В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси (СИ) - Сушко Любовь - Страница 28

– Зачем ты здесь? Уходи. Что ты от меня хочешь? Где наша дочь? Почему ты не с ней, а бродишь с этим волком. Сгинь с глаз моих, и чтобы я никогда тебя больше не видел.

В голосе его звучали угрозы, мне казалось, что это совсем другой человек, может его подменили? Я тут же поняла, что не могу и не хочу тут больше оставаться, наверное, он просто повредился рассудком от боли и ярости. Он был похож на того зверя, с которым мы столкнулись в парке не так давно. И мне казалось, что ничто меня с ним не связывает больше, я корила себя последними словами и сердилась пуще прежнего. Я бросила ребенка, чтобы заставить зверя яриться и бросаться на меня. Большую глупость придумать трудно, но такое могло быть только со мной, потому что такой я уродилась

Я повернулась к воину, решив немедленно вернуться назад. Здесь мне больше нечего было делать, не за чем оставаться. Жертвы мои, как и многие жертвы никому не были нужны.

Но немного успокоилась и перевела дыхание я только тогда, когда мы выбрались на белый свет. Но надо было решить, что делать дальше. Куда мне идти и где искать ребенка, и что там делать. Здесь у меня оставался Киев и могила Аскольда, единственного человека, который меня просто любил, как отец родной.

Олег вернулся домой вечером того же дня, когда я бродила по подземелью, я это хорошо запомнила. Я старалась хранить спокойствие, но он ко мне не приглядывался. Его слуга передал, что в покоях меня ждет подарок от князя. Но я не стала туда торопиться. Это тоже может быть ловушка, в последние дни я стала страшно подозрительной. Подумать о том, что он хочет провести у меня ночь я никак не могла и не хотела. Кажется, ему вообще не нужны были девы и жены. Никто не пытался рассказать, что был с ним и провел ночку, о наследнике он тоже не заботился. Но если он и собирался со мной бороться, то совсем не так, как я думала.

Но ко мне, как только я вошла в комнату, бросилась служанка с ребенком на руках, этого я ожидала меньше всего. У меня пропал дар речи. Я подхватила девочку и не ведала, что же сказать. Она же залепетала о том, что на рассвете в замке появились воины Олега, забрали их и привезли сюда.

Глава 23 Перемены

Я внимательно слушала все, о чем говорила моя служанка

– Они не спускали с нас глаз, -но Никите удалось ускользнуть, наверное, он добрался до Щека. А мы гадали и ждали того, что будет происходить дальше.

Меня это и порадовало, и огорчило. Если дядюшка узнает обо всем, что случилось, то неизвестно, как он поступит. Все могло стать еще хуже. А идти против Олега мы тоже никак не могли.

Я все еще держала Грету на руках и не знала, радоваться или огорчаться.

– Зачем он это делает? – размышляла я – ведь все будет против меня. Самое разумное было промолчать, и пусть все идет так, как идет.

Ребенок спал в кровати, я смотрела на Грету и не могла поверить, что родила его я сама. Мне больше не хотелось отпускать ее от себя хотя именно Олег ее мне вернул, и вряд ли он станет причинять ей вред. Наверное, не стоило его опасаться. Но я могла понять, что чувствовала бабушка, когда родила Рюрика в чужом мире, но дед еще не сделал ее королевой, и она не ведала, что с ней потом будет. Как она должна была страдать и теряться в догадках. Но Олегу я совсем не была нужна, чего же мне бояться. Я только не могла понять, как могла расстаться с дочерью, передать ее чужим людям.

Весь день провела я в своих покоях и никуда не хотела выходить. А в душе возникла благодарность к Олегу, это было отвратительно. Мне казалось, что я смогу тут спрятать свои чувства. Я послала Афоню к Федору, чтобы тот сообщил ему, что дочь его тут, рядом, она жива и здорова. Но его ярости и криков простить я никак не могла. И по его виду я понимала, что творится что-то странное, но пока не могла догадываться даже что это было.

Я не была пленницей, ни при Аскольде, ни теперь, но и свободной я тоже не была. Только через несколько дней я встретилась с Олегом. Он смотрела на меня пристально, словно хотел рассмотреть что-то неведомое

– Я хотела спасти ее, – буркнула я

– И для это надо было отправлять ребенка непонятно куда? Твоя бабушка была спокойна и разумна, из-за нее мы оказались здесь и имеем все это. И должна ли ее внучка скитаться по чужим мирам. Вам следует беречь все, что у вас есть и не разбрасываться. Многие захотят отнять и владеть тем, что вы завоевали.

Эти слова казались правильными, они много объясняли, но сам Олег вел себя совсем по-другому.

Но с ребенком на руках я была еще беззащитнее и уязвимее перед ним. И князь это прекрасно понимал, потому, как мне казалось, так и поступал.

Мне кажется больше ничего не угрожало, в любом другом месте было опаснее, чем здесь. Надо было просто жить и растить девочку самой, как этого требовали от меня и Федор и Олег сам.

Я просила воинов передать Федору еду, и требовала, чтобы они не упоминали меня. Трудно сказать. Понимали ли они то, что я от них хотела, Князь оставил его в живых не случайно. Он знал, что есть что-то пострашнее смерти. Ему хотелось показать, как он может быть великодушен и благороден. И он узнает, что о нем заботится его враг от этого станет еще печальнее и тревожнее.

Глава 24 Жертвоприношение

А потом случилось жертвоприношение.

– Останься с девочкой, не стоит смотреть на все это, усмехнулся Олег, но он словно бы подталкивал к жертвеннику. Трудно понять, сочувствовал он или издевался. Мне показалось, что это был вызов.

Но у меня не осталось сил с ним бороться, да и не хотелось ничего больше.

– Поступай, как знаешь, – махнул он рукой и отправился прочь.

Я была расстроена и едва удержала ребенка на руках, так на меня подействовало это вторжение. Но Грета закричала пронзительно, тем и привела меня в чувства.

Страшная догадка возникла в душе, неужели я в него влюбилась вопреки всему? Кто и кого приносил в жертву, чем все это закончится? Интересно верит ли Олег в чужих богов или только пытается добиться доверия у тех, над кем он стоит. Но вряд ли кого-то боится тот, кто недавно захватил Царьград и заставил их подчиниться. Мне странно хотелось отправиться в Новгород и побыть там пусть недолго, вернуться в детство и подышать тем воздухом.

Но если даже он меня и отпустит к Игорю, то изменится ли хоть что-то в моей жизни? Да и как я буду там с человеком, которого не знаю и никогда не видела даже. Мои градом был Киев, здесь могила Аскольда, вот если бы Олег не был так близко. Но надо было как-то налаживать жизнь. Время лечит, может и для меня наступят светлые времена?

Народу перед княжеским дворцом собралось великое множество. И все с замиранием сердца смотрели на жрецов, готовившихся к жертвоприношению. Был брошен жребий, боги должны были сделать свой выбор. И теперь я считала этих богов чужими. Неужели им нужны такие жертвы. Дико было то, что тут творилось.

Но шум и рокот смолкли. Где-то появился князь, хотя я пока его не видела. Но все взоры были обращены туда, на высокое крыльцо. Он стоял и смотрел на все, что открывалось его взору. В тот момент он и сам был похож на бога, как мне показалось. Я смотрела на него и кажется шевелиться перестала. Трудно было скрыть восхищение, но кто и когда мог любить бога?

Но среди жертв я увидела и Федора. И сразу все куда-то делось, испарилось, исчезло в один миг. Его все время кто-то заслонял, и я не могла его видеть тогда. Он казался таким растерянным и печальным, что готов был помереть еще до решения жреца. И такую жалость вызывал к себе мой муж, еще недавно наместник самого Олега властный и порой жестокий. Может быть, он всегда был таким и только казался другим? Только я не могла и не хотела его таким видеть в последние минуты. Или просто Олег показал себя во всей красе, и я смогла их сравнить. Представить самого Олега на его месте я никак не могла. Он наверняка все бы сокрушил на своем пути, окажись среди жертв. Но я даже пожалеть своего мужа не могла, так все изменилось.

Вот и суетились все вокруг. А я молчала, помнила, что бунт наказуем, помнила, как он кричал на меня в темнице, когда я пыталась его навестить.