Мама для Солнышка, или Как воспитать дракона (СИ) - Совушкина Лия - Страница 17

Мне не удалось сдержать удивления, уверена, даже мои глаза едва не превратились в блюдца. Впервые я услышала здравую мысль с уст дракона, да ещё и он говорил то, что я сама часто думала. Отчего-то захотелось похлопать, но здесь всё же выдержка не подвела. Боюсь, мои действия восприняли бы как насмешку, и никакая защита Люми мне бы не помогла.

Следующий час мы совместно разбирали столовый этикет, в котором у меня имелись пробелы. Современный мир давно плавно убирал множество вилок и ложек, оставаясь лишь по большим поводам и в определённых кругах. Зато Дориан плавал в этом болоте правил, сухо объясняя нам с Люми порядок и предназначение каждого прибора.

Когда он ушёл, Люми сказала:

— Папа был сегодня… добрый.

— Возможно, он просто в хорошем настроении, — ответила я.

— А может, это ты на него подействовала, — добавила малышка с лукавой улыбкой.

— Ничего я не действовала, — пробормотала я, но щёки всё равно вспыхнули.

На пятый день погода испортилась. С утра лил дождь, по стеклу скатывались тонкие струйки, и в библиотеке пахло сырым деревом и воском. Мы с Люми устроились у камина: она рисовала, я читала ей вслух. Погода совсем не располагала к учёбе, поэтому я взяла томик сказок и решила устроить выходной. Местные сказки оказались очень занятными, с множеством приключений и смешных поговорок.

— А почему все говорят, что драконы не плачут? — внезапно спросила Люми, отрываясь от рисования.

— Потому что им страшно признаться что могут, — ответила я.

Мы как раз остановились на истории, похожей на нашу принцессу Несмеянную.

— А ты плачешь? — заинтересованно уточнила малышка, хитро щурясь.

— Иногда. Когда никто не видит, — шепотом призналась я, прикрывая ладонью рот.

— А папа? — ещё больше заинтересовалась Люми, аж подаваясь в мою сторону.

— Думаю, давно забыл, как это делается.

В этот момент где-то в коридоре скрипнула дверь, и я не могла отделаться от ощущения, что нас слушают. Впрочем, вскоре сказки настолько поглотили моё внимание, что я забыла про это. Мы провели отличный день, наслаждаясь отдыхом и историями этого удивительного мира.

К вечеру дождь кончился. Я вышла на небольшой балкон, вдохнула свежий воздух, глядя, как сад утопает в тумане. Тишина. Только капли, падающие с крыши, и шелест ветра. И вдруг — шаги за спиной. Я обернулась — Дориан, осторожно ступающий на пол балкончика.

— Извините, — сказала я, делая шаг в сторону. — Я не знала, что здесь кто-то…

— Этот балкон не мой, — спокойно ответил мужчина, облокачиваясь на мокрые перила. — Он принадлежит тому, кто умеет видеть прекрасное в дожде.

— А вы умеете? — невольно спросила я, наклоняя голову к плечу.

— Нет, — хмыкнул Дориан, после чего слабо улыбнулся. — Однако, кажется, учусь.

Мы стояли рядом, не говоря ни слова. Ветер трепал край его плаща, где-то вдали кричала птица. Я хотела спросить — почему он защищал меня тогда, из-за чего стал другим. Но язык будто прилип к нёбу. Мне не удавалось выдавить даже полслова, не то, что засыпать дракона вопросами.

— Завтра… я хотел бы поговорить… вечером, — произнёс Дориан, продолжая смотреть в тёмный сад.

— О чём? — осторожно уточнила я.

— О том, о чём обычно молчат, — спокойно ответил дракон, после чего посмотрел прямо мне в глаза, а его глаза блеснули в лунном свете.

Глава 20

Глава 20

Этой ночью я почти не спала. Свет луны полосами ложился на пол, и я ловила себя на том, что жду этот разговор — и боюсь его одновременно. Меня терзали столь противоречивые эмоции, что даже удивительно. Ведь раньше я не боялась дракона, наоборот, была готова бросаться в словесный бой не раздумывая.

Теперь же, вспоминая все прошедшие дни, я не могла отрицать его положительные черты. Пусть скрытые ото всех, но они пробивались сквозь толстую ледяную броню Дориана. Я не знала, что послужило причиной его холодности, но видела, что с каждым днём лёд трещит всё сильнее.

На следующий день всё утро прошло в ожидании. Я старалась занять себя делами — уроками с Люми, уборкой, перечитыванием старых книг — но мысли снова и снова возвращались к его словам.

«О том, о чём обычно молчат».

К обеду я уже пожалела, что согласилась. Отвлечься не получалось, все мысли родились в голове лишь с одной мыслью. Люми замечала моё состояние, но помалкивал и хитро улыбалась. К вечеру я извела настолько, что хотела лишь одного — поскорее поговорить с драконом и уже успокоить свою душу.

Когда солнце начало садиться, в библиотеке зажгли свечи. Огни отражались в стеклянных дверцах шкафов, пламя дрожало, будто само не знало, стоит ли остаться. Я пришла немного раньше. Просто чтобы… привыкнуть к месту. В воздухе пахло бумагой, дымом и дождём — снаружи опять моросило. Не спеша прошлась вдоль полок, кончиками пальцев касаясь переплётов. Книги всегда умели молчать красиво.

Когда дверь тихо скрипнула, я вздрогнула.

— Простите, — сказал Дориан заходя. — Не хотел напугать.

— Вы не напугали, — ответила я, хотя сердце всё равно забилось быстрее.

Мужчина был без плаща, в простой тёмной рубашке. Волосы чуть влажные, будто он только что вернулся с улицы. В руках — тонкая книга.

— Не знал, с чего начать разговор, — с лёгкой неловкостью произнёс Дориан. — Поэтому принёс её.

Я приняла книгу. На обложке — серебристый герб с драконом, внутри — пожелтевшие страницы.

— Это семейные хроники?

— Да. Здесь записаны не войны и не титулы. Только истории, которые хотели забыть.

Подойдя ближе, дракон сел напротив, на другой стороне стола. Пламя свечи между нами мигало, разделяя и соединяя одновременно. Весь его вид намекал, на совсем не лёгкий разговор.

— Я читал сегодня одну запись, — сказал он. — Довольно старую. Про женщину, спасшую наследницу драконьего рода. Люди боялись её, поэтому называли ведьмой и злодейкой. Однако это не помешало женщине спасти мир маленькой девочки и её родных.

— Почему вы рассказываете мне это? — тихо спросила я, поднимая взгляд и сильно сжимая пальцами книгу.

Повисла тишина.

— Потому что люди редко умеют видеть разницу между теми, кто разрушает, и теми, кто просто живёт не по их правилам, — всё же ответил Дориан.

Слова прозвучали тихо, но я почувствовала, что за ними скрывается что-то личное.

— Вы о себе? — осторожно уточнила.

— Я о вас, — тут же ответил дракон, даже не делая паузы.

— Вы изменились, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Возможно, — признался мужчина, отведя взгляд. — Иногда перемены приходят, не спрашивая чужих планов и желаний.

— Или от кого-то, кто вдруг сказал нужные слова, — с пониманием произнесла я, чуть улыбнувшись.

Мы смотрели друг на друга, словно знакомясь. Во взгляде Дориана было что-то неуловимое, напоминающее поиск чего-то неопределённого. Как будто он сам не понимал, что именно ищет во мне, но отчаянно делал найти.

— Вы не обязаны были защищать меня, — тихо сказала я. — Я бы справилась сама.

— Знаю, — коротко ответил дракон. — Но я не позволю, чтобы вас унижали.

— Почему? — удивлённо выдохнула я, выкидывая брови.

— Потому что вы… — начал Дориан, но замолчал, подбирая слова: — не похожи на остальных.

Сердце дрогнуло. Я попыталась улыбнуться.

— Это не всегда комплимент, — в моём голосе промелькнуло недовольство.

— В вашем случае — комплимент, — уверенно заявил мужчина, впервые улыбаясь.

Повисло длительное молчание. Слышался только дождь за окном и потрескивание дров. Я не знала, как реагировать, внутри робко расцветала надежда, которую я безжалостно старалась вырвать с корнем. Мне нельзя, чтобы лёгкая глупая влюблённость перестала в нечто большее, делая из меня полную идиотку. Моим изначальным желанием было помочь Люми, дать ей всю мою нерастраченную материнскую любовь и заботу. А не влюбиться в её ледяного отца, поглощённого работой.

— Когда вы пришли в этот дом, я думал, что вы не задержитесь. Всё же, наша первая встреча прошла не слишком хорошо, — внезапно признался Дориан.