Боярский сын. Боец часть вторая (СИ) - Калинин Алексей - Страница 32

Михаил Сергеевич вывел третьего монстра. Аудитория невольно поежилась. Это был здоровенный, по сравнению со стоящей рядом человеческой фигуркой, шар из переплетенных костей и хрящей, утыканный длинными шипами.

— Костяной Ёж, — комендант злобно усмехнулся. — Тупая, но крайне неприятная штука. Перекатывается по полю боя, давит всё живое. Если подойти близко — может выстреливать костяными иглами на расстояние до двадцати метров. Броню пробивает на раз. Ни в коем случае не лезть в ближний бой! Маги земли, ваша задача — создавать перед ним рвы или каменные стены, чтобы он потерял инерцию. Только после остановки бить в центр массы, там находится его энергетическое ядро.

И так далее. Нам продемонстрировали десяток тварей, разбирая их тактику, повадки и слепые зоны. Я внимательно слушал, мысленно прокручивая в голове, как именно я буду резать эти туши своим ножом. Мой внутренний старик-ведарь был спокоен.

— После инструктажа вам нужно получить снаряжение, — подытожила Мирослава Кузьминична. — Рассадка по бронемашинам согласно спискам команд. Выдвигаемся на точки через час. Связь держать постоянно. Всем удачи. И да пребудет с вами сила ваших Родов.

Мы высыпали в ангар выдачи экипировки.

Наши кофры уже ждали нас. Я подошел к своему массивному черному кейсу. Щелкнули замки. Крышка откинулась, обнажив изготовленный мастерами Оболенских мобильный доспех. Огненные узоры на чёрном каркасе. Красота!

Я начал облачаться. Сначала надел термобелье, затем пошла фиксация бронепластин. Стесняться кого-либо я не собирался. Остальные тоже. Сервоприводы тихо жужжали, адаптировались под мое тело. Как только закрепил последние пластины на груди, я почувствовал легкий щелчок в районе затылка. Доспех сигнализировал о полной боевой готовности. Остался только шлем. А вот и он!

— Ух, сидит как влитой! — восхищенно прогудел Мишка, облачившись в свою голубоватую броню.

Влада и Густомысл тоже упаковались, попрыгали, проверяя подвижность суставов.

Я закрепил на бедре ножны с ножом. Знакомое тепло от клинка просочилось сквозь броню. А может это только показалось. В кобуру лег имперский пистолет.

— Группа номер семь! На погрузку! — раздался рык диспетчера.

Мы вышли на заснеженный плац, где уже рычали дизелями гусеничные вездеходы «Тигр». Метель усилилась, снег бил в визоры шлемов, но внутри брони было тепло и комфортно.

Мы загрузились в машину. Двери мягко захлопнулись и отрезали нас от завывания ветра.

Я сидел на сидении, поглядывал в окно. Рядом сидели Миша, Влада и Густомысл. Сбоку расположилась Мизуки. Мы готовы к высадке в любой точке Рубежа. Но всё-таки было немного ссыкотно. И это мне! Представляю, что творилось сейчас внутри у ребят.

— Ну что, народ, — я усмехнулся под забралом шлема. — Добро пожаловать на Рубеж. Смотрим в оба, держим строй и не жалеем патронов. Ядрёна медь, мы им сегодня покажем, кто здесь хозяин!

Вездеход дернулся, гусеницы залязгали по мерзлой земле, и мы покатились в глубину белой пустыни.

Глава 13

Двери гусеничного вездехода захлопнулись, отрезая нас от пропахшего соляркой нутра кабины. Машина рыкнула форсированным дизелем и быстро развернулась на узкой просеке. Гусеницы вгрызлись в наст, взметнулись в воздух фонтаны искрящегося в свете габаритных огней снега. «Тигр» стремительно усвистал прочь, растворяясь в серой пелене метели.

Ещё с полминуты мы слышали рёв мотора, а потом на нас шмякнулась тишина.

Угрюмое молчание бескрайней тайги, которую нарушал только свист ледяного ветра, и скрип деревьев и хруст веток. Мы остались одни. Пять городских жителей, пусть и одарённых магией, наедине с дикой природой.

Я глубоко вдохнул, чувствуя, как морозный воздух обжёг ноздри и лёгкие. Ядрёна медь, как же давно я не был в настоящей тайге!

Мой внутренний старик-ведарь довольно крякнул, расправляя фантомные плечи. Городская суета, боярские интриги, коварные суккубы и пафосные дуэли — всё это осталось там далеко, за тысячи километров отсюда. Здесь правила просты: убей или умри. Замерзни или выживи.

— Ну, добро пожаловать на курорт, господа адепты! Прошу вас проходить в пятизвёздочный отель, — хмыкнул я, поправляя лямки рюкзака, надетого поверх мобильного доспеха. — Олл-инклюзив не обещаю, но свежий воздух и море незабываемых впечатлений будут поданы на блюдечке с голубой каёмочкой.

Мишка Морозов недоверчиво огляделся по сторонам.

— И где пятизвёздочный отель? Я пока вижу только деревья, снег и… до хрена ещё снега. Елисей, если мы тут замёрзнем, то я тебе этого никогда не прощу.

— Не ной, ледяной маг. Тебе ли холода бояться? — я сверился с координатами на экране, встроенном в предплечье доспеха. Компас мигнул зеленой стрелкой. — Нам туда, метров триста через подлесок. Двигаемся след в след. Мизуки, ты замыкаешь, контролируй тыл. Влада, Густя — в центр. Миша, за мной.

Мы двинулись сквозь снежную чащу. Снега было по колено, и даже усиленные экзоскелетами ноги вязли в рыхлом мессиве. Вскоре среди плотной стены деревьев показался тёмный силуэт.

Охотничья избушка. Обычный бревенчатый сруб, наполовину заметённый снегом, с кривой трубой и крошечным окошком. Никаких тебе защитных куполов, турелей и щитов. Просто дерево, мох и просмоленная пакля.

Располагайтесь, господа аристократы! Всё для вашей, блин, услады!

Я подошёл к массивной двери, скинул железный крючок и потянул на себя. Дверь с жалобным скрипом поддалась, хотя и сбросила сугроб на порог.

Изнутри пахнуло промерзшим деревом, старой печной золой и почему-то хвоей. Мы ввалились внутрь.

Убранство помещения было спартанским. Вдоль бревенчатых стен жались четыре сколоченных из грубых досок топчана. У оконца притулился невысокий стол, а к нему прижалась единственная широкая лавка. В углу возвышалась королева этого скромного жилища — добротная печка. Рядом с ней аккуратной поленницей были сложены сухие дрова, растопка и стояла закрытая банка с длинными охотничьими спичками. Под потолком на крюке болталась старая керосиновая лампа.

Так, дров надолго не хватит, так что утром нужно будет озадачить ребят добычей дровишек.

— Роскошно, — саркастично протянул Мишка. Он с грохотом сгрузил свой рюкзак на пол. — Прямо императорские покои. А где джакузи?

— Джакузи на улице, в сугробе, — отрезал я, стягивая шлем. — Размещаемся. Девушки займут дальние топчаны, они поближе к печке. Парни, кидайте вещи сюда.

Пока ребята со вздохами и кряхтением снимали элементы мобильных доспехов, я по-хозяйски проинспектировал наши запасы. В углу, в подвешенном к балке металлическом ящике, обнаружились базовые продукты, оставленные кураторами Академии. Мы добавили туда то, что притащили в рюкзаках.

Я чиркнул спичкой, запалил керосинку. Теплый, уютный желтый свет мгновенно преобразил избушку, выгнав мрачные тени по углам. Следом занялась огнём растопка в печи, дрова весело затрещали, и по комнате поползло долгожданное тепло.

— Так, аристократия, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание своей команды. — Животы у всех урчат так, что скоро местных мутантов распугаем. Кто сегодня дежурный по кухне?

В избе повисла неловкая тишина. Мишка внезапно увлёкся изучением трещины на потолке. Владислава густо покраснела, нервно поправила очки:

— Я… я теорию зельеварения отлично сдала, но вот с обычной кулинарией… У нас дома шеф-повар француз, а я… даже яичницу ни разу не жарила.

Густомысл виновато развел руками:

— Я могу землю вспахать. Могу гору попытаться сдвинуть. А еда… ну, её обычно слуги приносят.

Я перевел взгляд на японку. Мизуки, уже облаченная в легкий термокомбинезон, спокойно встретила мой взор:

— Я могу приготовить еду, Елисей-сан. Но из имеюсихся продуктов я могу сделать разве цто онигири из перловки, или попытаться сварить мисо-суп из тусенки. Но не уверена, цто это будет съедобно. Я обучалась пути меца, а не традиционной русской кухне.

Ядрёна медь!

Отряд боевых магов, способных разнести в клочья танковый батальон, оказался абсолютно беспомощен перед бойцовой парой из котелка и банки тушёнки. Элита, блин, Империи!