Моя чужая королева (СИ) - Юмай Лия - Страница 12

Только теперь этого оказалось мало.

Ивор

Я старался сохранять спокойствие. Просто стоял и смотрел на разъяренного Филиса, в ожидании каких-либо объяснений.

— Ваше Величество! Отойдите от принца! Или я позову стражу! — предостерёг короля, вошедший в зал Максий.

— О, не волнуйтесь, лорд Орсон! Мы же с Его Высочеством теперь почти родственники! — Шейн расплылся в фальшивой улыбке и пригладил лацканы моего сюртука.

Я помедлил и заговорил:

— Ваше Величество! Потрудитесь объяснить, что всё это значит?

— А что тут объяснять? Фелиция вернулась с вашего бала очень счастливая. Сказала, что скоро вы сделаете ей предложение. Время шло, а ничего не происходило. И бедняжка моя рассказала, как на балу вы запудрили ей голову, воспользовались, пообещав жениться!

— Почему Фелиция так уверена, что это был я?

— Потому что вы в этом признались ей!

— Я уверяю вас, Ваше Величество, на балу я только танцевал. Никем не пользовался, никому ничего не обещал. И свою личность не раскрывал.

— Вы уж простите меня, но я больше склонен верить своей дочери. Я уже написал Императору! Он, вероятно, скоро будет здесь.

"Шиар меня подери! Мне в жизни от такого обвинения не отмыться! Надо срочно поговорить с Фелицией!"

— Ваше Величество, а вы одни приехали? Я бы хотел поговорить с Фелицией.

— После помолвки наговоритесь!

Я выдохнул, сдерживая ругательства.

— Простите, Ваше Величество, но я не могу жениться только потому, что кто-то обманул вашу дочь.

— Давайте всё же дождёмся Императора.

Отец прибыл спустя два часа. Без стражи и свиты.

Его Величество Иглис Блэр — анимаг, как и мой брат Рейван. Отец умеет превращаться в сапсана — самую быструю хищную птицу в мире. Я ждал его появления в своей комнате, когда птица влетела в окно. Император превратился в человека почти ещё в полёте. И словно спрыгнул на пол, распрямляя спину. Первым делом он коротко обнял меня, похлопав по спине.

— Что с рукой?

— Пустяки. Споткнулся в лесу. Не успел залечить. Отец, я хочу сразу заявить: это ложь. Ничего не было. Я даже не видел Фелицию...

— Ты понимаешь, что теперь всё равно, правда это или нет?

— То есть как?

— Ты устроил карнавал. Ты должен был позаботиться о безопасности гостей.

— Но отец! Гостям ничего не угрожало! То, что Фелицию кто-то обманул — не моя вина!

— Где Шейн? — вместо ответа спросил отец.

— В гостиной.

Шейн сидел за столом и пил чай, беседуя с графом Бирманом и бароном Милиором.

— Шейн, как я рад вас видеть! — поприветствовал короля Император. И пожал ему руку.

— Взаимно, взаимно, Иглис! Ну что ж, я всё изложил в письме. Полагаю, нам следует готовиться к свадьбе?

— Всенепременно!

— Отец! Ваше Величество! Я не стану жениться на Фелиции. Уверен, если вы позволите нам поговорить, мы с ней разберёмся во всем. И уладим это недоразумение! — меня очень возмутило это "всенепременно".

— Филис, дорогой! — улыбнулся отец королю. — А действительно, пусть молодые пообщаются? Хуже не будет.

Король нахмурился, ему эта идея явно пришлась не по душе. Однако вслух он сказал:

— Если вы так считаете, то я не против.

— Прекрасно. Тогда мы ждём вас с Фелицией завтра на обед?

— Обязательно приедем! Благодарю.

Король Фарны уехал. А я набросился на отца:

— Зачем всё это? Я готов повторить тебе сотню раз: я ни за что не женюсь на Фелиции!

Иглис смотрел на меня суровым взглядом. Я почти физически ощущал, как мои надежды заслужить его одобрение, быть достойным сыном и разумным правителем — летят в пропасть. Но сегодня мне было плевать на это. Единственное, чего я хотел — это чтобы Тория оказалась рядом.

— Ивор, ты мне предлагаешь вот так просто сказать это Филису? Давай с тобой отложим этот разговор на завтрашний вечер? Может, тебе удастся поговорить с принцессой и выяснить, что на самом деле с ней произошло?

Как ни крути, а ругаться с отцом не хотелось, поэтому я просто сказал:

— Хорошо.

— Вот и отлично. А теперь, расскажи-ка, что здесь происходит?

Когда Император услышал мой рассказ обо всех последних событиях, он задал очень неожиданный вопрос:

— Почему леди Арнис работала на месте убийства? Что с её отцом, лордом Арнисом?

***

Его план срывался. Он убил целый отряд, но ни принц, ни Император не торопятся мстить Аурении. Значит, он должен зайти с другой стороны.

Хорошо, что он перестраховался заранее. Потому что в древней книге четко сказано:

"Три монарха схлестнутся пусть в битве.

Не на жизнь, а на смерть состязание.

Вознесут их супруги молитвы,

Ты детей приведёшь на заклание.

Неживые восстанут из мертвых,

и падёт часть горы по преданию,

Только верная жертва богине

Исполняет любые желания."

Ивор

— Но отец леди Арнис уехал. Мы думали, ты вызвал его в столицу.

— Я не вызывал.

— Значит, он уехал по другим делам.

— Видимо так. Вы считаете, что отряд уничтожили с целью поссорить нас с Ауренией? — уточнил Император, хмуря брови.

— Ну или Винцент совсем спятил. Да, я демонстративно расположил отряд у границы. Но, это не повод, чтобы вот так подло всех убить.

— Согласен, — Император призадумался, — не нравится мне всё это.

— Отец, я постараюсь во всём разобраться. Только не заставляй жениться.

Иглис посмотрел на меня строго:

— Конечно, есть небольшая надежда, что ваш с Фелицией разговор что-то прояснит. Однако, если этого не произойдёт, боюсь, свадьба станет единственным выходом.

Меньше всего я хотел поругаться с отцом. Сдерживая слова, которые могли стать лишними, я извинился и удалился в свои покои. Нервно походив по комнате, я вышел на балкон. Посмотрел вдаль.

"В Аурении Тория вот так же смотрит сейчас в сторону Империи и тоскует. Нет, это не тоска. Это боль, тупая и непроходящая. Почему всё так? Если она моя истинная, то судьба должна была свести нас раньше. А теперь, если бороться за свою любовь, то могут пострадать люди."

Я ведь знал каждый аргумент, каждое слово, что скажет отец. Я словно даже слышал его голос: "Если не женишься, Филис пойдёт войной, с целью убить обидчика дочери. Ты готов взять на себя ответственность за жизни людей и непредвиденный исход всего этого скандала?"

"Курлык!"

На балюстраде сидела Луша! Я осторожно приблизился, разглядывая её лапки. К своему разочарованию записки я не нашел. Зато я смог написать Тории сам.

"Тория, ты сможешь прийти к тоннелю завтра утром? Я хочу поговорить."

Ответ пришел лишь поздно вечером, когда я уже потерял всякую надежду. Всего два слова:

"Я постараюсь."

Я уехал ещё до рассвета, чтобы не отчитываться перед отцом. Только Макса предупредил на всякий случай, что прогуляюсь и вернусь. Доехал без происшествий, уже было совсем светло, и утренняя влажная прохлада рассеивалась, греясь в первых лучах солнца, когда я привязал лошадь и нырнул в тайный проход. Только выйдя с обратной стороны, я понял, что я идиот.

"Здесь же нет моста!"

Я заметался, размышляя, что предпринять и на что надеяться.

"Переплыть на другую сторону самому?

Слишком рискованно. По ту сторону реки люди проходят чаще, нас могут увидеть вместе."

Но тут я, словно почувствовав, повернул голову вправо и увидел Торию, идущую вдоль реки по этой стороне. На ней было простое платье служанки. Каштановые волосы заплетены в длинную толстую косу. Увидев меня, она пошла быстрее, а я устремился ей навстречу. Приблизившись, я притянул её к себе, вдыхая знакомый аромат, погружаясь в такую желанную ауру.

Я прижался к её губам, в стремлении напиться впрок, раствориться, смешаться, стать единым целым, никогда не расставаться.