Нарушитель правил (ЛП) - Рейн Пайпер - Страница 39

— Помилуй, какому семилетнему ребенку сдался план рассадки? Я прав?

Хейзел усиленно кивает.

— Я хочу в «Портиллос».

— Я сама тебя отвезу, — предпринимаю я последнюю попытку, делая еще шаг вперед.

Папа бросает взгляд за мою спину, на хранящего молчание Деккера.

— Ну же, чемпион, неужели лишишь меня возможности провести время с внучкой?

— О как... «чемпион», — едва слышно бормочет Деккер.

У меня опускаются плечи. Будем справедливы: в последнее время Хейзел действительно редко видит дедушку. В разгар сезона выкроить минутку чертовски сложно. Стоит отцу включить обиженного и надавить на жалость, как я безоговорочно пасую.

— Ладно. Утром заеду.

Папа победно вскидывает ладонь, и дочка с размаху дает «пять».

Глядя на них, я обреченно качаю головой.

Внезапно плечо Деккера мягко задевает мое; я поворачиваю голову вправо и обнаруживаю его совсем рядом.

Обреченно застонав, я подхожу обнять и поцеловать в щеку сначала дочку, а потом и отца.

— С победой.

В его улыбке мелькает лукавый огонек.

— Спасибо. Хорошо вам провести вечер, а утром можешь не спешить: я поведу ее в блинную.

— Ура!

— Бывай, Дек, — папа машет рукой, пока Хейзел вприпрыжку направляется к двери.

— Пока, Деккер! Спасибо за жвачку!

— Продолжай тренироваться, — напутствует Деккер, но папа уже на полпути к выходу.

— Скоро сам будет прочесывать магазины игрушек в поисках плюшевых зверей, — бросает папа, а я так и не могу разобрать, сквозит ли в его голосе досада.

— Ну вот, остались только мы.

— Я мигом со всем разберусь, чтобы не задерживать, и ты успеешь к Истону, — говорю я, разворачиваясь к Деккеру и сцепляя пальцы в замок.

— И зачем к нему ехать? — Деккер удивленно склоняет голову.

— Знаю, что он ушел развеяться, и уверена: ты бы с куда большим удовольствием провел время с ним. Работа много времени не займет.

— Не знаю, в курсе ли ты, но Истон делиться не привык, — замечает Деккер, подхватывая с пола спортивную сумку.

— В каком смысле? — закидываю я сумочку на плечо и поспешно пристраиваюсь рядом.

— У Истона намечается женская компания, и сильно сомневаюсь, что он жаждет видеть меня третьим лишним.

Мое лицо мгновенно вспыхивает.

— Ой... а я-то решила, что он нацелился в клуб.

— Прости, если разочаровал, но у меня абсолютно свободный вечер, — негромко смеется Деккер, и мы покидаем ложу, выходя в коридор.

— Ничуть не разочаровал, — рискую я бросить на него короткий взгляд.

— Считай, день прожит не зря, — улыбается он так, что внутри все переворачивается.

— Вообще-то ты реализовал три удара из четырех, а в четвертом иннинге выдал такой финт в защите, что не дал соперникам набрать ни одного очка, — скептически качаю я головой.

— Да брось, Пен, ты же прекрасно понимаешь...

— Что?

Деккер толкает дверь, и мы выходим на вечерние улицы Чикаго. Повсюду мелькают стайки болельщиков, снующих из бара в бар.

— Любые победы даже близко не сравнятся с вечером в твоей компании.

Сегодняшний вечер явно устроит проверку на прочность, к которой я совершенно не готова.

Глава 31

Пенелопа

Путь до квартиры Деккера проходит в тишине, несмотря на фанатов, засидевшихся в близлежащих барах и ресторанах.

Хотя город живет своей жизнью, кажется, будто мы одни. Мозг фиксирует каждую деталь близости. Его рука так близко; каждый пятый шаг мизинец задевает мой. Дыхание ровное. Шаги чуть короче обычного, чтобы идти со мной в одном темпе. Но больше всего внимание сосредоточено на его запахе, который, как ни странно, остался точно таким же, каким я помню после игр в колледже.

Группа посетителей вываливается из бара на углу, все еще в фанатской экипировке «Кольтс», и Деккер тут же встает так, чтобы заслонить меня и не дать налететь.

Они извиняются, но один узнает Деккера и открывает рот. Деккер кивает, парень переводит взгляд на нас, идущих близко друг к другу, и проходит дальше со своей компанией.

Мы продолжаем идти по улице, приближаясь к его дому. Понятия не имею, почему сердце так колотится. Ну ладно, это неправда. Я прекрасно знаю, почему, но ничего не могу поделать.

Возле «Пипер» выстроилась очередь, в основном из женщин, и в ту же секунду, как одна из них замечает Деккера, толпа начинает перешептываться и показывать пальцами. Я не могу их винить – ради этого здесь и стоят: чтобы встретить игрока «Кольтс», ведь три из них живут в квартирах прямо над баром.

Я придвигаюсь поближе к Деккеру, видя, как несколько человек отделяются от очереди, намереваясь подойти. Должно быть, он чувствует мой дискомфорт, потому что рука как бы невзначай накрывает мою. Его ладонь теплая, с шершавыми мозолями. Прикосновение дает чувство безопасности, но люди продолжают приближаться. Я боюсь, что в какой-то момент нас просто растащат в разные стороны.

Деккер поднимает руку, приветствуя толпу.

— Всем хорошего вечера.

Он ведет меня к воротам с кодовым замком, даже не срывая записку с надписью «Дагаут», на которой сейчас приклеено больше записок и номеров телефонов, чем я когда-либо видела.

Я подавляю в себе мелочное желание сдернуть ее, бросить на землю и заявить, что Деккер занят, потому что это не так. По крайней мере, не мной.

Подходит какой-то парень, и Деккер пропускает меня вперед через дверь с домофоном.

— Дек, чувак, можно фото?

— Извини, нет времени. Спасибо, что пришли поболеть, — он позволяет двери закрыться, и парень что-то бормочет, обзывая его мудаком.

— Мог бы и сфотографироваться. Я бы подождала.

— Я уже давно понял, что им не принадлежу.

Он никогда не был из тех, кто упивается славой, которая приходит вместе с профессиональным спортом. Деккер просто искренне любит саму игру.

— Теперь он будет рассказывать людям, что ты повел себя как мудак.

Деккер ждет меня у подножия лестницы.

— Мне правда все равно.

— А не должно быть. Ты же знаешь, как важно то, что о тебе думает город, к тому же в год истечения контракта.

Он все еще не выпустил мою руку, поэтому поднимается на несколько ступенек и поворачивается.

— Следишь за моим контрактом?

— Мой папа – твой менеджер.

Его брови ползут вверх, и я позволяю Деккеру вести меня по лестнице.

— Почему-то кажется, что ты знаешь о моем контракте совсем по другой причине.

Я молчу.

Мы поднимаемся по ступенькам, и я останавливаюсь на лестничной площадке перед первой квартирой.

Деккер качает головой.

— Если не хочешь поучаствовать в тройничке, нам нужна не эта дверь.

Ах да, здесь живет Истон.

— Ну, вариант с двумя женщинами не по мне, а вот два парня – может быть забавно.

Он склоняет голову набок, уголки губ ползут вверх.

— А что, если один из этих парней не очень-то любит делиться?

Мы подходим ко второй двери, и Деккер останавливается, потянувшись к кодовому замку.

— Тогда ему не стоит соглашаться на тройничок. Да и по правде говоря, я бы предпочла, чтобы все внимание одного мужчины доставалось только мне.

Он смотрит на меня, наши взгляды встречаются и замирают. Вести дразнящие разговоры за несколько минут до того, как войдем в его квартиру – опасно и глупо. Никакой Хейзел, никаких друзей, только мы вдвоем на его территории.

Он открывает дверь квартиры, я захожу внутрь и останавливаюсь.

— Либо у тебя есть уборщица, либо ты убирался.

Деккер никогда не отличался особой любовью к чистоте. В старшей школе в его спальне всегда царил бардак. В колледже стало еще хуже, ведь мамы, которая убирала бы за ним, больше не было. Даже в гостиничном номере три года назад валялись вещи: одежда свешивалась с краев чемодана, а на тумбочке и комоде громоздились пустые бутылки из-под воды и фантики. Это так контрастирует с тем, как он следит за собой.