Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео - Страница 12

После Рыночного шёл Казённый слой. Там проживали стражники, мелкие чиновники, было много храмов. А ещё располагались всякие важные учреждения. Дома были тоже на три-четыре этажа, но при этом каждый этаж целиком служил одной семье. Отчего большинство домиков строили узкими настолько, что казалось, будто они с трудом втиснули свой фасад между соседями.

Собственно, нам в этот Казённый слой и было нужно. Дальше шли ещё четыре слоя — Воинский, Знатный, Семейный и Дворцовый — но, чтобы туда попасть, надо было в нос страже печаткой тыкать, а такая только у Ситраниса имелась. К сожалению, его семья среди высшей аристократии Танлавара представлена не была, поэтому проводить внутрь своих гостей он не мог.

Впрочем, это я забегаю вперёд. Потому что наши приключения — и внезапный рассказ возницы про местные порядки — начались ещё в Буйном слое. Подозреваю, что за нашим лагерем внимательно следили. И появление повозки с охраной, в которой наверняка перевозилось золотишко, незамеченным не прошло.

Ну а поскольку золотишко наше местный разбойный люд считал своим… Да и дело уже было после полудня, когда основной состав серьёзных банд проспался, опохмелился и готов к новым свершениям, то и напали на нас, не откладывая дело в долгий ящик. Ну то есть где-то в середине Буйного слоя.

С крыш ударили стрелы, из переулков выскочили бандиты с тряпками на лицах. Видом они были грозные и опасные, числом — неизвестно, но уж точно больше пары сотен. Что характерно, выделенная нам в охранение стража даже не пыталась сделать вид, что выполняет свои задачи. Сразу и оружие побросала, и руки повыше подняла. А возница просто застонал, заламывая руки и умоляя не трогать повозку.

И тут посреди улицы стали появляться странные фигуры. Будто слепленные из песка. В чёрной броне и с чёрными дубинками в руках. Не скажу, чтобы я прямо вот был хорош с дубинкой, но кое-что умею. Уж всяко не меньше выходцев с городского дна Танлавара.

А тут ещё и ветер подул… И песок с пылью, взметнувшись в воздух, полетел в глаза стрелкам на крышах и бандитам на земле.

Ну а потом началась грязная драка, в которой бандиты априори победить не могли. Потому что, если бы начали побеждать, я бы не постеснялся пустить десяток-другой из них на создание очередной партии песчаных воинов — но уже с топорами. Пришлось бы, конечно, потом с властями разбираться… Однако вряд ли местная стража убивалась бы по бандитам слишком сильно.

В общем, в процессе отоваривания дубинками по рукам, бокам и лицам — по куполам я бить запретил, а то ещё прибьют — бандиты мой намёк поняли. После чего кинулись врассыпную с криками: «Там тот шептун!», чем меня очень порадовали. И не только меня. Возница тоже обрадовался, что сохранил возок и гнура. А стражники почему-то загрустили сильно. И ведь я даже трусами их не обозвал. Очень хотел, но увидел расстроенные лица — и передумал. Видно же, что людям стыдно стало за плохо выполненную работу.

От расстройства они с нами в Рыночный слой не пошли. Сослались на то, что нельзя им, мол, туда. А ведь обещали до самой Царской Казны сопроводить, шельмы… Нам, конечно, стража Рыночного слоя предложила свои услуги. Но я отказался, объяснив, что и сам за себя постоять могу. А если не верят, то пусть спросят у соратников из Буйного слоя.

Когда мы отъезжали от ворот, я открыл окошко в задней стенке возка и посмотрел. В самом деле, спросили… А затем отправили куда-то мальчишку-посыльного, который отирался рядом с воротами.

— В следующий раз нападающих буду убивать, — сообщил я Ситранису, закрыв окошко.

— Ты и в первый раз мог их убивать! — пожал плечами тот. — Кто их тут жалеть будет?

— Верно-верно! — охотно подтвердил возница. — У нас тут никто и не посмотрит на кучу трупов! Каждый день кто-то помирает, и всем плевать! Властям так тем более! Защищай себя, как удобно, воевода!

Врал, как пить дать, врал. Может, намеренно, а может, и по общему непониманию жизни.

Иными словами, было у меня подозрение, что нельзя здесь как угодно защищаться.

Но я благоразумно промолчал. Ещё будет возможность выяснить.

* Если верить древнекитайским источникам, такие города, наподобие Илоса и Танлавара, на Земле всё-таки строили. В империи Цинь (догадайтесь, как сейчас называется) при правителе Цинь Шихуанди была построена новая столица Сяньян (поблизости от современного Сианя), расположенная по обеим берегам реки Вэй. Периметр внешних стен Сяньяна насчитывал 150 ли, т.е. 75 км, а вместе с окрестностями — 100 км. Внутри было сооружено 270 дворцовых зданий. Строили всё это 700 000 рабочих. А всего в городе проживал 1 000 000 человек.

Кстати, именно этот Цинь Шихуанди закончил строительство Великой Китайской Стены (6 000 км), а потом ещё сделал легендарную Терракотовую армию. А, кроме того, проложил дороги между главными городами всех 36 провинций империи (ещё до армии, само собой). Да и вообще жуть какой молодец был. Отчего сразу возникает ощущение, что древнекитайские источники несколько привирают.

Потому что Цинь просуществовала всего 14 лет (с 221−207 г. д. н.э.), а потом появилась империя Хань, которая зачем-то перенесла столицу в город Чанъань, у которого периметр стен был всего 25 км.

Впрочем, возможно, правители Хань просто не хотели сидеть в душном мегаполисе и предпочитали править из загородного имения. Ну или просто решили, что оборонять 75 километров стены — это слишком накладно даже для великой империи. Так что пусть это уродство на миллион жителей сожгут гунны, а они в своей крепости отсидятся, заодно и с оппозицией, верной старой династии, по-тихому разберутся. Правда, автор где-то прочитал, что старую столицу как раз гунны и сожгли, ещё в междуцарствии, но это слишком скучно и банально))))

Глава 201

Возок катился по мостовой, а я смотрел в окошко, рассматривая город. Рыночный слой Танлавара отличался шумом, толчеёй и тысячами запахов. Я бы даже не взялся сказать точно, чем именно пахло, но… Всем и сразу, наверно. В основном, похоже, готовой едой. И немудрено, если внимательно посмотреть вокруг.

Улица, по которой мы ехали, была широкой. И, тем не менее, будто стиснутой между домами в три-четыре этажа. Несмотря на это, колёса возка почти цеплялись за прилавки, вынесенные чуть ли не на проезжую часть.

Дома здесь строили из кирпича, но с каменным фундаментом. Фасады были узкими, словно норовили оттолкнуть друг друга, втискиваясь между соседями. Зато, не в силах вырасти влево и право, каждый из домиков, как деревце, тянулся вверх. И, естественно, прирастал в этажах.

Нижние были заняты лавками и мастерскими. Вывески качались над головами прохожих: глиняные таблички с надписями, деревянные щиты с нарисованными товарами, пучки сушёных трав, связки обуви, медные тазы. Над лавками, на втором и третьем этажах, темнели окна жилых комнат.

Гостиницы попадались через каждые полсотни шагов. Тоже высокие, в четыре-пять этажей, с обязательной вывеской у входа и просторными дворами. А маленькие рынки и вовсе встречались повсеместно, куда ни кинь взгляд. Иногда это был просто тупик, заставленный лотками. Иногда — крошечная площадь, над которой натянули полотняный навес.

Под навесами теснились торговцы: горы овощей и фруктов, связки сушёной рыбы, корзины с яйцами, кувшины с маслом. Торговки громко зазывали покупателей, перекрикивая друг друга. Между лотками сновали разносчики с подносами на головах, предлагая горячие лепёшки и варёные яйца.

Харчевни-пэрэтисы жались к углам домов. В длинные столы были вставлены большие горшки, над которыми поднимался ароматный пар. Дым уходил к небу через трубы, но огня я не увидел. Подозреваю, он был разведён под котлами. Людей в этих пэрэтисах было много. Гораздо больше, чем длинных столов. К котлам тянулась небольшая очередь. Работник пэрэтиса брал глиняную плошку, накладывал еду, на которую ему указали пальцем, и отдавал покупателю. Пахло внезапно вкусно, несмотря на общую удушающую атмосферу. Мне даже захотелось как-нибудь потом попробовать.