красивые рисунки.

И в этот самый миг из-за поворота вынырнул полицейский автомобиль. Он резко затормозил прямо напротив нас.

— Попался, — заявил полицейский, выходя из машины.

И я понял, что это было адресовано мне.

Глава 22

Сакура, сакура!

Ко мне неспешно подошёл полицейский, мужчина средних лет с усталым выражением лица. Его напарник остался в машине, и с интересом смотрел в нашу сторону.

— Ваша работа? — строго спросил полицейский, кивнув на стену позади меня. — Вообще-то это вандализм. За такое штраф полагается, а то и кое-что похуже. Документы при себе есть?

Я остался стоять спокойно. За свою прежнюю жизнь я твёрдо усвоил, что в подобном разговоре всего важнее сохранять спокойствие.

— У меня есть документы, — кивнул я. — Но эту работу делал не я. Мы с дамой просто прогуливались по улице. Свернули сюда, а здесь стояла группа подростков. Завидев вашу машину, они тут же разбежались в разные стороны. А баллончик этот я поднял с земли, они как раз его оборонили. Как раз перед тем, как вы подъехали.

— Это правда, — торопливо добавила Вика. — Мы и правда просто шли мимо. Их тут человек шесть было, все в капюшонах. Они как вас увидели, сразу и кинулись бежать. А Артём ничего такого не делал, он просто баллончик подобрал и всё.

Полицейский слушал, но по его лицу было видно, что он не спешил нам верить. В самом деле, ситуация выглядела именно так, словно это я рисовал на стене граффити.

— Складно говорите, — хмыкнул он. — Да вот только слишком уж складно всё выходит. Вы ничего не делали, просто случайно оказались возле стены с баллончиком в руках. Гениально.

Тут к нам поспешил мужчина, который вёл на поводке небольшую лохматую собаку. Я даже не сразу его заметил во всей этой суматохе.

— Товарищ полицейский, молодой человек говорит правду, — вмешался он. — Я тут с Жулькой уже с полчаса хожу, всё видел. Это пацаны местные, я их и раньше тут примечал. Намалюют, а потом разбегаются, как тараканы. А эти двое только-только подошли, минуты не прошло. Парень нагнулся, баллончик с земли поднял, тут вы и подъехали. Не он это, точно вам говорю. Я своими глазами видал.

Полицейский перевёл взгляд с него на меня, потом на Вику, и наконец, кажется, окончательно убедился в нашей правоте. Лицо его немного смягчилось.

— Ну, раз свидетель имеется, — протянул он. — Тогда другое дело. Извините за беспокойство. Сами понимаете, работа такая.

— Понимаю, — кивнул я. — Вы делаете своё дело, и упрекать вас не за что.

— Только баллончик-то отдайте, — он протянул руку, и я тут же вернул ему этот баллончик. — И вот что я вам скажу на будущее. У нас в городе на стенах рисовать без разрешения строго запрещено. Увидите ещё раз такое — лучше сразу нам звоните. Мужчина, вас это тоже касается.