"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ) - Рубанов Андрей Викторович - Страница 1176

Каково же было его удивление, когда он заметил, что преследователи не только не потеряли его, но и продолжают сокращать дистанцию. Поплутав еще немного, демонолог заскочил в проходную парадную и выбежал на не так давно покинутую улицу. Справа от него призывно шелестел листвой небольшой скверик, манил журчащей прохладой фонтан. Хельги поспешил туда. День сегодня был выходной, и народу в сквере гуляло довольно много. Однако маг понимал, что его вполне могут настигнуть раньше, чем он успеет затеряться среди толпы, состоявшей в основном из мамаш с детишками, болтливых старушенций, кучками оккупировавших лавочки, и влюбленных парочек. Юркая наглая белка рыжим огоньком проскользнула мимо него и устремилась вверх по стволу векового дуба, у которого остановился демонолог. Криэ невольно проводил ее взглядом. Первые ветки начинались метрах в пяти над землей, но он и не собирался туда лезть. Взгляд Хельги прикипел к светлому шару омелы, вольготно разросшемуся на старом древесном великане. Решение пришло мгновенно. Он шагнул за дерево, краем глаза заметив приставучий хвост, и плавно потянул меч из ножен.

– Шай, – тихо позвал демонолог.

– Да, мессир, – перед ним стояла Шайритта. Он невольно залюбовался ею. Вот уж точно – боевая подруга. С такой хоть в огонь, хоть в воду… Хельги подался вперед, привлекая ее к себе…

Незадачливые преследователи потерянно заозирались Они были уверены, что только миг назад видели обтянутую черной курткой спину с клинком в наплечных ножнах, и тут демонолог будто сквозь землю провалился. Переглянувшись между собой, парни двинулись по центральной аллее, поглядывая по сторонам. Но, не заметив ничего интересного, кроме мамашек с карапузами, да нескольких влюбленных парочек, одна из которых упоенно целовалась, стоя под свисавшей с дуба омелой, посланцы барона Тарницы свернули к палатке с прохладительными напитками.

Хельги и не надеялся, что его самовольный почин получит такую горячую поддержку со стороны невольной соучастницы. Более того, она, кажется, сожалела, что все так быстро закончилось.

– М-мессир, – ошеломленно выдохнула Шайритта, стоило им отстраниться друг от друга. – Вы… вы меня поцеловали…

– Ну… э-э… да, – чуть смутился Криэ. – Можешь дать мне по морде, или как там положено, когда мужчина целует даму без ее на то дозволения…

Уголки губ Шайритты непроизвольно дернулись вниз. Хельги показалось, будто она сейчас расплачется. Он тут же понял, что сморозил глупость. Внутренний голос поносил демонолога на чем свет стоит.

– Шай, я… – попытался исправить ситуацию маг.

Женщина вывернулась из его рук, и через секунду перед ним вновь был меч.

– Круглый идиот, – закончил чародей, с грустью глядя на верную боевую подругу.

Демонолог тяжело вздохнул, окинул взглядом сквер, убедился, что преследователей поблизости нет, и двинулся к выходу. И так прорву времени потерял из-за этой глупой беготни. Надо было все-таки пойти ва-банк, а не строить из себя героя авантюрного романа, скача по крышам и носясь по подворотням. Взрослый, солидный, уважаемый всеми мастер-демонолог, а ведет себя как мальчишка! На этой гневной мысли затылок Криэ вдруг расколола острая боль, а окружающий мир дрогнул и встал на дыбы…

Один из преследователей поспешил поддержать оседавшего демонолога. Цопнул мага за шиворот и брезгливо воззрился на окровавленные пальцы.

– Господин же сказал – не калечить! – прорычал он, отвешивая подошедшему товарищу подзатыльник.

– Да кто его калечил? – огрызнулся второй, сворачивая пращу. – Так, слегка по головке погладил. Кто же знал, что он такой тонкокожий?!

– Да ты ему едва череп не раскроил! – шипел товарищ.

– Так не раскроил же! И вообще, давай топать отсюда, неча народ привлекать!

Даниэль задумчиво пересек комнату ожидания в гостином дворе при «Крыльях ветра и Ко» и уселся на один из откидных стульев, вытянув ноги. Вот уж воистину, если хочешь очутиться в нужном месте, беги в другую сторону… Сегодня он в полной мере познал правдивость этого утверждения. Капитан чистильщиков рассчитывал, что они окажутся в родном Будапеште самое позднее к ночи, но, как говорится, не судьба… Из четырех принадлежащих компании парусников два ушли на рассвете, один чинился после полета сквозь грозу, а один отчалит не раньше завтрашнего вечера… Ибо команду в честь предыдущего удачного рейса отпустили отдыхать, и срочно выковыривать своих подручных из местных сомнительных заведений ради каких-то там людей капитан не собирался. У пары проходящих мимо парусников оказались свои маршруты, весьма далекие от Будапешта. Так что от идеи сесть на какое-нибудь корыто, летящее транзитом, тоже пришлось отказаться. Придется ждать до завтрашнего вечера. К тому же капитан соглашался подбросить Даниэля и его людей точно до места.

Поэтому оборотню ничего не оставалось, как согласиться. И еще потешить себя надеждой, что по возвращении домой жена не превратит его в пружинный матрац, как обещала. А что, такое вполне может статься! Ей, чародейке черт знает в каком поколении, такой финт ушами сделать – что гному стакан самогону хлопнуть. Расколдует потом, конечно, но понервничать заставит изрядно. Да пусть бы и в матрац. Сейчас бы домой вернуться, а там хоть потоп. Ну, может, дети, соскучившись по блудному отцу, в обиду не дадут. Даниэль невольно улыбнулся, вспомнив дочерей. «Колдовской питомник», как он в шутку называл свою семью и не уставал подшучивать, что только у судьбы могло хватить чувства юмора окружить потомственного оборотня сразу тремя, и тоже потомственными, чародейками.

Посидев с минуту, капитан чистильщиков поднялся и направился в конюшню. Так и есть, лошадь мэтра Криэ все еще на месте. Долгое отсутствие демонолога уже начинало беспокоить Даниэля. Заметив проходившего мимо Збышка, оборотень окликнул его.

– Пойду прогуляюсь, – сообщил он к вящему неудовольствию заместителя, – ты за старшего.

– Кэп, а…

– Я скоро вернусь, не вздумай отправить кого-нибудь на поиски. В отличие от меня, остальным здесь заблудиться – раз плюнуть. Шмотки подержи, – добавил он, скрываясь в дальнем закутке конюшни и несколько секунд спустя появляясь оттуда уже в звериной ипостаси. Збышко подобрал неряшливо брошенную одежду и неодобрительно покачал головой…

– Не кажется ли вам, друг мой, что вы несколько перегибаете палку? – иронично осведомились над головой у Хельги. Демонолог едва пришел в себя, но заявлять миру о себе, а тем паче о своем недовольстве оным, не спешил. В затылке поселилась тянущая боль, виски ломило, как после ментальной атаки. Руки и ноги затекли почти до полной нечувствительности. Маг чуть шевельнул кистями, и те тут же наполнились противным покалыванием. Похоже, что он связан, а точнее, прикручен к стулу, или на чем он там сидит? Судя по обрывкам мыслей, смрадным душком расползшихся вокруг, демонолог тут не один, где бы это «тут» ни было. Да и обращались сейчас, как оказалось, вовсе не к нему.

– Какая вам, к черту, разница, Гадес? – раздраженно буркнул в ответ барон, недовольно посматривая на пленника, который все никак не решался прийти в себя.

– А что скажет ваш сын, когда узнает, какой ценой ему возвращена жизнь и здоровье? – продолжил насмешничать тот, кого назвали Гадесом.

Хельги разобрал, как возле него в ярости заскрежетали зубами.

– Он об этом не узнает, – глухо выдохнул Тарница, – никогда!

Демонолог внутренне подобрался и, сконцентрировавшись, что оказалось не так-то просто после удара по голове, коснулся сознания барона.

«…Ну и помойка!.. – подумал Криэ, методично перерывая мысли своего пленителя. – Похоже, что не все так ладно в датском королевстве…»

Из разрозненных обрывков, плававших в грязном месиве злости, ненависти, ярости и страха, демонологу все же удалось собрать нехитрую мозаику происходящего. Без лишних подробностей, но вполне ясную. Кажется, старший сын господина барона не совсем разделяет политику своего батюшки, и более того, будет категорически не согласен с тем, чтобы ему помогали посредством чужих жизней вообще и младшего брата в частности.