История Раскола - Торп Гэв - Страница 182

Годы текли медленно, и каждое короткое лето, пока войска друкаев находились на марше, несло тревогу; каждая зима давалась тяжелым трудом, еды не хватало, с севера дул холодный ветер, и снег собирался сугробами на крышах жилищ. Некоторые Тени обзавелись семьями, другие поклялись оставаться в одиночестве. Они несли стражу на анарских землях, и тайные наблюдатели были готовы поразить врага при малейшей опасности. Их отточенным навыкам редко находилось применение, негостеприимные горы пресекали интерес друкаев к Эланардрису не меньше, чем стена копий и лес луков.

Каждый год в память Короля Теней устраивали охоту. Тени гнали через горные леса оленя и подносили часть добычи Курноусу и погибшему королю.

С каждым годом Тарион старался меньше вспоминать о Короле Теней и больше — об Алите, но задача оказалась сложной. О похождениях Короля рассказывали у костров, сказки о его подвигах повторяли на ночь малышам. Он был легендой при жизни, а после смерти стал мифом. Многие из тех, кто теперь жил в Эланардрисе, даже не знали его имени и называли лишь по титулу. Тарион старался сохранить живыми воспоминания о стоящем за легендой эльфе, но порой ему казалось, что он плывет против течения. Его подданные жили в отчаянии, и сказочный персонаж утешал их гораздо больше, чем смертный из плоти и крови, который жил когда-то на землях, где теперь обитали они. Они чувствовали себя в безопасности, когда представляли, что его дух присматривает за ними. Более осведомленные заявляли, что Король Теней был волком, а не пастухом и, скорее всего, мстит друкаям в Мирае, а не следит за своим стадом.

Народ Эланардриса влачил тяжелое существование, но выживал год за годом и следил за новостями, будучи до поры в стороне от войны. В княжестве воцарилась своего рода стабильность. Теневое общество обрастало собственными традициями и законами, верой и привычками. Никто не знал, кто первый назвал их аесанарцами — новыми анарцами, — но им помогало то, что теперь у народа есть имя. Тариону подданные дали титул первого князя аесанарцев, и он считался регентом до тех пор, пока не появится новый Король Теней. Практичные и находчивые аесанарцы залечивали раны и набирали силы в ожидании вожака и того дня, когда война Теней начнется заново.

Этот день наступил на тринадцатый год гражданской войны, он же — девятый после падения флага анарцев в Темных топях.

В тени старого особняка в свете костров снова встретились Идущие по Тени. Тарион созвал их по просьбе Касадира. Тот не хотел объяснять зачем и сказал лишь, что к нему прибыл гонец с важными новостями, которые следует знать всем. Касадир быстро повторил это собравшимся аесанарцам и призвал их к строжайшей секретности.

В круг света вошел закутанный в плащ из вороньих перьев эльф с конем в поводу.

— Это Эльтириор, вороний герольд, — представил его Касадир.

Среди собравшихся пробежал шепот; Эльтириор считался частью легенды о Короле Теней. Многие встречали его раньше, но далеко не все.

— Расскажи нам, что ты слышал, — попросил Касадир, сел и жестом указал на место справа от себя.

Эльтириор прошептал что-то своему коню, и тот побрел по бывшей лужайке летнего сада. Лишь тогда вороний герольд уселся со скрещенными ногами рядом с Касадиром.

— В Анлеке новая власть, — сообщил вороний герольд. Его заявление вызвало волну изумленных вздохов. — Друкаи говорят о новом правителе с почтением и называют его Королем-Колдуном.

— Кто такой этот Король-Колдун? — спросил Тарион.

— Я не знаю. Сколько я ни спрашивал и не подслушивал, никто не знает. Кое-кто считает, что это Хотек, жрец-отступник, который сбежал из Каледора несколько лет назад. Другие верят в то, что Морати приняла под свое крыло князя Аландриана и передала ему правление в благодарность за убийство Алита Анара.

Говорят, что его благословили все китараи. Я слышал, что ни одно оружие не способно нанести ему вред и что сама Морати обучала его колдовству. Некоторые друкаи утверждают, будто Король-Колдун станет тем спасителем, что сотрет с лица земли их врагов и принесет Нагариту великую победу.

Эльтириор обвел изумрудным взглядом Идущих по Тени — все они внимательно его слушали.

— Мы все знаем, что порой правда смешивается с легендами, но я слышал страшные свидетельства о Колдуне, — предупредил Эльтириор. — Пожалуй, правильнее спрашивать: «что такое Король-Колдун». Один из пленников сказал, что от его взгляда плоть сходит с костей. Другой — что в нем горит огонь ненависти народа друкаев. И все твердят одно: это великий правитель Нагарита, и вскоре он будет властвовать надо всем Ултуаном.

— Россказни у лагерных костров, — возразил Тарион. — Возможно, Морати опасается, что война обернется против нее, вот и придумала Колдуна, чтобы припугнуть свои войска и заставить их слушаться.

— Хотя в твоих словах есть доля правды, боюсь, что стоит надеяться лишь на небольшое преувеличение, — возразил Эльтириор. — Слух широко распространен, ему истово верят, поэтому я не сомневаюсь, что армию друкаев действительно возглавил новый лорд.

— Что мы можем сделать? — спросил Анранейр. — Тарион, ты поведешь армию Теней на войну с новым тираном?

— Если мы все сойдемся на том, что надо действовать, то поведу, — подтвердил правитель Эланардриса. — Но я не Король Теней. Я не берусь утверждать, что у меня хватит силы и хитрости, чтобы обмануть подобного врага.

— Разве без Короля Теней мы можем считать себя армией Теней? — спросила Юрайн. Она получила звание Идущей по Тени совсем недавно. Эльфийка с воодушевлением оглядела товарищей. — Король Теней обладает даром придавать отваги слабым и вселять страх в сердца друкаев. Разве имеет значение, кто носит этот титул?

— Имеет, если носитель не соответствует титулу, — произнес Касадир. — Я бы не стал примерять на себя его мантию. Быть лидером — это одно, быть правителем — другое. Король Теней объединяет в себе больше, чем оба понятия по отдельности. Он должен стать гневом и местью, неотступной и бесконечной. Стать живым символом, воплощением всего, за что мы сражаемся, во что верим…

— Среди нас есть эльф, способный на такое? — спросил Тарион.

Касадир улыбнулся, но его веселье тут же испарилось. Он покачал головой, точно отрицая невысказанное.

Все молчали. Идущие по Тени оглядывали друг друга, будто высматривая добровольцев. Некоторые качали головами: то ли от разочарования, то ли отвергая саму мысль о новом Короле Теней.

Эльтириор внезапно поднялся и потянулся к мечу. Его взгляд не отрывался от места за пределами света костра, рядом с особняком. Некоторые из Идущих по Тени тоже потянулись к оружию, другие принялись тревожно оглядываться.

Огни костра мигнули и побледнели. Один за другим языки пламени угасали, пока не остался последний — он отбрасывал слабый свет на Тариона и сидящих рядом эльфов.

— Что это? — прошипел Анранейр.

Из темноты доносился шорох и тяжелое дыхание. В звездном свете сияли золотые глаза. Идущие по Тени оборачивались во все стороны, высматривая призрачные видения, которые то появлялись, то исчезали, стоило только мигнуть.

Облака над горами разошлись, и поляну залил свет полной луны Сариоур. Там, где только что клубились тени и тьма, появился затянутый в черную одежду эльф. Его лицо скрывал глубокий капюшон. Эльф стоял неподвижно, со скрещенными на груди руками и склоненной головой.

Темнота вокруг лагеря взорвалась многоголосым волчьим воем.

— Кто ты? — спросил Тарион с мечом в руке. — Что тебе нужно?

— Я Король Теней, — ответил Алит Анар и откинул капюшон. — И мне нужна месть.

Глава двадцать пятая

ВОЗВРАЩЕНИЕ В АНЛЕК

Поднялся гам; недоверчивые выкрики мешались с возгласами удивления и радости. Идущие по Тени сгрудились вокруг Алита. На границе света костров расхаживали огромные волки, их лай и визг тоже добавляли шума.

Эльтириор стоял чуть в стороне и подозрительно наблюдал за происходящим. Он встретился глазами с Алитом, и Король Теней замахал рукой своим воинам, чтобы они расступились. Алит пошел по высокой траве к дальнему краю поляны, а Тени занялись разжиганием костров. Руины наполнились оживленной, радостной атмосферой.