Не в костях дело (ЛП) - Элизабет Кассандра - Страница 1

Не в костях дело

Хэллоуинская романтика с одушевленными предметами

Кассандра Элиззабет

Глава 1

Я нажимаю кнопку «Обновить экран», как моя бабушка нажимала кнопку «Крутить» на одноруких бандитах в Атлантик-Сити. Каждый удар сердца отдается в моих ушах в такт безумным щелчкам мыши. Я мечтала об этом двенадцатифутовом скелете (Прим. пер.: 3,6 м.) уже много лет. Жаждала его. Думала о нем каждую осень — как по часам.

И теперь, когда я одинока, разве может быть лучший способ отпраздновать развод, чем наконец купить ту единственную вещь, в которой мне всегда отказывали?

На мой тридцать третий клик — не то чтобы я считала, баннер «Нет в наличии» меняется на «Один доступен».

Один.

Моя душа практически покидает тело, а пальцы летают по клавиатуре. Я добавляю его в корзину, как будто от этого зависит моя жизнь, и нажимаю «Оформить заказ», прежде чем вселенная передумает.

Наконец-то он мой.

Щеки болят от улыбки, расползающейся по лицу, а экран расплывается от слез радости. Я открываю свою электронную почту и смотрю на подтверждение заказа так, будто оно может исчезнуть в тумане надежд и мечтаний, растворяясь в эфире, как призрак в ночи.

Я открываю электронную почту на телефоне, одержимо нуждаясь в подтверждении, что меня действительно ждет мечта всей жизни. Хотя с маленького экрана на меня смотрит то же сообщение с подтверждением, я не успокоюсь, пока заказ не приедет домой в целости и сохранности.

Секундная стрелка часов громко тикает где-то на фоне, отмеряя время самым медленным образом. Шесть часов до открытия магазина.

Шесть часов слишком долго.

Я на секунду задумываюсь о проникновении со взломом, но понимаю, что это может быть немного перебором. И что еще более важно, как бы мне понравился двенадцатифутовый скелет, если я попаду в тюрьму?

Мои руки на руле дрожат, когда я въезжаю на парковку, слишком много кофе с тыквенными специями, подслащенного надеждами и мечтами, гудит в моих венах.

В поле зрения появляется знакомый магазин товаров для дома, и я поворачиваю за угол, как будто веду спортивную машину, а не свой старый верный пикап. Шины визжат от волнения вместе со мной.

Еще раннее утро, стоянка почти пуста, и это меня вполне устраивает. Я паркуюсь как можно ближе к входу. Я не теряю ни секунды сегодняшнего дня. У меня есть планы на этот скелет. Большие планы. А сегодня уже первое октября. Официальный обратный отсчет до Хэллоуина уже начался.

Я знаю, что Лоис будет проблемой, но меня это не волнует. Она может наклеить на мою дверь сколько угодно розовых объявлений ассоциации домовладельцев. Я не сверну с этого пути, который мне ясно указала судьба.

Сделав последний глубокий вдох, я выскакиваю из машины и хлопаю по боку грузовика, проходя мимо.

— О, Большая Берта, подожди! — я пищу, делясь своим волнением со своим самым старым и самым верным другом. — Мы собираемся натворить очень сомнительных дел.

Магазин предстает передо мной, и утренний свет освещает его так, словно сами небеса благословили этот момент. Если я прислушаюсь достаточно внимательно, я почти смогу услышать пение ангелов, как если бы это был религиозный опыт.

Честно говоря, возможно. Я строю что-то вроде храма святого покровителя любителей Хэллоуина. Всем известно, что только самые верные имеют скелет высотой двенадцать футов. И теперь я буду причислена к их рядам — архиепископ Тори Грейвс из Богоматери Жуткого Декора.

Я расправляю плечи, проходя через автоматические двери, гордо иду прямо к стойке обслуживания клиентов, веселой, пружинящей походкой.

Мужчина средних лет с залысинами и и усами, которые можно было счесть и ироничными, и просто неудачными, долбит по клавиатуре.

Я жду. Я пытаюсь быть терпеливой все три секунды — и тут же сдаюсь, откашливаюсь и подпрыгиваю на цыпочках.

— Могу чем-то помочь? — говорит он, тусклые карие глаза поднимают взгляд на меня.

— Да, да, вы можете. Я Тори Грейвс, и я здесь, чтобы забрать свой заказ. — мой голос звучит немного театрально? Как будто я объявляю о крупной награде, которую только что выиграла?

Может быть. Но, возможно, я этого заслуживаю. Утешительный приз за неудачный брак.

Я немного встряхиваю себя. Это мои родители говорят. Нет, это не утешительный приз. Это награда. Трофей высотой двенадцать футов за спасение от брака без любви с человеком, на которого мне вообще не следовало соглашаться.

Клерк медленно моргает, пока я заканчиваю свой внутренний монолог, и моя улыбка сползает. Он снова переводит взгляд на компьютер и вводит мое имя, медленно, по одной мучительной букве за раз.

— Я не вижу заказ, — отвечает он, больше не поднимая глаз.

Теперь моя очередь медленно моргать.

Нет, сэр. Сегодня этого не произойдет. Я выхватываю телефон и тычу доказательство ему в лицо, не желая признавать поражение. Мой голос звучит напряженно.

— У меня есть письмо с подтверждением прямо здесь.

— О, я неправильно написал ваше имя. Дайте мне попробовать еще раз, — он изучает экран, затем хмурит лоб и говори.

— Грейвс? — спрашиваю я, сморщив нос в замешательстве от того, как он мог написать такую легкую фамилию с ошибкой.

— Нет, Тара, — отвечает он.

Тара? Кто, черт возьми, такая Тара? Мне очень хочется отпустить какую-нибудь колкость в ответ, но я не позволю чему-либо испортить мне момент.

— Вам понадобится помощь с загрузкой, — бормочет он, еще несколько щелчков мышью.

Мне хочется разозлиться. Обидеться на то, что у меня не хватит сил самостоятельно загрузить массивные коробки просто потому, что я женщина. Но я хочу заполучить этот великолепный кусочек Хэллоуина в кузов своего пикапа — и увезти домой. Это важнее моей гордости.

— Да, пожалуй, вы правы, — неохотно признаюсь я.

Он говорит мне подъехать на пикапе, и я выхожу чтобы сделать именно это. Пока я жду, что кто-нибудь выйдет, мои беспокойные пальцы нервно барабанят по рулю.

— Ах, точно! Плейлист, — говорю я вслух самой себе.

Я подключаю свой телефон к старой автомобильной магнитоле с помощью Bluetooth-адаптера, и из жестяных динамиков звучит «Skeleton Sam». Я провела одинокие, но чудесно мирные ночи после развода, составляя плейлист в надежде именно на этот случай.

Пикап трясется, когда двое парней загружают коробки в кузов. Один похлопывает по боку кузова, давая мне знать, что они закончили, я выкрикиваю благодарность через окно и отправляюсь домой.

Моя нога все еще хочет вдавить педаль газа в пол, но я заставляю себя ехать нормально, соблюдая ограничение скорости и полностью останавливаясь на светофоре, а затем на знаках остановки, меняя городскую суету на свой ухоженный район.

В поле зрения появляется маленький домик-ранчо, который мы купили много лет назад, когда молодожены только поженились, но вместо страха, который я чувствовала, подъезжая к нему и к моему бывшему мужу, все, что я чувствую — это волнение при мысли о том, каким будет мой первый Хэллоуин в одиночестве.

Это чистый холст, полный возможностей. Я могу украшать все, что захочу, готовить тыквенные угощения и безостановочно смотреть фильмы ужасов. Этот год будет идеальным. Особенно после сегодняшнего дня.

Я сдаю задним ходом на подъездную дорожку, чтобы облегчить разгрузку, дергаю ручник и выпрыгиваю из машины. Мои ноги едва касаются земли, когда я бегу назад, чтобы разгрузиться.

Ящики тяжелые, но чистая решимость, две доски и немного физики помогают мне вытащить их на землю как можно быстрее, но без повреждений.

Я тащу их через ворота во двор сразу за забором, а затем открываю каждую, как ребенок в рождественское утро. После того, как начальный шквал разрывания ленты и бросания упаковочной бумаги закончен, я осторожно выгружаю детали и раскладываю их по кругу вокруг себя, как в каком-то жутком научном эксперименте.