"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 1597

Но сейчас, во сне, море не пугало девушку. Она была хозяйкой своих снов, и море это знало.

Лария снова взмыла вверх и снова влетела в седую тучу. И это оказалось её ошибкой. Туча оказалась пещерой. Тёмной, с сочащейся по стенам водой. С чем-то противно капающим в тишине. И в тусклом магическом свете рубиново сияли волосы страшной женщины.

— Ты не убежишь, девочка, — прошептала она. — Я увидела, как ты спасла его. Мне больше не нужен ответ.

Лария снова представила дверь, распахнула её, но за дверью оказался камень. Женщина рассмеялась.

— Ты могла убежать, только пока я не знала, на что ты способна, — мягким, почти любезным голосом заметила она. — Но не теперь.

Девушка обернулась и представила огромного красного дракона. Крылатый ящер открыл пасть и выдохнул на страшную женщину пламя. Но та щёлкнула пальцами, пламя погасло, а дракон упал и превратился в красную ящерку.

— Неплохо, — усмехнулась она. — Совсем неплохо. Но это тебя не спасёт.

Она шагнула к Ларии и та, объятая внезапным ужасом, бросилась бежать прочь. Девушка отчаянно пыталась представить выход из пещеры, но все выходы тотчас разрушали обвалы. Лария оглянулась.

Женщина медленно шла к ней. Очень медленно, не торопясь, но пространство сокращалось стремительно. Казалось, сама пещера, повинуясь страшной госпоже, стремится ей навстречу.

Лария представила себя зайцем, и почувствовала, что бежать стало легче. Однако, оглянувшись, обнаружила, что преследовательница уже почти настигает её. Она по-прежнему шла неспешно, и Лария поняла, что скорость в этой пещере совершенно не играет роли.

— Что тебе от меня надо⁈ — закричала она, задыхаясь и остановилась, вновь превращаясь в себя.

— Хочешь жить — приведи его, — улыбнулась та.

— Я не знаю, как это сделать, — возразила Лария.

Она вовсе не собиралась кого-либо приводить к колдунье, но надо было как-то потянуть время. Надо было что-то придумать.

«Ну проснись же, проснись!» — отчаянно подумала девушка и ущипнула себя.

Красноволосая рассмеялась:

— Ты не проснёшься, пока я этого не разрешу, — прошептала она. — Даже не пытайся. Ты здесь, пока этого хочу я. Приведи мне его, и будешь жива. Дай обещание, что приведёшь, и я тебя отпущу.

— Как я кого-либо могу привести во сне? — мрачно поинтересовалась Лария.

— Очень просто, — улыбнулась та. — Я подскажу, как. Только дай сначала слово…

— Нет! — заорала девушка яростно.

Она шагнула прямо в стену. Лария смогла представить, что стена мягкая, будто желе, и камень действительно стал мягким.

— Что ж, — прошептала колдунья. — Я тебя услышала.

И внезапно камень начал твердеть. Лария дёрнулась, но её ноги застыли в камне. Затем туловище, руки. Ей вдруг стало не хватать воздуха, она задыхалась. Хотелось кричать, но девушка не могла даже пошевелиться. Камень поглощал её…

— Эй, — вдруг раздался над ней насмешливый голос, — ты долго будешь дрыхнуть?

Ларию с силой встряхнули, каменная пелена рассыпалась. Девушка резко села на постели, схватившись руками за горло и судорожно дыша. А потом упала с кровати, оперлась о пол руками. Её тело сотрясалось от недавнего удушья. Мозг отказывался верить, что воздуха уже хватает.

Но, наконец, паника начала отступать. Лария села и подняла глаза. Тёмные штаны. Плотная тёмная куртка. Чёрные перчатки. Пояс с металлической пряжкой. Серебряная вышивка. Узкое лицо с тёмной полосой над властным изгибом губ. И синие глаза. Синие, как вечерние тени на снегу.

Джерго.

Девушка без сил привалилась к кровати.

— Пошли, — нетерпеливо потребовал Северный ветер. — И даже не ной, что не можешь. Я и так тебя прождал демоны знают сколько. У нас мало времени.

Глава 11

Лария орет

Лария пыталась бежать. Ноги болели. Девушке казалось, что вместо бедер у неё ножи. Она кусала губы, стараясь удержать стон. Джерго бежал перед ней, спиной вперёд и издевался.

— Ты ковыляешь, как беременная курица.

— Курицы не беременеют, они несут яйца, — выдохнула Лария.

— Да ладно? — Джерго вскинул бровь. — А я и не знал. Значит, ты единственная в мире беременная курица.

Лария мрачно взглянула на мучителя. Утром Ветер принёс ей другие, более удобные и лёгкие штаны, рубашку, более подходящую по размеру, тёплую куртку и шапку, которая завязывалась под подбородком и надёжно закрывала шею со всех сторон. А ещё удобную тёплую обувь. Когда девушка попыталась поблагодарить, Северный ветер закатил глаза, высунул язык, сделав вид полтрупа, а потом попросил не творить из него спасателя беспомощных дев. «Ты же понимаешь, что рано или поздно я потребую свою плату? — уточнил он, язвительно улыбаясь. — Она будет большой, но я ещё не придумал, что я от тебя хочу».

Благодарить расхотелось сразу.

Голова кружилась, но Лария продолжала бежать. Не быстро, просто равномерно двигаться.

— Нет, — Джерго рассмеялся, — не курица. Барсук, сожравший медведя.

— Волка, — выдохнула Лария. — Барсук, сожравший волка.

Ветер заржал.

— Шутка, конечно, тупая, — заметил он, — но для тебя сойдёт. Я, когда впервые увидел твою унылую рожу…

— Помню, у тебя пропал аппетит, — фыркнула сердито Лари.

— Именно, — фыркнул Джерго. — Ты разве что сопли за столом не лила. Не очень-то приятно. Как мышь, попавшая в мышеловку.

Лария с досадой взглянула на него.

— Так так оно и есть, — проворчала она.

— Говори чаще и больше, — посоветовал он. — Тогда совсем собьёшь дыхалку, и бежать станет куда труднее.

— Ты же говоришь.

— Пфе, — фыркнул Джерго, — сравнила. Твоя беда, мышь, что ты не умеешь веселиться.

— А что здесь весёлого? — Лария действительно начала задыхаться. Она остановилась и гневно продолжила: — Я — невеста не пойми кого. Мне ни один из вас вообще не нравится! И я вам — тоже не нравлюсь. Я здесь не по своей воле. Впереди испытание, в котором я могу погибнуть… Да ещё эта… Зима. Ненавижу зиму!

Джерго тоже остановился.

— Все то, что ты перечислила, это весело, — рассмеялся он. — И очень смешно. Ты можешь лить слёзы, а можешь наслаждаться. Ты — невеста трёх парней, трёх ветров. Не знаешь их? Так отлично: можно узнать. Это весело. Не нравятся тебе? Так ты их не знаешь. Не нравишься им? Так ещё смешнее.Прикинь, трое мужиков, которых ты не знаешь, должны будут убивать друг друга ради тебя. Ну не смешно ли?

— Умереть просто от смеха, — сумрачно отозвалась девушка.

— Не по своей воле… Так ты и на свет появилась не по своей воле. Какая разница? Испытание — самое весёлое из всего, что ты перечислила. Рискнуть и сразиться, и чем менее известно с чем, тем веселее. А зима… Чем тебе зима не угодила?

— Снег. Холод. Лёд.

— Вот ты зануда! Беги давай, чего остановилась?

Он вдруг наклонился, сгреб снег. Лари догадалась раньше, чем успела осознать, и бросилась бежать от него. Но Ветер всё равно догнал, повалил на снег…

— Нет… пф-ф… не…

Лария брыкалась, пытаясь увернуться от снега в лицо, но Джерго, оседлавший её талию, не давал такой возможности, пока снег не закончился. Затем вскочил.

— Живая, — заметил, — а притворялась дохлой. Беги давай. За каждую остановку будет снежная ванна.

— Ненавижу тебя! — прошипела Лария, с трудом поднимаясь.

— Неравнодушна — уже прекрасно, — рассмеялся он. — Ну давай, барсучиха. Ковыляй. Можешь на четырёх, если тебе так удобнее.

— Урод, — прорычала девушка, но действительно побежала. И — странное дело — мир перестал кружиться перед глазами.

— Да ладно, — фыркнул он, — не ври, я — красавчик.

— Моральный урод.

— А, ну тогда ладно. Так бы сразу и сказала. Спасибо, конечно, за признание в любви, но, прости, это невзаимно.

— Я тебе не признавалась!

Лария возмущённо бросилась на него, но Джерго развернулся и прибавил хода. Девушке срочно нужно было ударить его. И как можно больнее. Всё внутри просто кипело от злости. И Ветер был рядом — вот он, вот ещё чуть-чуть и рукой достанешь… И она почти-почти схватила его, когда они уже подбегали к турнику, но споткнулась и растянулась во весь рост. Правый локоть полоснуло огнём.