Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 980

– Хорошо, иди, – сказал Рэй. – В конце концов, это пустяк.

Склонившись, Тург попятился к выходу. Нет, решил Рэй, рано его убирать. Туповат, прямодушен, хватка бульдожья. Где сейчас найдешь ему замену?

Рэй легко поднялся и закружил по комнате, разминая затекшие мышцы.

А не попробовать ли самому? – весело подумал он, с удовольствием ощущая свою силу. А, Герд, что скажешь?.. Нет! – Рэй с сожалением качнул головой. Риск необязательный и, следовательно, глупый. Не будем опускаться до бравады, Верховному Правителю это не к лицу.

Рей звучно хлопнул в ладоши, и в хижине стало темней: дверной проем заслонила громадная туша Кебрика. Пригнув небольшую, поросшую густой шерстью голову, он выжидательно смотрел на Рэя, от усердия сморщив законченное в своем уродстве лицо. Эта чудовищная груда мышц была единственным существом, в преданности которого Рэй не сомневался, ибо гигант был слишком примитивен для предательства.

– Охрану мне! – приказал Рэй.

Кебрик мигнул, развернулся, и лагерь огласил трубный рев. Пригнув голову, Рэй шагнул из хижины, и сейчас же вокруг него сомкнулся плотный строй безмолвных и настороженных телохранителей. Стремительной поступью, возвышаясь над всеми, Рэй зашагал через лагерь, бросая по сторонам быстрые взгляды, подмечая все.

В армии многое изменилось после Крушения. Как случалось в истории не однажды, катастрофа показала, кто чего стоит, расставила всех по местам, их достойным. В дни, когда все казалось потерянным, Рэй сумел сохранить трезвую голову, уцелеть и даже извлечь из ситуации выгоду, прорвавшись на самый верх и под шумок устранив прочих претендентов на пост Верховного. И во многом благодаря Рэю разрозненные банды Псов смогли организоваться в единую Стаю, заменившую прежние, чересчур самостоятельные батальоны. И теперь у огров снова появилась надежда на победу.

Возле одной из стай Рэй ненадолго задержался, чтобы полюбоваться на своего тайного любимца – младшего вожака Род-дона. Этот бешеный Пес, буян и задира, по самые ноздри был заряжен бурлящей энергией. Она не давала его мышцам ни минуты покоя, постоянно толкая на авантюры, иногда бессмысленные, но чаще приносящие Род-дону выгоду: надо признать, голова у парня была, хотя использовал он ее не лучшим образом. Несмотря на молодость, именно Род-дон стал одним из первых центров конденсации рассыпавшихся по всему Лесу осколков огрской армии. Правда, чуть позже, когда напряжение пошло на спад, Род-дона сумели обскакать более опытные, поднаторевшие в интригах Псы, и в большие начальники он не попал, закрепившись во главе неполной сотни отборных верзил. Повиновались они Род-дону слепо, хотя его стая была едва ли не единственной в новой армии, где воинская муштра продолжалась без скидок. Род-дон не позволял своим парням лениться и жиреть, но гонял их со смыслом, и заботился о них, как о себе.

Впрочем, Рэй ценил его за другое.

Обойдя лагерь, Рэй вернулся к центру и вошел в одну из хижин, оставив охрану у входа. Окна были заколочены наглухо, но от стен исходило мягкое свечение, достаточное для ориентации.

Как всегда, Кэролл встрепенулась при его появлении, заулыбалась испуганно и радостно.

Остановившись на пороге, Рэй внимательно оглядел комнату, но под разбросанными на полу шкурами не смог бы укрыться и карлик, а все остальное было на виду. Задвинув дверь, Рэй тщательно запер замок.

– Помоги, – велел Рэй, расстегивая застежки кольчуги.

Девушка вскочила с подушек, живо подбежала, шурша прозрачными одеждами, и латы посыпались с него, будто скорлупа. Вздохнув полной грудью, Рэй покрутил плечами, с наслаждением потянулся. Кэролл сочувственно засмеялась.

Шагнув в ванну, Рэй погрузился в прохладную воду, пузырящуюся горьковатым газом, и прикрыл глаза, млея от щекотания пузырьков. Мягкие ладони женщины осторожно мяли ему затылок, изгоняя усталость, проясняя мысли. Конечно, любая диланка управилась бы с массажем куда лучше, но с Кэролл было проще. Вместе с Рэем она совершила завидный скачок в карьере, продвинувшись из солисток ночного армейского балета в наложницы Верховного правителя. Для страховки Рэй убедил ее, что в случае его внезапной кончины она первой взойдет на погребальный костер, но, в общем, Кэролл была простеньким механизмом – наивные ее хитрости вызывали умиление.

– Хочу есть, – объявил Рэй, и Кэролл поспешила в другой конец комнаты и присела на корточки перед нишей, доставая еду. Рэй следил за ней с нарастающим вожделением: ее смуглое тело явственно просвечивало сквозь ткань, дразня и обещая, и это было совсем не то, что откровенная нагота бледнокожих туземок, ладно скроенных, но обделенных тайной.

Разбрызгивая воду, Рэй поднялся из ванны. Кэролл оглянулась, но встать ему навстречу не успела: одним движением задрав все ее платья до плеч, Рей притиснул женщину к полу. Кэролл торопливо ласкала его, тяжело дыша и вскрикивая, но сейчас ему было безразлично – в самом ли деле она испытывает пылкую страсть или лишь искусно ее имитирует. Насытившись, Рей отлепился от разгоряченного влажного тела, усмехаясь своей брезгливости: истинный, к тому же высокородный, огр даже прикосновения женщины не может выносить долго.

– Ополоснись, – приказал он, принимаясь за еду.

Благодарно улыбнувшись, Кэролл грациозно сбросила одежду и скользнула в воду. Безусловно, она была красива, но всему свой срок и своя мера: потом он еще намучает ее вдоволь, ибо оставлять женщину неудовлетворенной – значит толкать на предательство.

Рэй снял с полки кувшин с брагой, спросил:

– Пила?

Кэролл кивнула. Он сделал несколько больших глотков и отставил кувшин. Голова чуть закружилась, но это скоро пройдет. Блаженно Рэй похлопал себя по животу, перевел взгляд на Кэролл и снова ощутил в себе желание.

– Ну, иди! – позвал он, и Кэролл пришла, покорная и страстная, какой и надлежит быть женщине. Впрочем, может, прав Герд, и трудная победа дороже? Влюбить в себя диланку – смогу ли? А почему же нет? Он-то смог!..

Потом Рэй лежал в постели, закинув руки за голову, а Кэролл преданно (много ли стоит ее преданность?) согревала телом его колени. Скоро она заснула, усталая и умиротворенная, – Рэй же, бросив плоти подачку, как собаке кость, мог теперь размышлять без помех.

Лес! – думал он с насмешливым почтением. Экая ты махина. Даже я не знаю еще всей твоей мощи. В целом мире только ты выше меня, так почему бы нам не объединиться? Пусть диланы и дальше служат тебе разумом – я же стану твоей направляющей волей, твоим указующим перстом. Я покажу тебе цель, достойную тебя, и ты достигнешь ее, потому что ничто не сможет устоять перед тобой. Только ты способен установить на планете порядок, а первым после тебя стану я. И это справедливо, ибо я действительно первый среди людей, я лучше других сумел подчинить страсти рассудку и освободиться от условностей и предубеждений. Меня распирает энергия и переполняют замыслы, моя воля безгранична. Только ты, Лес, можешь противостоять мне, но ты будешь моим союзником…

Рэй улыбнулся: это молитва? Если я сумею подчинить себе Лес, то докажу, что сильнее и его. А время покажет, кто прав. Туземцы ли, спеленавшие себя моралью и не способные даже на видимость борьбы… Или кичливые аристократы, утонченно лелеющие грязные страстишки, отвыкшие мыслить и тупо повторяющие обветшалые лозунги… Псы? – это быдло, вонючее и чавкающее, глухое ко всему, кроме животных позывов… Я сильнее всех, следовательно, прав я! Слышишь меня, Герд? Я прав, а не ты, Вепрь-одиночка, потерявший голову из-за дикарки и этим сделавший себя уязвимым. Жаль, что ты не рядом, такой помощник пришелся бы мне кстати. Уж я сумел бы тебя приручить, ты ведь еще веришь в дружбу, в честь, в долг – такие люди бесценны для умного правителя!.. Жаль, жаль, Герд, что ты должен умереть, это будет потеря для меня… трудновосполнимая потеря…

Рэй заснул, и ему не снилось ничего. Воображение у него было в порядке, но Рэй действительно оказался уникален: перегородка, отделявшая его от остальных, строилась на века, и даже Лес не мог ее сокрушить.