"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 1536

– Как самочувствие?

– Вроде все еще не очень, но намного лучше, чем до этого…

– Ты был тут сознанием?

– Нет… Сразу подался в ту самую непосещаемую нами область…

– Так рассказывай же! – вскричала Пеотия.

Ковели устало потер лицо ладонями:

– Сильно в сон клонит…

– Это всегда так после утопления. Мы по полтора-два часа обязательно спим, и ты сейчас отправишься. Но хоть самое главное расскажи!

Ну, Судья и рассказал. Толку с его путешествия разума оказалось не так много, да другого и не ожидалось. На таком пространстве и нескольких месяцев не хватит, чтобы составить для себя верную картину.

Расвалунг добрался до этой области и осмотрел несколько планетных систем. Обнаружил три разных по уровню цивилизации: две приматообразных на уровне земного средневековья, и одну – с прямоходящими ящерами. Последние имели космические корабли и колоссально загрязняющую атмоферу промышленность на главной планете. Причем точно такая же промышленность спешно создавалась и на других планетах.

Сами ящеры, которые называли себя трапарсами, в первую очередь привлекли исследователя обилием на себе всевозможного и частично невозможного оружия. Они умудрялись и мечи носить, и ультрасовременные, по их понятиям, ружья с лазерной накачкой. Словно дикарь, дорвавшийся до лучевого оружия и не желающий отбросить свои прежние колюще-режущие игрушки.

Ничего больше Ковели не успел. Его стали оживлять, и разум вернулся в тело. Но ориентиры он запомнил, передал остальным коллегам, и теперь каждый при своем погружении будет исследовать планово как мир трапарсов, так и его околицы. Как показалось расвалунгу, прогресс у ящеров сделал очень большой скачок. Следовало изучить этот феномен и выяснить, какое иное космическое сообщество помогло своим братьям по разуму.

Еще на несколько вопросов Судье хватило сил ответить, но дальше он уже бороться с усталостью не смог и отправился на планету расвалунгов спать под личной охраной своего учителя. Правда, Аналитик утверждал, что Ковели среди расвалунгов ничего не грозит.

Оставшиеся хардийцы приступили к тщательному осмотру бесцветных медведей и при этом не прекращали делиться впечатлениями от увиденного и услышанного на планете расвалунгов.

Сама мысль о том, что кто-то когда-то обязательно подскажет нечто дельное насчет Глотки и контейнера в водах озера, была не нова. Ни своими устройствами, ни одолженными у иных цивилизаций, ни теми, которые дали цорки, пока разгадать и толком рассмотреть эти две загадки не удавалось. Хотя пока и некогда было заниматься конкретной научной работой, и огромные резервы остальной Вселенной еще не использовали.

Но, с другой стороны, божественные сущности прекрасно понимали, что и разглашать свою тайну всем мирам они не имеют права. Особенно теперь, после нападения странных разумных медведей. Если неведомые враги вдруг узнают секрет жизни вроде бы как бессмертных созданий, то обязательно так или иначе воспользуются своими знаниями. То есть могут просто выжечь дырку в планете, и на месте Харди останется километровая воронка. И все! Через пять суток якобы всесильные существа начнут болеть, терять боевые качества, и вскорости, без лишних войн или посылки наемных убийц, умрут. И если у Ковели имелась хоть какая-то альтернатива дальнейшего существования, пусть и в виде дерева, то вот остальные его земляки просто тихо угаснут, как сгоревший костер.

И это пугало. А то, что враги сумели с первого раза забросить кровожадных убийц прямо в подземелья, можно сказать, в святая святых наибольшей тайны, пугало еще сильней. Оказалось, что вся мощь, вся удаль и уверенность зависят от этого места. Вернее, от неприступности этого места для посторонних. А как подобную неприступность обеспечить, ежели средства против телепортационного проникновения не существует? Или существует? Но этого божественные сущности не знали.

Помимо этого, встала проблема безопасности при дальнейших утоплениях. До нападения бесцветных медведей никто и не думал охранять друг друга во время «подзарядки» своих тел. Как правило, кто-то один помогал утонуть паре или троим, а через три часа просто вытаскивал из озера. Чаще всего эти три часа никто и не бдел, находясь рядом. Особенно в последние дни приходилось частенько отлучаться по неотложным делам, куда-то срочно мотаться, где-то успеть появиться на короткое время.

А теперь приходилось переходить на военное положение. То есть ужесточить график утоплений, создать запас времени, переходя на утопление раз в четверо суток. При этом рядом должны находиться как минимум четверо страхующих. В случае опасности одной паре придется сразу вступать в сражение с врагами, а второй, используя привязку, переносить утопленных вместе с водой на планету расвалунгов. После переноса можно экстренно доставать тела из воды (ведь сутки в запасе всегда остаются) и мчаться на помощь тем, кто остался в подземельях. Потому что враг после первого провала вряд ли прекратит попыток убийства Ковели. А если уже понял, кто мешает осуществить преступление, то вполне логично перейдет к устранению помех.

Когда после короткого спора опасность дошла до каждого, то даже Алессан не на шутку обеспокоился:

– Тогда получается, что нам вообще желательно Землю не покидать? – И сделал вывод: – Прекращаем мотаться по иным мирам! В том числе и сворачиваем экспедицию на Михе.

– Да тебя туда никто и не гнал никогда! – Пеотия стала краснеть от гнева. – И там в беде наши друзья, которые спасли нас, и тебя в том числе.

Опять назревала ссора, потому что Алессан Михаила Днепрянского недолюбливал и, как обычно, хотел вставить шпильку про «большую игрушку» своей коллеги, но Бутен осадил готовящуюся к атаке Пеотию:

– Хватит! И отныне прекращаем любые, пусть даже дружеские и шуточные конфронтации! Сейчас мы нуждаемся как никогда в единстве и сплоченности. Вот когда раскроем тайны и перестанем быть зависимыми от этого места, тогда пикируйтесь сколько хотите и не ходите в гости друг к другу сколько вам влезет. А сейчас давайте работать и высказываться только по существу!

Минут на пять установилась полная тишина, и, может, именно она помогла хмыкающему Алессану сделать очень важную находку. Вернее, он уже давно отыскал некие странные кровеносные сосуды на голове у медведей, но только сейчас, сконцентрировавшись, смог их верно классифицировать:

– Ха! А ведь на черепе у этих косолапых, под кожей, находилось инородное образование. Некая сеточка, словно из капилляров, на висках, точно такая же возле ушей и на затылке. Весьма напоминает устройство цорков для перевода. Да это же растения! Да, да! И не удивлюсь, если они обладают разумом.

Сомнения на лицах никто не скрывал, но как не верить повелителю растений? С какой стати ему шутки шутить? А чуть позже имеющая особое зрение Сакрина подтвердила:

– И в самом деле, растения. С полной имитацией под живую плоть. Причем, как я поняла, они до сих пор живы?

– Если нет многочисленных разрывов структуры, то живы. Одно растение погибло, потому что было прожжено центральное уплотнение. А вот на втором косолапом его переводчик выжил, даже несмотря на потерю височной доли своего тела. Вот я его пока собрал, приживил ранку на месте разрыва и думаю: на кого бы из живых его возложить? – Алессан стоял, держа в чуть отведенной в сторону руке дивное растение.

– Неужели эта особь, раньше жившая в крови хищника, может прижиться на человеке? – спросил Донтер.

– Легко! Причем она может и отдельно существовать, достаточно посадить это чудо в банку с чистой водой. А на человеке она и под кожу, скорей всего, забираться не будет, так и останется снаружи.

– Ну и на ком ты собираешься ставить опыт? – поинтересовался Бутен. – Почему бы не на себе?

– Пока не могу, – вздохнул повелитель растений. – Опасно! Оно меня не слушается совершенно – раз. И может оказаться ядовитым для меня – два. Разве мало преступников в трюмах цоркских кораблей ждут очереди на казнь?

– Использовать преступников для опытов? – император покосился на своего родного дядю Райгда. – Это неэтично. Да ты и сам недавно на эту тему распинался…