Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео - Страница 6

— Воевода! Куда это ты со своими людьми собрался⁈

Я остановил перехана, которого вёл за узду. Ситранис и Тадар встали по бокам. Колонна за моей спиной замерла. Я смотрел на Вирмина и молчал. С одной стороны, то, что я собирался сказать, нельзя было говорить при всех… Однако и молчать я больше не мог.

Каюсь, меня сорвало. Я многое могу простить людям. Я и сам далёк от образцового человека. Но, увидев командующего здесь, на мосту… Я не мог сдержаться. Да, ты можешь отдать глупый приказ. Можешь защищать город, непригодный к защите. Можешь даже стать причиной гибели тысяч воинов, но не прекратить командовать. Ты даже можешь струсить и сбежать.

Но ты хотя бы потом сделай вид, что ты со своими людьми! Пройди этот проклятый мост, встань посреди города! И руководи оттуда, показывая, что ты вместе со всеми! Что ты не бросил своих подчинённых! Что делишь с ними тяготы службы!

А Вирмин, демоны его дери, даже этого не сделал!..

— Командующий? — я изобразил на лице удивление, потом оглянулся на город, затем снова на Вирмина. — А что ты тут делаешь, командующий Вирмин?

— Я тут командую! — прорычал в ответ тот, покраснев.

— На мосту? — удивился я ещё больше. — Когда твои люди копаются в чёрном песке, вонючих лужах псевдоплоти, посреди грязи и трупов?

Я снова оглянулся на город, затем на командующего, и спросил:

— А… А почему ты здесь, а не с ними?

— Это не твоё дело! — хрипло процедил Вирмин, задрожав от злости. — Ещё раз спрошу… Что ты тут делаешь?

— Мы уходим на левый берег, — спокойно ответил я.

— Я не отдавал такого приказа! — Вирмин шагнул вперёд, и его голос зазвенел гневом. — Вы должны вернуться в город! И держать его, пока не станет ясно, что все войска с правого берега отступили!

Я удивлённо посмотрел на него. На его уставшее лицо, на трясущиеся от злости руки, на перекошенные губы. Он стоял передо мной и требовал, чтобы я вернул своих людей в город. В город, который мы удерживали всю ночь. В город, где мои песчаные воины перемололи орду. В город, который теперь завален трупами и чёрным песком.

А сам собирался остаться на мосту⁈

— Серьёзно? — не удержался я. — А ты нас здесь, на мосту, подождёшь? Да, Вирмин? Отсюда покомандуешь? И как, хорошо тебе отсюда видно-то?

— Да как ты смеешь!.. — прошипел тот, покрываясь красными пятнами.

Подлец и трус. Не люблю таких.

— Ну ты же посмел ночью сбежать сюда, бросив своих людей⁈ — повысив голос, спросил я. — Ты посмел отсиживаться тут, за спинами умирающих воинов⁈

— А что, мне надо было в первых рядах стоять? — как-то неискренне возмутился Вирмин.

Видимо, моё замечание прилетело в цель.

— Но я-то, в отличие от тебя, стоял. Стоял на стене до самого рассвета, — напомнил я. — Стоял и убивал демонов. А я, знаешь ли, пятнадцать тысяч человек за собой веду.

— Сдаётся мне, командующий-то у нас — трус! — громко заявил Ситранис, усмехнувшись. — Свою жалкую жизнь он, похоже, ценит куда выше, чем репутацию среди бойцов.

Я подошёл к хрипящему Вирмину. Наверно, если бы его сейчас удар хватил, я бы только порадовался. Но командующий умирать не собирался. Просто был зол настолько, что и слова вымолвить не мог.

А вот я мог. Имел право. И за себя, и за своих едва уцелевших воинов. И за тех пятнадцать, которые не вернулись со стены.

— И ты пытаешься мне приказывать, Вирмин? Шептуну? — спросил я спокойно. — Это я удержал город, Вирмин… Это мои люди стояли на стене. Это я поднял песчаных воинов, что перебили за утро почти всех демонов. И я должен подчиняться твоим приказам? Мои люди должны умирать, чтобы ты, в угоду своей гордости, держал город, который нельзя удержать?

Я покатал слюну во рту, а потом, наконец, осуществил мечту.

Плюнул в рожу этого командующего.

Тот дёрнулся, как от удара, ошарашенно глядя на меня. Струйка стекала по его щеке, а он и не пытался её стереть. Настолько растерялся, видимо.

А я громко, чтобы все вокруг слышали, произнёс:

— Если ты не трус, то вызовешь меня на бой, Вирмин. И в этом бою пускай боги решают, кто тут достоин жить дальше, а кому пора второй раз пообщаться с Вечным Дитя и больше не портить жизнь другим людям.

Командующий наконец-то отмер. Медленно поднял руку к лицу и стёр плевок.

А вот сказать ничего не смог. Так и молчал, сверля меня полным жгучей ненависти взглядом.

— А если ты так дорожишь своей шкурой… И боишься доказать, что имеешь право командовать мной и моими людьми, то уйди с дороги, трусливый иух! — попросил я, не отводя взгляда, в котором, надеюсь, Вирмин читал свою дальнейшую судьбу. — Ты зазря угробил тысячи воинов в этом недоразумении, называемом городом. Мне не о чем с тобой говорить, ты — дерьмо под копытами перехана. А с дерьмом, знаешь ли, не говорят.

Нет, сначала он потянулся к рукояти меча. Как и любой мужчина, у которого остались хоть крупицы гордости. То, что я сейчас наговорил, тянуло на поединок. И даже на пару поединков.

Вот только поединок всегда забирает чью-то жизнь. А Вирмин знал, что умрёт именно он.

Его лицо дёрнулось, как в истерике. Видимо, этот иух пытался придумать, как выйти из ситуации. Естественно, в голову ему ничего дельного не пришло. И он вцепился, как утопающий в соломинку, в свою недавно полученную должность.

Ну что ж… Это уже второй командующий, которого западное объединённое войско лишится не без моего участия… Мои губы дрогнули в усмешке, и Вирмин, естественно, принял её на свой счёт.

Зато в его голове, наконец, что-то щёлкнуло.

— Командующий не имеет права участвовать в поединках! — сделав уверенное лицо, заявил он.

Не помогло.

— Богам плевать на наши должности и наше положение, — спокойно сказал я. — Если я произнесу священную формулу призыва девяти, ты не спрячешься за должностью, Вирмин. И не сможешь отказаться. А если ты не отойдёшь с дороги, то я начну говорить. И остановиться уже не смогу. Я сегодня потерял пятнадцать человек на стене. Пятнадцать человек, что от самого, демоны тебя дери, Илоса шли, убивая демонов. И ещё одиннадцать человек потерял в расположении отряда. А они прошли половину Края Людей, чтобы оказаться здесь. У меня не дрогнет рука зарубить тебя. И не дрогнет голос произнести священную формулу.

— А он её знает! — заметил кто-то в стороне.

Я покосился туда и обнаружил Иритиса, который, оказывается, всё это время стоял среди регоев. Вирмин тоже перевёл взгляд на него, а тот с улыбкой развёл руками и пояснил:

— Выходцы из Илоса рассказали, что Ишер там парочку наглецов проучил… Призвал богов, а те ему лично ответили. Придурки, отказавшиеся с ним драться, погибли страшной смертью, Вирмин. Ты уж реши побыстрее, вызываешь ты Ишера, или с дороги отходишь. Не хочу смотреть, как у кого-то плоть гниёт заживо и кусками отваливается…

И Вирмин отошёл. Сдвинулся на пару шагов к ограждению моста. Ссутулив плечи, сжав кулаки до белизны костяшек и глядя прямо перед собой. Оплёванный, растоптанный и униженный.

Кажется, друзьями мы с ним не станем.

— Ишер, я могу с тобой поговорить? — попросил Иритис.

И нет, я не мог ему отказать в разговоре. Хотя, честно скажу, было такое желание. Я ведь прекрасно понимал, о чём Иритис меня попросит. Он ведь, как и я, не хотел терять бойцов. А у Ишера есть орда злобных песчаных Ишеров. Ну и чего бы и не воспользоваться, да? Войска-то наверняка ещё целый день будут подтягиваться.

— Ишер, послушай… Нам по-прежнему очень нужна твоя помощь, — прямо сказал регой, когда мы отошли в сторонку. — Я понимаю, после сегодняшней ночи ты вправе послать всех к демонам… И я даже не могу тебе приказать, потому что ты шептун. Да и письменных соглашений ты не заключал. Всё вчера в городе на устных договорённостях было… Я это понимаю…

— Двадцать шесть человек, — проговорил я. — Пятнадцать из них сюда шли больше года, Иритис. В шаге от левого берега, выполнив все ваши условия, они погибли.

— Да… — покаянно кивнул Иритис.

— Погибли потому, что никто ничего не мог сделать с придурком, который решил во что бы то ни стало держать… Да даже не город, демоны его дери!.. Просто точку на берегу, окружённую дырявой низкой стеной!..