"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Дациери Сандроне - Страница 585

– У нас не было возможности обсудить случившееся… – начал я и уже собирался как раз приступить к этой действительно серьезной теме, но в дверях появился прежний высокомерный дворецкий.

– Не желает ли сэр горячих напитков?

– Да, сэр желает. – Я подумывал, не проверить ли меню, доступны ли в такой час пунш и глинтвейн, но все же остановился на чае. – Ассам с молоком и двумя кусочками сахара, пожалуйста, – попросил я, и дворецкий угрюмо развернулся выполнять задачу.

Его появление сбило меня с толку, но скоро я вспомнил, что хотел сказать.

– Альма, я ведь практически не общался с вами с тех пор, как вы приехали вчера. – Она выглядела встревоженной, и я решил, что немного лести не помешает. – Из всех гостей здесь вы с Антоном, на мой взгляд, самые здравомыслящие и приветливые. Если быть откровенным, я был очень рад встретить вас в холле и что вы привели меня к остальным.

Альма была милой женщиной и не могла ответить в другом тоне:

– Мы тоже были очень рады познакомиться с тобой, Мариус. – Она помедлила, как будто решая, как лучше ответить дальше. – Среди гостей на вечеринках Сесила не всегда все респектабельные люди, поэтому мы попросили его не приглашать большую компанию.

– Как я понял, вы оба уже бывали здесь раньше. Антон, казалось, чувствовал себя как дома, едва переступив порог.

При упоминании мужа Альма улыбнулась более искренне:

– Верно, с тех пор как Сесил купил это место, мы бывали здесь, но Антон такой везде. Он просто из тех людей, кому всегда комфортно в ближайшем окружении.

Я знал, что в ее словах есть доля правды, и все же они не отражали картину целиком. Возможно, было несправедливо судить, когда после смерти их друга прошло так мало времени, но оба они почти весь прошлый вечер выглядели отнюдь не расслабленными.

– Качество, достойное восхищения. Мир был бы лучше, если бы больше людей осознали, как им повезло, – заметил я, а потом понял, что то же мог бы сказать и о себе, поэтому сменил тему. – Ваш супруг упоминал о проблемах, которые Сесил устраивал на съемочной площадке. Должно быть, трудно работать с такой яркой личностью.

Альма повернулась к окну, глядя на сверкающий снег. В свете утреннего солнца ее темно-карие глаза блеснули, и мне показалось, что я заметил нечто особенное, то, что разглядел Антон, когда впервые увидел ее в универмаге.

– Он не был самым тщеславным актером за мою карьеру, но и добродушным его было не назвать. Самое печальное, что Сесил действительно обладал большим талантом и, когда был самим собой, на экране мог сыграть кого угодно.

Я надеялся, что она спонтанно расскажет мне про тот поцелуй, но едва ли мог затронуть эту тему сам, не показавшись одним из тех ужасных людей, которые всюду суют свой нос.

– Насколько я понимаю, у него не раз были проблемы с алкоголем и тому подобным. – Моя фраза оказалась чрезмерным эвфемизмом даже по меркам приличного общества. – Антон сказал, что из-за этого срывались съемки. Я заметил плакаты в его спальне, и вы с Сесилом играли вместе в нескольких фильмах за эти годы.

– Да, мы работали вместе, с тех пор как Антон меня нашел. Сначала было весело, но, когда он получил такое большое наследство от жены, все стало гораздо хуже. И это наводит на мысли, а действительно ли богатство – то, к чему стоит стремиться. Ну то есть мы все хотим иметь такое же состояние, как у маркиза Эджингтона, но, если мы кончим так, как Сесил, стоит ли оно того?

– Вы правы, не сомневаюсь. – Так как возможности задать вопрос о личном у меня не было, я продолжал спрашивать про то, что уже знаю, в надежде, что Альма расскажет что-то новое. – Расскажите про фильмы, которые вы снимали в прошлом году. Поведение Сесила как-то влияло на производство?

Она взяла стакан апельсинового сока, который стоял рядом с тарелкой, сделала глоток и только потом ответила:

– Не могу сказать, что оно помогало. Но британская публика по-прежнему его обожала, поэтому мы продолжали работать вместе. Самой большой проблемой было время. Раньше мы могли снять пять катушек фильма за месяц. Но так как нельзя было предсказать, какая версия Сесила появится на площадке, съемки фильма «Дьявол танцует во тьме» заняли почти десять недель. Больше расходов, больше людей постоянно ждали его, больше стресса для Антона.

Ага! Вот это было уже похоже на то, что я искал. Я мог выстроить историю вокруг измученного работой режиссера фильма, которого довел до отчаяния его главный актер и он решил проблему при помощи пары выстрелов. А вот сможет ли полиция выстроить вокруг этого дело – другой вопрос.

– Должно быть, вам обоим приходилось нелегко. Вы не только работали вместе, но и жили. Вся тяжесть разочарования Антона, наверное, упала на ваши плечи.

Альма накрутила локон на палец. Ее муж говорил, что она великолепная актриса, но скрывать свои чувства определенно не умела.

– В каждом браке есть свои трудности. Не знаю, что еще сказать.

Я не мог позволить ей вести себя так уклончиво и был вынужден настоять:

– Я не прошу рассказывать все секреты, но хотел бы знать, как вы втроем уживались.

Конечно же, узнать я хотел не только это, и моя уловка была настолько очевидной, что в итоге я сказал правду:

– Или скорее я бы хотел знать, как на Антона повлиял непрофессионализм Сесила.

Альма ответила быстро и с оттенком раздражения:

– Это ничего не меняло. Антон – великолепный режиссер. Он со всеми актерами ведет себя одинаково. Будь то я или…

Пока она говорила, кто-то появился в дверном проеме. Мы оба, похоже, решили, что это Перкинс несет мой чай, и тут раздался голос. Обернувшись, мы увидели режиссера собственной персоной.

– Моя дорогая жена слишком вежлива, чтобы сказать вам, дружище, каким презренным негодяем я был какое-то время.

Альма не могла ничего произнести. Большую часть предыдущего вечера она высказывалась откровенно, но теперь же как будто онемела. Я думал, что ради соблюдения приличий Альма могла бы опровергнуть его замечание, но она только опустила взгляд на свою пустую тарелку.

Антон вошел в комнату и выдвинул себе стул так, чтобы оказаться между нами. Я задумался, что это говорило о его намерениях.

– Учитывая все его пороки и недостатки, Сесил был полон решимости соответствовать амплуа капризного актера, поэтому мне выпала роль властного режиссера. Все было весьма мелодраматично, и в какой-то момент я забыл, что это всего лишь игра. Его поведение на площадке все ухудшалось, как и мое. И больше всего страдала бедная Альма.

Вот это уже было любопытно, но по-прежнему не объясняло поцелуя между двумя звездами, которые, судя по всему, друг друга не любили.

Надо было действительно подождать, пока Белла сможет ко мне присоединиться. Она бы знала, что сказать, чтобы выяснить правду. К сожалению, она еще спала, так что я неуклюже спросил:

– И что же? Когда все достигло точки кипения?

Они переглянулись, и, думаю, Альма с облегчением вздохнула, когда за нее ответил ее муж:

– При поцелуе.

«Ура!» – подумал я, но не сказал вслух, так как вот-вот мне должны были наконец дать долгожданную информацию.

– Ты же знаешь, это ничего не значило, – перебила его Альма и наклонилась через стол, взять мужа за руку. Она неуверенно улыбнулась, и я не мог не подумать, что, какой бы раскол ни произошел в их отношениях, все у них будет хорошо.

– Теперь я это знаю. – Антон смотрел на ее изящные пальчики и, не сомневаюсь, вспоминал о своем безрассудном поведении. Или же он был чертовски хорошим актером и всю эту сцену они разыграли специально для меня. – Я должен был доверять тебе с самого начала. Но все казалось таким переменчивым, потому что мы построили свою жизнь, опираясь на человека, которого окружающие беспокоили мало.

Большинство людей рисовало совсем другой портрет «дорогого друга Сесила». Даже Белла не хотела его критиковать. Это также еще раз показывало, насколько Антон Кавендиш стал зависим от своего главного актера.

– Думаю, мы должны объяснить, что произошло. – Альма слегка сжала его руку, и ее муж кивнул в знак согласия.