Пришелец в СССР 3 (СИ) - Даль Дмитрий - Страница 19

Липницкий говорил с жаром, словно первый большевик на дореволюционном митинге. Я даже завидовал такой вовлеченности в дело.

Тем временем мы выехали на проспект Народного Ополчения, и Липницкий стал активно показывать мне, куда ехать дальше. Вскоре мы подъехали к гаражам. Въезд нам преграждал шлагбаум и двухэтажный домик сторожа, который выглянул из окошка, увидел машину и спустился по лестнице вниз. Пожилой мужчина, явно пенсионного возраста, в телогрейке на тельняшку, кирзовых сапогах и старой советской пилотке не хотел нас пропускать на территорию, потому что мы не члены гаражного кооператива. Липницкий заявил, что мы в гости к Самосадову и посещение с ним согласовано. Сторож еще какое-то время ворчал, но шлагбаум все-таки поднял. Через пять минут мы были на месте.

— Гаражи — это проблемная тема для современного советского общества. Автолюбителей становится все больше, а гаражей на всех не хватает. Система распределения толком не работает. В общем, мы пока не готовы оказались к такому повороту событий. Но и эту проблему, думаю, в скором времени решим, — сказал Липницкий, выбираясь из автомобиля.

Двери гаража открылись и на улицу вышел высокий статный мужчина в рубашке и вязанном джемпере поверх нее, в серых удобных брюках и идеально начищенных ботинках. Внешне товарищ Самосадов больше скорее напоминал инженера интеллигента, чем конструктора автомеханика. Не знаю, что я ожидал увидеть, человека в спецовке, заляпанной машинным маслом, со следами сажи на лице и грубыми мозолистыми руками.

Я поздоровался с Самосадовым, представился.

— Жаль, что мы встречаемся при таких печальных обстоятельствах. Я прямо не представляю, кто и почему мог убить Льва. Он такой был душевный человек. Для меня это личное горе, понимаете. Мы дружили сильно.

— Мы поговорим еще о Колмыкове. Чуть позже, — сказал я. — Примите мои соболезнования. А сейчас не могли бы вы показать нам свою «Ласточку». Я недавно только узнал о вашем движении. Поэтому мне все очень интересно. Я и подумать не мог, что такое возможно у нас.

— Конечно, конечно. Сейчас все покажу. Наверное, лучше будет мне выехать из гаража. А то внутри для демонстрации тесно.

Самосадов широко распахнул двери гаража, зафиксировал их и через минуту на улицу выехала компактная красная машина с обтекаемыми сглаженными формами, необычной продолговатой решеткой радиатора, похожей на улыбающийся рот, и двумя видами фар. Одни фары были в решетке радиатора, другие подъемные на капоте. Задняя часть корпуса была округлой, словно две реактивные трубы были органично встроены в автомобиль. В машине было всего два места. Одно для водителя, другое пассажирское. Автомобиль остановился, и дверцы плавно поднялись вверх, словно крылья ласточки. Похоже, это общая тенденция у Самоделкиных машины с поднимающимися дверями. По сравнению с заводскими автомобилями эта машина выглядела весьма необычно, словно с обложки зарубежного журнала. Спортивные формы, футуристический дизайн. Автомобиль словно пронзил время и прибыл из будущего.

— Ничего себе, — не смог я сдержать возглас удивления.

Самосадов выбрался из машины и довольно потер руки. Он явно был рад произведенным впечатлением.

— Вы не представляете, сколько лет я строил это чудо. Сколько денег и сил вложил. Чтобы ее построить мне пришлось разобраться в дизайне, химии, электрики. А у меня в школе по химии была тройка, между прочим. А также освоить профессию кузнеца и жестянщика, — самодовольно заявил Самосадов.

— Да чувствуется, что вы время зря не теряли, — оценил я, обходя машину по кругу.

Я рассматривал автомобиль, удивляясь, как в кустарных гаражных условиях можно было добиться такого профессионального и изящного дизайна. Самодельные автомобили Тапочкина и Колмыкова не выглядели настолько проработанными и органичными, как «Ласточка».

— Я с детства увлекался автомобилями. Еще в школе прочитал в журнале «Юный техник», как построить автомобиль своими руками. И собрал первую модель еще в десятом классе вместе с отцом. Но это была можно сказать пробная модель. Тогда я задумался о серьезном проекте, но знаний и ресурсов мне для этого не хватало. Вот и пришлось осваивать новые профессии, восполнять пробелы.

— А можно прокатиться? Вы так вкусно рассказываете, хотелось бы на собственном опыте почувствовать «Ласточку», — попросил я.

— Садитесь на пассажирское. Игорь Васильевич, вы нас подождете. Мы кружочек сделаем вокруг гаражей.

— Да, конечно, — согласился Липницкий. — Я внутри погреюсь. Холодно чего-то. Потом ты обязательно должен все показать и рассказать. Внешне я тебе скажу, брат, это серьезная заявка на первое место в будущем конкурсе — смотре.

Липницкий вошел в гараж, а я сел на пассажирское сидение. Самосадов сел на водительское кресло, потянул какой-то рычажок, и двери плавно опустились вниз. На Родине мне доводилось кататься на разном виде транспорте, от колесного до летающего, поэтому меня вряд ли чем-то можно было удивить. Но «Ласточке» это удалось. Настолько комфортно было внутри. Я пристегнулся. Самосадов завел мотор, и мы отправились в путешествие по окрестностям.

Машина шла плавно. Мы проехали мимо сторожа и выехали на проезжую часть. Самосадов уверенно управлял транспортом, параллельно рассказывая о своей машине.

— Двигатель у меня тут зверь. От чехословацкой Шкоды 1202. Сорок семь лошадиных сил, между прочим. Детали шасси от Москвича 412, коробка передач тоже с Москвича. Только почти каждую деталь мне пришлось перебирать и совершенствовать. Так что каждая деталь внутри этой машины перепродумана и переделана. Много чего пришлось с нуля изготавливать. В общем работа была тяжелой, но очень увлекательной.

— И где вы только Шкоду откопали? — удивился я.

— Удалось купить со старой списанной кареты скорой помощи. Мы же чехословацкие шкоды закупали для нужд скорой помощи. Для перевозки грузов для предприятий. Так что мне повезло с движком. Не совсем по регламенту, но думаю, удастся зарегистрировать, — ответил Самохвалов.

Машина ехала легко, словно скользила по проезжей части.

— Скажите, а вы сами придумали этот дизайн или чем-то вдохновлялись? — спросил я.

— Конечно, достать автомобильные журналы сложно, но все же то что-то до нас доходит. Очень мне нравятся итальянские спортивные машины. Можно сказать, что ими и вдохновлялся.

— Скажите, а Колмыков тоже итальянцами вдохновлялся? — спросил я.

— Нет, он скорее по американским автомобилям был спец, — рассеянно ответил Самосадов.

— Вы одновременно свои машины строить начали? — спросил я.

— Практически одновременно. С разницей в пару месяцев. Мы же с Львом познакомились, когда пришли в клуб со своими идеями, но без основательных технических знаний. Хотели так сказать теорию и практику подтянуть.

— Тогда почему у вас машина уже готова, а Льву не удалось ее закончить? — спросил я.

— Понимаете, увлечение у нас времязатратное и главное требующее серьезных материальных вложений. Поэтому каждый выкручивался как мог. Лев брал, так сказать, халтуру. Помогал серьезным людям с автомобилями, докручивал их, дорабатывал. Понятно, что не за бесплатно. Но эта халтура тоже ела время.

— А кому именно помогал с машиной Колмыков? — в деле явно появилось новое направление, и я тут же за него ухватился.

— Тут я не могу вам сказать. Он не особо распространялся по этому вопросу. Но он человек был пунктуальный. Вел записи по расходам и доходам. Посмотрите. У него такая синяя тетрадочка на сорок восемь листов была. Он держал ее в мастерской в нижнем ящике стола.

Я отметил для себя проверить тетрадку. Надо просмотреть описать изъятых вещдоков, потом запросить в хранилище и изучить. Если там есть информация о клиенте Льва или клиентов, то это дополнительная линия расследования, которую также нужно отработать.

— А с Тапочкиным Петром Сергеевичем вы были знакомы?

— Лев знакомил нас. Пару раз сидели в одной компании. Хороший человек. Профессионал своего дела.