Сиротский Бруклин - Летем Джонатан - Страница 23

– Съешь меня, Минна-черт! – сказал я, чуть задыхаясь.

– Ты смешнее, чем полтора Чарли Чаплина, шут, – отозвался Фрэнк, сохраняя абсолютно мрачное выражение лица.

Очень скоро я понял, что тот Минна, который заехал за нами в школу, был совсем не тем человеком, который уехал от нас. Он избавился от своей обычной веселости, как подростки избавляются от детского жирка. Минна больше ни в чем не видел смешного, он потерял всякий интерес ко всему спектру человеческой комедии. Его почти ничего не волновало, а если он и обращал на что-то внимание, то говорил об этом с горечью. Его мимика стала более сдержанной, он теперь не смеялся, а всего лишь морщился. Он стал быстрее высказывать свое недовольство, реже требовал «рассказать свою историю»и чаще – делать это «на ходу».

Но в то мгновение его сдержанность казалась нарочитой: он хотел, чтобы мы все сели в машину, собираясь что-то нам сказать. И вел себя Фрэнк так, словно отсутствовал не два года, а две недели. У него была для нас работа, подумал – или понадеялся – я, и годы расставания мгновенно улетучились из памяти.

Гилберт привел Дэнни. Мы сели на заднее сиденье, Тони – на переднее, рядом с Фрэнком. Заведя машину, Минна закурил сигарету. Мы свернули с Четвертой авеню и поехали по Берген-стрит. По направлению к Корт-стрит, подумал я. Минна сунул зажигалку в карман, а когда вынул оттуда руку, то в ней были зажаты несколько визитных карточек.

«Автомобильное агентство JI amp;JI. Все виды услуг двадцать четыре часа» – было написано на них. И номер телефона. Никакого девиза на этот раз, никаких имен.

– У вас, оболтусов, случайно, нет ученических водительских прав? – спросил Фрэнк.

Ни у кого прав не оказалось.

– А вы знаете, где находится «ОМСП», то есть Отделение моторных средств передвижения? Я имею в виду, на Шермерхорне? Вот. – Минна вынул из кармана рулончик купюр, отсчитал из него четыре двадцатки и бросил их на сиденье рядом с Тони. Тот сразу взял деньги. Для Минны все имело одну цену – за все надо было быстро заплатить двадцать долларов. Ничего не изменилось. – Я свожу вас туда, а пока мне бы хотелось показать вам кое-что.

Он привез нас к крохотной витрине на Берген-стрит, недалеко от Смит-стрит. Дом с витриной был совсем махонький, и соседние большие здания буквально стиснули его между собой; витрина была так плотно заколочена досками, что казалось, если их отодрать – увидишь одни руины. А ведь мы и раньше были знакомы с его интерьером. Несколько лет назад здесь был миниатюрный кондитерский магазинчик с единственной стойкой для комиксов и журналов. Лавку держала пожилая испанка, которая как-то раз ухватила меня за руку, когда я, стянув со стойки журнал «Хеви-металл», сунул его в карман куртки и попытался убежать. И вот теперь Минна указал нам величественным жестом будущее помещение фирмы «Автомобильное агентство Л amp;Л».

Минна уже успел договориться с неким Люком из водительской школы «Корвер», что на Ливингстон-стрит: начиная с завтрашнего дня тот будет давать нам уроки вождения. Фиолетовый «кадиллак» являлся пока единственным средством передвижения в парке «Л amp;Л», но остальные были на подходе. (В машине стоял убийственно «новый» запах, винил потрескивал, как дровишки в костре. Мои чувствительные пальцы тут же обследовали пепельницу в подлокотнике заднего сиденья – в ней обнаружились десять аккуратно состриженных ногтей.) В скором времени мы уже получим наши водительские права, будем восстанавливать разбитую витрину, заносить в офис радиоаппаратуру, всяческое офисное оборудование, столы, телефоны, магнитофоны, микрофоны (магнитофоны? микрофоны?), телевизор и даже маленький холодильник. У Минны были деньги на все эти вещи, и он хотел, чтобы мы видели, как он их тратит. Ну а раз уж он тратит деньги, то нам просто необходимо подобрать себе подходящую одежду (известно ли нам, что мы выглядим как оборванцы из фильма «Добро пожаловать домой, Каттер»?), и тогда останется сделать только одно – немедленно уйти из «Сары Дж.». Это предложение не вызвало ни единого возражения. В мгновение ока мы, жалкие сироты, превратились в организованный коллектив. Мы слушали приказания Минны, которые он отдавал новым – резким и бесстрастным – тоном, и они вскоре зазвучали для нас как старая добрая музыка. Мелодия, которой нам так не хватало, но которую мы не забыли. Он продолжал: нам необходим радиопередатчик Си-Би, работающий в общем диапазоне, ведь мы же, черт возьми, живем в этом долбаном двадцатом веке, если мы не запамятовали. Кто знает, как работает передатчик? Мертвое молчание, нарушенное выкриком «Радиобейли!». «Отлично, – сказал Минна, – шут вызывается добровольцем». Алло! Алло! Эти сырные шарики с миндалем, продолжал он, глазеют на него с таким видом, словно не понимают английского. Да чем это мы занимались целых два года – спорили, сколько раз в день следует ковырять в носу? Молчание. Гладили наших мартышек, злили учителей? – я начал подергиваться – спрашивал Минна. Может, до нас дойдет, если передавать по буквам? Опять молчание. Алло! А мы хоть раз видели «Разговор»? Лучший, твою мать, фильм на свете, с Джином Хэкменом? Мы хоть знаем Джина Хэкмена? Опять молчание: Хэкмен играл в «Супермене» Лекса Лютора, главного негодяя. Неужели Минна имеет в виду того самого Джина Хэкмена? («Лекслютор, шмекстютор, пекскутор», – продолжал мой мозг, в котором уже зрело беспокойство: где же Джерард, второй «Л» из «Л amp;Л»? Минна ни разу не упомянул его имени.) Что ж, нам надо будет посмотреть этот фильм… и разузнать кое-что о слежке, надзоре. За разговорами Фрэнк повез нас к Шермерхорну, в Отделение моторных средств передвижения. Я видел, как Дэнни метнул быстрый взгляд на мальчишек из «Сары Дж. Хейл», играющих в баскетбол на другой стороне улицы, но теперь мы были с Минной, в миллионе миль от школы. Вы должны получить права водителей лимузинов, продолжал Фрэнк. Они стоят всего лишь на десять долларов дороже, а экзамены те же. Нечего ухмыляться, у вас совершенно придурковатый вид. У вас есть девушки? Ну конечно же нет! Да и кому нужна шайка приютских олухов? Кстати, Старая Печка умерла. Карлотты Минны не стало две недели назад, и Фрэнк сейчас улаживал все ее дела. Нам, разумеется, было интересно, что за дела, но спрашивать мы не стали. И еще, между прочим, Минна женился, решил он сообщить нам. Он с молодой женой переезжает в старую квартиру Карлотты, как только они ототрут со стен пятна соуса тридцатилетней давности. Мы, болваны, можем познакомиться с его женой, только если сначала подстрижемся. «Она из Бруклина?»– полюбопытствовал Тони. Не совсем, она выросла на острове. Нет, болваны, не на Манхэттене или Лонг-Айленде [6], а на настоящем острове. Мы познакомимся с ней. Разумеется, после того, как станем водителями, которые легко управляются с фотоаппаратами, магнитофонами и радиопередатчиком, после того, как приоденемся в костюмы, подстрижемся и нам на права наклеят фотографии, без этих наших дурацких улыбок. Короче, сначала мы должны стать парнями Минны, хотя никто не произнес этих слов вслух.

А вот здесь следует самое интересное. По словам Минны, «Автомобильное агентство „Л amp;Л“ – это всего лишь вывеска, потому что на самом деле речь идет вовсе не об автомобильном бизнесе. „Л amp;Л“ – это детективное агентство.

Анекдот, который Минна хотел услышать в приемном отделении Бруклинского госпиталя, – анекдот про Ирвинга, звучит так:

Одна еврейская мать – назовем ее миссис Гушман – заходит в бюро путешествий.

– Я хочу ехать в Тыбет, – говорит она.

– Слушайте, леди, поверьте моему слову, вы не хотите ехать в Тибет, – отвечает ей туроператор. – Зато у меня есть отличные туры во Флорида-Киз или, если хотите, на Гавайи…

– Нет, – упрямится миссис Гушман, – я хочу ехать в Тыбет.

– Леди, вы путешествуете в одиночестве? Тибет – это не такое место…

– Продайте мне билет на Тыбет! – кричит миссис Гушман.

– Ну хорошо, хорошо, – тушуется туроператор.