В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси (СИ) - Сушко Любовь - Страница 27

Но мог ли испугать меня зверь лютый, и есть ли в мире зверь, который страшнее человека, который считал себя славянским князем. Барс улягся на траву, взглянул почти миролюбиво и больше не шевелился.

Пылу у меня значительно убавилось с тех минут, но и отступить, и просто так уйти я тоже не могла, даже представить, что он остался один в этом кошмаре было тяжко.

Я не могла показать Олегу, что боялась его, не дождется он от меня такого. Я обещала себе держаться, и отказываться не собиралась. Уж если моя матушка не погибла, высадившись на чужой берег, то со мной тут ничего такого случиться не могло. Да и не так страшно все было, как мне казалось. Я для них не чужестранка, даже этого варяг и его верные слуги не посмеют меня тронуть пальцем, чтобы, между нами, не творилось

– Я внучка короля и дочь одного из самых могущественных князей, так кого мне бояться. И хотя все они мертвы, но даже грозный Олег не станет спорить с мертвыми. Так и возвращалась ко мне уверенность.

– Олег был только подданным моего деда и дяди Рюрика, кем бы он теперь себя не назначил, он только их верный слуга, и в какой-то момент я ему о том напомню. Пусть он хоть весь мир завоюет, но он не был рожден ни конунгом, ни князем. От таких мыслей стало веселей и легче жить, появилась уверенность, что я все смогу изменить.

Вот в то утро у меня и появился один из его воинов. Я сама вышла в парк и радовалась, что он не оставил меня в покое, значит не все потеряно для меня и для Федора.

Глава 20 Снова встреча

Воин пригласил меня следовать за ним. В огромной гридне на этот раз Олег был совсем один. И приглядевшись, я заметила, что он совсем на себя не похож. Мне вдруг показалось, что это был не Олег, а Аскольд, что вернулись старые добрые времена. Но пришлось смахнуть с себя плен заблуждения, мне просто хотелось, чтобы так было, не стоило питаться иллюзиями.

Олег усмехнулся, заметив мое замешательство. Просто за время похода он повзрослел, возмужал, превратился из юноши в зрелого мужа. Он был очень красив, это надо признать, наверное, не много найдется королей, которые были бы так красивы.

– Ты по-прежнему на меня сердита? -спросил он неожиданно

– А может ли быть иначе, ты убил Аскольда, исковеркал мою жизнь, и кажется, глядя на тебя, что ничего не случилось.

Я должна была ему обо всем напомнить.

– Было дело, – подтвердил Олег, – но я расправился с предателем, а таким был и твой Аскольд и старик Дир, это ясно всем, только ты не хочешь этого признавать. Если бы ты не осталась, а была бы с королем или Рюриком, ты бы сразу почувствовала разницу.

– Они были рождены князьями, но кто тебе дал такое право, ты не был князем, только воином и жестоким воеводой, не более того.

Но он слушал и не слышал меня, убежденный в своей правоте. Но я не собиралась молчать, не для того я здесь, чтобы кланяться ему.

– Отчего ты не принес Федора в жертву? – спросила я с вызовом.

Олег молчал. Не знаю почему. Но на меня он смотрел пристально, словно старался понять, что еще от меня должен ждать. Я первая отпустила глаза, не в силах выдержать этого взгляда. Тогда он заговорил снова:

– Я и не собирался быть добр к нему, но прошло время жертвоприношении, придется ему подождать.

Он усмехнулся, словно говорил о пустяках. Потом отвернулся и показал, что разговор окончен. Но напрасно он надеялся от меня так просто избавиться. Решимость только крепла во мне. В глубине души я чувствовала, что не стоит будить в душе его зверя, я помедлила для вида, а потом пошла прочь. Я старалась скрыть свою растерянность, но это было не просто сделать. Только как мне действовать теперь? Он показывал всем видом, что просить его о чем-то бесполезно. Спасти Федора невозможно, если и был какой-то выход, то я его не ведала. Да и сама я никогда не была такой героической девой. Да и муж мой не был невинной жертвой. Может он и поступил так от отчаянья, но поступил скверно, а тем самым погубил всех нас. Если бы я еще не чувствовала своей вины, но я ее осознавала. Это власть и любовь толкали его на такие бесчинства, из-за этого он и оказался в темнице.

Ночью мне снилась Грета и служанка, державшая ее на руках. Давно пора было принять решение и все взвесить. Я должна быть рядом с ними, я не могу бросить своего ребенка. Но я не сомневалась, что оставлю девочку Щеку, а сама останусь здесь, пока участь Щека не будет решена.

После полудня, когда жара спала, я отправилась на могилу Аскольда, странно, что этого не произошло до сих пор.

Аскольдову могилу никто не тронул только чья-то заботливая рука приносила сюда цветы и оставляла на том месте, где пролилась его кровь.

Глава 21 Прошлое и грядущее

Может быть, Олег давно забыл то место, где он совершал убийство и не одно, но могила Аскольда оставалась на прежнем месте. Я уселась на траву, рядом с этим местом и вспомнила, как на меня напал кабан, а потом на месте зверя появился человек. И тот и другой не имели понятия, что они творили, лишая жизни другого. Мертвецы переставали существовать для князя, они были ему не нужны.

Я просила прощения у любимой тени за то, что оказалась в такой страшной беде и не знала, как из нее выпутываться.

– Я должна остаться с ним, я не могу его в беде оставить, предательств и без того было много. Пусть он знает, что я рядом пока жив, потом будет поздно.

Кажется, я убеждала не только Аскольда, но и себя, и не сомневалась, что он меня слышит. А может услышит и кто-то из богов и устыдится своего бездействия. Но тревога нарастала не только из-за этого. Казалось, что было еще что-то, что не выпускало меня из этого мира.

Я старалась ни о чем больше не думать, чтобы не сбиться с толку, оставаться самой собой и не сворачивать со своей дороги. Это было не так просто, когда рядом такое чудовище, как Олег. Но не мы ли были в том повинны, его взрастили мои предки. А ведь и чудовищем он не казался на самом деле, в этом я должна была себе признаться. И если кто-то упорно стоял, между нами, так это был Федор. И если бы не в то время Олег появился в Киеве, то что было бы с нами со всеми?

Так мы и приблизились к тем самым горьким событиям. В тот день служанки отправились вместе с дочерью к Щеку. И я облегченно вздохнула, с ней не должно было ничего случиться, а я была свободна и могла действовать так, как захочется. А может я просто собиралась скрыть свою нелюбовь к ребенку. Я не знала точно того, что творилось в душе.

В тот момент я прохаживалась по парку, раздумывала, что еще можно предпринять. Снова появился Афоня

– Я могу провести тебя к нему, – очень тихо сказал он.

Мы знали, что князь отправился в чисто поле погулять, как обычно и было в такое время. Я пыталась понять, когда же он мог так перемениться. А что, если это западня, куда я и должна попасть. Он проведет меня к нему да там и оставит. Но я была одна и ничего страшного не происходило, пыталась я убедить себя. И я поспешно согласилась, не хотелось, чтобы он передумал.

– Я увижу его и смогу все ему сказать, – убеждала я себя. – Он узнает, что я осталась с ним и смогу ему помочь. Тогда нам ничего не будет страшно. А со мной они ничего не смогут сделать, даже если и захотят.

Так все становилось на свои места.

Глава 22 В подвале

Вместе с Афоней мы спустились в тот подвал, это было глубоко, и мне подумалось, что я могу оттуда и не выбраться. Пришлось прогнать дурные мысли. Он поминутно оглядывался и прислушивался, и страх передавался мне. Дверь за спиной могла захлопнуться надолго, мне ли этого не знать, но коли сделал шаг в Пекло, то не стоит останавливаться.

Я рассмеялась, чтобы прогнать страх, это показалось даже забавным, вот так исчезнуть с лица земли. Федор сидел и маялся тут не один день, так почему бы и мне к нему не присоединиться?

Я стала думать, что скажу ему при встрече. За свое безрассудство он уже заплатил. Факел был в руках воина, он освещал часть коридора, по которой мы и двигались теперь как-то очень медленно. Там, за решеткой из прутьев, на грязном полу я увидела Федора. Он очнулся и закричал: