За гранью снов - Хоффман Нина Кирики - Страница 26

— Э-э, — промычал Эдмунд.

— У нас кончились деньги, — сказала Мэтт. — Привет, меня зовут Мэтт. Сокращенное от Матильды. У нас есть продукты в машине, но нельзя съедать все сразу.

— Ух ты, — удивилась Дейдра. — Волшебники обанкротились? Если бы я владела магией, я бы в первую очередь выяснила, как сделать так, чтобы деньги никогда не заканчивались. О-хо-хо. — Она прикусила губу. Потом улыбнулась Эдмунду, но через секунду ее улыбка погасла. Обойдя его, она протянула руку Мэтт. — Привет, Мэтт. Приятно познакомиться. Ты знаешь про Эдмунда?

Мэтт улыбнулась:

— Конечно.

— Хорошо. Я обычно не делаю таких дурацких ошибок. Наверное, я просто удивлена. Я могла бы пригласить вас на ужин. Ребята, вы любите барбекью?

— Я люблю, — ответила Мэтт. — Здесь готовят барбекью тофу или что-то в этом роде?

— М-м-м, думаю, нет. Это не такой город. — Дейдра взглянула на Эдмунда. — Вегетарианцы, да? Тогда это труднее. Я уверена, что они жарят бобы на сале, да и булочки подают с говяжьим бульоном и в жире.

— Но, может быть, с капустным салатом все будет нормально. Я что-нибудь найду, — с улыбкой ответил Эдмунд.

Дейдра взяла свой кошелек, проверила животных, убрала в шкаф свой халат, переодевшись в коричневую куртку, и заперла клинику. В прохладных сумерках они добрели обратно до Серебряной улицы, как называлось шоссе на том участке, где оно проходило через городок. Через два квартала они подошли к «Пустынному Бар-бе-Кью».

— Привет, док, — поздоровалась хозяйка, полная женщина средних лет с начавшей пробиваться сединой.

— Привет, Арлин, — ответила Дейдра.

Мэтт принюхалась. Ей нравились запахи: жареное мясо, дым, специи, сладковатый аромат барбекью и дух свежеиспеченного хлеба. Она огляделась. Ресторанчик пользовался популярностью. За столиками, покрытыми белыми скатертями, сидело довольно много шумного народа. Столы, скатерти и салфетки были заляпаны каплями жира. На белых стенах были развешаны фотографии пикников с барбекью в различных уголках Соединенных Штатов.

Арлин спросила:

— Вам столик на троих? А кто ваши друзья?

— Это Эдмунд и Мэтт, — представила их Дейдра.

— Привет, ребята. Добро пожаловать в «Пустынный Бар-бе-Кью». — Она пожала им руки и дала меню, обернутое полиэтиленом. — Вон там отличный столик. Оттуда хорошо видно улицу.

— Замечательно, — сказала Дейдра. — Спасибо, Арлин.

— Рита сейчас подойдет, чтобы принять у вас заказ на напитки. — С этими словами хозяйка уплыла, а Дейдра, Эдмунд и Мэтт уселись за столик у самого окна.

— Тут в меню написано «Специальное блюдо „Убей дорогу“». Это что, серьезно? — спросил Эдмунд.

Дейдра заглянула в меню.

— Да. Но я никогда его не заказывала, духу не хватало. Вдруг это и правда так?

Мэтт посмотрела, сколько это стоит. Блюдо оказалось самым дорогим в меню. Она выбрала говядину по-техасски.

— Будете что-нибудь пить? — спросила у них семнадцатилетняя официантка с жвачкой во рту и залакированными вихрами черных, как смоль, волос. Глаза были обведены черной тушью. Выглядело это, будто ее украсили двумя огромными фингалами. На ней была традиционная форма официантки: белое платье с красным передником, но платье было куда короче, чем у остальных официанток.

— Молоко, — заказал Эдмунд.

— Воду, — попросила Мэтт.

Дейдра отложила меню.

— Диетическую колу. Рита, как дела у Фифи?

Рита перестала жевать и улыбнулась:

— Очень хорошо, док. Я сейчас принесу ваш заказ.

На некоторое время за столиком воцарилась тишина, так как все изучали меню. Потом все разом подняли головы.

— Ди, — сказал Эдмунд.

— Эд, — сказала Дейдра.

— Ты первая.

— Где ты был? Чем занимался? Куда и почему ты так быстро уехал тогда? — Первые два вопроса были заданы обычным тоном, как при светской беседе, но в третьем прозвучала грусть и скорбь.

Эдмунд отложил меню и дотронулся до ее руки, потом отдернул свою руку.

— Я совершил нечто настолько ужасное, что не знал, как мне дальше с этим жить. Поэтому я сбежал и стал совсем другим.

Дейдра нахмурилась, и ее брови сошлись на переносице.

— Что такого плохого ты мог сделать? Это на тебя не похоже.

— Я наложил проклятье на отца Сьюзен.

Дейдра откинулась на спинку стула. Она смотрела в окно, как сгущались сумерки, и нервно сжимала руки.

— Так это ты сделал? — спросила она немного погодя. Она медленно покачала головой, все еще не глядя на него. — Все это было так странно. Сначала похороны матери Сьюзен, потом… Еще накануне мы все вместе после школы встречались в доме, как всегда, а уже на другой день только я и Джулио, да еще Натан. А ты и Сьюзен больше так и не появились. Мы с Джулио пошли к нему домой, начали всем звонить. У Сьюзен никто не брал трубку, а твоя мама сказала, что ты еще не вернулся. Потом мама Джулио вернулась с работы и сказала, что все кончилось. У отца Сьюзен был удар. Сьюзен переезжает в Сан-Франциско. А Хуаните больше не придется работать в этом ужасном доме.

Дейдра медленно повернулась к Эдмунду, и в ее глазах читалось изумление.

— Я была…

— Вот, ребята, — Рита расставила перед ними напитки и приготовила блокнотик. — Уже решили, что будете заказывать?

Дейдра моргнула и тряхнула головой, будто просыпаясь.

— Говядину по-техасски, — сказала Мэтт.

— С ней идут два гарнира. Какой вы будете, дорогая?

Мэтт еще раз глянула в меню.

— Французские булочки и салат из капусты.

— Отлично. А вы, док, решили?

— Мне как обычно, — сказала Дейдра.

— Свиная отбивная с салатом из капусты и жареными бобами, — записала Рита. — А вы что будете? — Рита глянула на Эдмунда, хлопая ресницами.

— Запеканку из сыра, красный картофель и салат.

— Хорошо. Скоро принесу. — С этими словами она удалилась.

Дейдра пристально посмотрела на Эдмунда.

— У отца Сьюзен был удар.

— Да. Я наложил на него проклятье, и он умер.

— Ух ты, — прошептала Дейдра. — Это было здорово.

Глава девятая

Что? — Эдмунд уставился на Дейдру.

Она подняла на него сияющие глаза.

— Я и сама хотела убить этого ублюдка. Сьюзен почти ничего не рассказывала, но время от времени кое-что проскальзывало. Не то чтобы она искала сочувствия, просто говорила, мол, со мной сегодня утром случилось то-то, поэтому я опоздала. Однажды я сказала, что, будь я на ее месте, я бы прокралась к нему, когда он заснет, и перерезала бы ему горло. Она пришла в ужас и не разговаривала со мной целую неделю. Я ее никогда не понимала.

Эдмунд отпил немного воды, потом сказал:

— Ну, у меня к этому было совсем другое отношение. Я наложил проклятье и свел отца Сьюзен с ума. После этого я пошел домой. Я все время думал о том, что теперь я такой же плохой, как и он. Злой и порочный. И я убежал. От всего. Я ушел далеко от дороги, в глушь, просто уселся и стал ждать, когда умру.

— Но ты не умер, — пробормотала Дейдра.

— Нет. Я сидел в лесу, боясь пошевелиться. Я думал, что любое мое действие могло навредить кому-нибудь, а я этого не хотел. И вот я ждал. Стало совсем тихо. И тогда я услышал голос. — Он улыбнулся. — Это был дух.

— Дух?

— Я его так называю, во всяком случае. Он сказал мне, что я должен есть, пить, жить. Это для начала. Еще он сказал, что прошлое нельзя изменить, но в счет пойдет то, что я буду делать дальше. И он сказал мне, как я мог бы помогать вместо того, чтобы вредить. Я так и сделал. Я вычеркнул свое прошлое и последовал за голосом. Я много путешествовал, отыскивая людей, кому бы я мог помочь.

— Так вот ты куда уехал…

— Да.

Дейдра сняла серебряное кольцо с салфетки.

— В Гуфри был такой переполох, когда ты сбежал. Твоя мама звонила мне и Джулио, спрашивая, не видели ли мы тебя. Мы перевернули весь город, но нигде не нашли тебя. Мы спрашивали Натана, не видел ли он тебя. Я даже заставила Джулио… в конце концов заставила его… заставила… — ее голос совсем стих.