Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 1291

– Вижу Чака! – крикнул Пафнутий волкам. И тех как ветром сдуло. Прихватив детей, они умчались в лесную чащобу.

Прибежавший Чак сразу учуял присутствие множества диких зверей, хотя ни одного из них не видел, так хорошо они попрятались. Поведя носом, он определил, где находится Пафнутий, и подбежал прямо к нему.

– Все в порядке! – радостно сообщил другу медвежонок. – Человеческие сокровища мы собрали в одно место, вон туда положили, в канаву под дубом. Я рад тебя видеть, Чак!

– Я тоже, – ответил Чак. – Вы просто молодцы, так прекрасно все организовали, просто замечательно! Сейчас сюда подтянутся остальные. А ты уверен, что собрали все сокровища?

– Абсолютно все! – заверил друга Пафнутий. – Марианна выловила из озера все, которые туда попадали. Одну блестящую штучку собиралась заглотить щука, так она у нее отобрала и тоже вынесла на берег. Весь клад лежит теперь под старым дубом. А до твоего прихода его на всякий случай постерегли волки.

– Да, я их учуял, – подтвердил Чак.

– Спроси его, а кони с ними идут? – прошептала из-за коряги любопытная Марианна.

Чак услышал ее шепот и догадался, что это Марианна, о которой Пафнутий много рассказывал Чаку.

– Идут, идут, – успокоил он выдру. – Топают в арьергарде. Хозяин ведет их сам.

– Ах, я мечтаю увидеть, как они скачут! – воскликнула Марианна.

Она совсем перестала бояться Чака и высунулась из-за коряги.

– Мало нам неприятностей из-за твоего глупого любопытства! – недовольно проворчал старый барсук. – Не доведет оно тебя до добра.

Марианна была не только страшно любопытной выдрой, но и страшно обидчивой. И теперь она очень обиделась на барсука.

– Да вовсе я не любопытная! – горячо запротестовала она. – Просто очень хочется поглядеть на коней! Я из-за них сюда и пришла, думаешь, легко мне здесь ждать без воды? Пожалуйста, сделайте так, чтобы я увидела коней!

– Сделаем! – пообещал Чак. – Как только люди сюда заявятся, вы отправляйтесь на луг. Да и всем остальным скажите – нечего им тут долго прятаться, я не за всех собак могу поручиться. А кони придут на луг, я им скажу. Ну, пока, пора и делом заняться.

Тем временем на шоссе показались первые собаки и их проводники. Остальные толпой валили за ними. Тут Чак бросился к старому дубу и оглушительно залаял. Через минуту люди с собаками окружили дуб и началось столпотворение! Собаки рвались с привязи к сокровищам, прыгали и громко лаяли. Разнокалиберный лай смешался с криками людей. Столпившись у канавы под дубом, люди остолбенело пялились на сверкающую в солнечных лучах кучку драгоценностей, аккуратно сложенную на дне канавы, чесали в затылках и дивились, почему воры так глупо поступили с украденными сокровищами. Вместо того, чтобы закопать их в землю в каком-нибудь укромном месте, они сложили драгоценности открыто, причем прямо у шоссе. Каким чудом никто снова не украл эти бесценные сокровища? А они – вон, лежат как миленькие на виду и сверкают себе спокойно. А какие кольца, какие браслеты, брошки, кулоны и даже великолепные колье!

Пану Яну очень хотелось тоже посмотреть на драгоценности в канаве, но протолкнуться сквозь толпу мешали лошади. Пришлось их на время отпустить. Этим тут же воспользовался Чак. Молодчина пес, обо всем помнил, все умел организовать!

– Самый удобный момент смыться! – сказал он коням. – Бегите обратно на луг, там вас уже ждут друзья.

Лошадям и самим надоело тащиться нога за ногу, они охотно выбрались из толпы и, обогнув лес, поскакали на знакомый луг.

И опять началась веселая игра. Лошади были в отличном настроении, сделав доброе дело. Пафнутий был в отличном настроении, проведя удачную операцию по спасению леса. А главное, они знали, что никто им не помешает, ведь люди толпятся у канавы с сокровищами, в том числе и хозяин лошадей.

Спрятавшись в густой траве на краю опушки леса, Марианна с восторгом наблюдала за тем, как весело и ловко перескакивают Сусанна и Удалец через ее косматого друга, как он встает на задние лапы, а они скачут вокруг него галопом, как Пафнутий делает вид, что гонится за лошадьми, а те убегают от него, а потом в свою очередь преследуют убегающего медведя, с разбега перепрыгивая через него, но не касаясь копытами даже волоска на его лохматой шкуре. Даже брюзга барсук вынужден был признать, что ничего подобного в жизни не видел. А он, хоть и ворчал на Марианну, сам тоже из любопытства явился на полянку. Да, даже старый барсук никогда не видел такого великолепного зрелища, это он честно признал.

Наконец устал не только Пафнутий, но и кони.

Уже наступила ночь, когда, громко сопя от усталости, Пафнутий притопал вслед за Марианной к озеру.

– Уффф! – выдохнул он, повалившись на траву. – Ну и денек! Так набегался – на целый год хватит. А все из-за тебя, Марианна. Марианна, ты слышишь? Из-за тебя, говорю, так проголодался – сил нет! Смотри, как отощал. А ведь к зиме мне необходимо поднакопить жирку, иначе не перезимую, ты ведь знаешь.

– Не беспокойся! – успокоила друга Марианна. – Гарантирую – рыбы у тебя будет больше, чем ты сумеешь съесть. Ты заслужил, а о конях и говорить нечего. Я в полном восторге от них, в полном восторге! Ах, какие замечательные кони! Ах, как они ловки и грациозны, как дивно развеваются их пышные гривы! Я просто счастлива, что увидела их. Большое спасибо тебе, милый Пафнутий!

С этих пор до самой зимы Пафнутий уже никакими операциями не занимался, а только отдыхал и ел, ел, ел! Не торопясь прохаживался по чудесному тихому зеленому лесу, спасенному от гибели. И на каждом шагу встречал друзей. Все они радостно приветствовали медвежонка, спасшего родной лес.

Вот настала золотая осень, появились орехи и плоды, появилось много грибов. Не было недостатка в пище, не говоря уже о ежедневной порции вкусной рыбы. И к наступлению зимы Пафнутий отъелся как следует и даже растолстел. Простившись с Марианной до весны, он залез в огромную яму под комлем вывороченного бурей громадного дерева, протиснулся сквозь корни и забился в укромную берлогу. Сверху берлогу засыпало опавшими листьями и сучьями.

Погружаясь в зимний сон, Пафнутий еще успел подумать: уж этой зимой он залег действительно на заслуженный отдых, ничего не скажешь. Блаженно вздохнув, Пафнутий закрыл глаза и заснул.

ГЛАВА II

ГЕНЕРАЛЬНАЯ УБОРКА

Это случилось в один прекрасный солнечный день, ранней весной. Медведь Пафнутий пробудился от своей зимней спячки.

Собственно говоря, пробуждаться ему было рано, мог бы спать себе спокойненько еще недельки две, а может, и две с половиной. Но попробуй поспи, когда у тебя над головой подняли такой страшный шум!

На ветке дерева, нависшей над берлогой Пафнутия, сидела сорока. Вместе с мужем. А значит, это были уже две сороки. И шум они подняли просто невероятный.

– Пафнутий, прррроснись! – стрекотали сороки оглушительным дуэтом. – Прррроснись, Пафнутий! Весна прррришла! Прррришла весна, лето, осень! Поррррра вставать! Прррросы-пайся, Пафнутий! Вставай, вставай, вставай!

Выдержать эти крики мог разве что глухой. Пафнутий глухим не был. Он потянулся и раскрыл глаза. Потом, недовольно кряхтя, попытался сесть. Не сразу удалось ему это сделать, руки-ноги затекли, отлежал их за долгую зиму. Сел наконец, стряхнул с себя кучу прошлогодних листьев и высунул голову из берлоги. И увидел подпрыгивающих от нетерпения на суку сорок.

– Добрый день, – вежливо поздоровался Пафнутий и душераздирающе зевнул. – Можно узнать, зачем вы меня разбудили? Не кажется ли вам, что немного рановато?

– Маррррианна прррриказала! – застрекотали сороки. – Маррррианна!

Пока Пафнутий спросонок почесывался и зевал, сорока принялась выкладывать суть дела.

– Марианна приказала! Послала разбудить тебя, сказала, больше не выдержит! У нее к тебе важное дело, очень, очень важное! И она наловила для тебя целую кучу рыбы! Рррррыбы!