Кулак летящий в богов (СИ) - "Эй ты" - Страница 41

— И кто же ты, дерзкий гость? — произнёс Фулгрим мелодичным голосом.

— Меня Сайтамой звать. Раз уж ты сам ко мне подош… подполз. Не мог бы ты отвести меня к вашему главному? У меня есть к нему небольшой, но важный разговор.

На фоне Финикийца голос Сайтамы сейчас казался особенно мерзким. По крайней мере, для собравшихся здесь демонов и Астартес.

— Возможно… — Падший примарх не стал сразу отказывать Сайтаме. Разумеется, он не собирался и впрямь вести это недоразумение к своей госпоже, но вот понять то, как он сумел пройти шесть кругов и не очутиться сразу в её покоях, было по крайней мере интересно. — …Только перед этим поведай мне, зачем ты сюда пришёл и кто тебя прислал. Ты ведь наверняка понимаешь, что я не могу пропускать к нему кого попало.

— А… Ну, я типа герой. Прошёл сюда просто… ногами… Меня один чел по имени Сангвиний попросил сгонять сюда за каким-то древним мечом. Который вроде как у твоего босса.

Услышав имя брата, Фулгрим на мгновение замер. Внешне он не изменился, но что-то в его поведении неуловимо поменялось. В глубине змеиных глаз пробудилась давно позабытая зависть. Сангвиний… Великий ангел. Любимый сын шестикратно проклятого Императора. И ладно бы дело касалось только прошлого, но нет. Уже после того, как примарх стал демон-принцем, он узнал, что его госпожа сначала пыталась переманить на свою сторону именно Сангвиния. Ещё позже, в варпе, он наблюдал в прошлом дуэль принявшего демоничество Ангрона и израненного ангела во время осады Терры. Где явственно чувствовал разочарование бога резни в своём приобретении и досаду от того, что не смог переманить Сангвиния на свою сторону. Да чёрт возьми! Даже сам Ангрон за секунду до того, как ангел вырвал из его черепа Гвозди Мясника, был поражён совершенством гнева Сангвиния. А мне? А почему все восхищаются им?! Почему все хотят его, а не меня?! А?!

— Сангвиний… — повторил Фулгрим, смакуя имя. Его мелодичный голос стал тише, интимнее. — Мой дорогой брат всё ещё существует? Или, скажем так, мёртв, но не окончательно? Какая трогательная новость.

Он склонил голову набок, разглядывая героя с новым интересом. Его змеиный хвост медленно скользнул по полу, сворачиваясь в кольца. Конечно, ранее, после того как узнать героя немного побольше, Фулгрим хотел просто незатейливо прихлопнуть это недоразумение. Но теперь Сайтама мог быть использован для одной цели…

— Как только ты вновь окажешься перед ним… Ты можешь кое-что передать ему от меня?

— Ага, — легко согласился Сайтама. — А что передать-то?

Фулгрим вновь улыбнулся. На этот раз в его улыбке не было ничего, кроме предвкушения и скрытого веселья. Он занёс одну из четырёх рук за свою спину, изящным движением отведя её к месту, где, предположительно, спина теряла своё благородное назначение. После чего раздался отвратительный хлюпающий звук.

Когда рука вновь вернулась в поле зрения, она сжимала один предмет. Металлический механический инструмент, своим внешним видом отдалённо напоминающий грушу. Правда, раскрытую и не совсем чистую…

Но, несмотря на это, Фулгрим держал её с той же нежностью и аккуратностью, с какой другие не держат собственных детей.

— Доставь эту реликвию моему брату лично в руки. Но я вижу, что у тебя нет достаточно вместительных карманов. Что ж, на твоё счастье, я знаю, что делать в такой ситуации… Снимай штаны…

Демоны и Астартес, до этого спокойно ожидавшие развязки, сейчас захихикали, уже представляя то, что будет дальше. Герой же скривился в отвращении.

— Не-е… давай как-нибудь сам… И это… отойди от меня.

Сайтама никогда бы не сказал о себе, что он плохо относится к людям с нетрадиционной сексуальной ориентацией. К примеру, к тому же Гомо-гомо Зеку он нормально относится. Но этот фрукт всем своим естеством вызывал отвращение.

— Нет, дружочек, не отойду.

Сказав эти слова томным голосом, Фулгрим начал действовать. Почти мгновенно зайдя герою за спину и попытавшись спустить с него штаны, но неожиданно получил сильный удар локтём. Он отлетел в сторону, врезался в пиршественный стол и проехался по нему добрых ползала, пока не свалился на пол. Впрочем, он почти мгновенно встал. На его лице не было ни следа от удара героя. Ведь регенерация и способность держать удар у примарха были на высоте. Только вот вместо самодовольства лицо падшего примарха теперь было искажено яростью, а в руках из ниоткуда возникли клинки.

И спустя один удар сердца Фулгрим вновь стоял напротив героя и атаковал его, а вместе с ним атаковали и все, кто был в зале. Демонетки достали свои хлысты. А космодесантники откуда-то достали древние болтеры и открыли шквальный огонь.

Время для разговоров кончилось. Но сколько бы Фулгрим ни старался прикончить лысое убожество, у него это не получалось. Даже в тех случаях, где, казалось бы, физически невозможно увернуться от клинков примарха, Сайтама умудрялся либо подставить под них случайную демонетку или Астартес. И при этом умудрялся ещё болезненно отвечать. И пускай у Феникса была непревзойдённая регенерация и болью он скорее наслаждался, чем страдал, только вот каждый пропущенный удар от этого убожества болезненно отражался на его эго.

Внезапно падший примарх почувствовал на себе внимание своей госпожи, а вместе с ним и прилив сил. И весьма вовремя. Тех, кто не успел пасть от кулаков или клинка самого Фулгрима, оставалось всё меньше. Падший Феникс с новой прытью накинулся на героя. Но на этот раз их силуэты начали порождать множество остаточных изображений, что создавали иллюзию того, что множество их клонов сражаются между собой. Всё решилось в одно мгновение. Один из шумовых космодесантников выстрелил из своего оружия и попал в голову Сайтаме. Тот на долю секунды потерял концентрацию, чем и воспользовался Фулгрим. Сомкнув два клинка на шее героя, он попытался обезглавить его «ножницами». Только вот пострадала не шея Сайтамы, а клинки, что рассыпались осколками бесполезного металла. А на вторженце по-прежнему не было ни следа.

— Вау. А ты неплох. Хоть и конченый извращенец.

Герой одобрительно показал большой палец Фулгриму, пока тот ошеломлённо разглядывал рукояти своих сломанных орудий. Будь разрушенное оружие обычными кусками металла, Финикиец бы даже бровью не повёл. Однако сейчас им были сломаны два артефакта, подаренных самой Той-Что-Жаждет. Их потенциал зависел от мастерства и силы того, кто их носил. Финикиец ещё до своего падения считался одним из могущественнейших воинов. Что уж говорить про нынешние времена. А сейчас он к тому же был значительно усилен своим патроном. Конечно, до мощи Хоруса во время дуэли с Императором ему далеко. Но сейчас он вполне был сопоставим с одним из павших эльдарских богов. И этой мощи оказалось совершенно недостаточно, чтобы не то что убить посланника ангела — его даже поцарапать не получилось.

Фулгрим пришёл в ужас, но не из-за того, что его противник оказался могуществен. Через связь со своим богом он прекрасно ощутил страх своего господина. Который проник в самую его душу. Из рук Фулгрима исчезли оставшиеся целыми два клинка, а сам он бросился бежать. Его примеру последовали уцелевшие космодесантники и демонетки.

В итоге в зале остался стоять только довольный Сайтама.

— Эх, классно размялся. Только вот… Кто теперь проводит меня к их боссу?

Герой потратил довольно много времени в поисках местного божества. До того пока он не нашёл нужную дверь, ведущую в личные покои бога удовольствия, Сайтама выломал львиную долю дверей в замке Слаанеш. Так что заходил в спальню бога герой в слегка раздражённом настроении.

Покои Слаанеш оказались огромной комнатой, тонущей в полумраке. С пурпурным шёлком на стенах, что двигался сам по себе. Кровать была украшена различными срамными узорами и размером была со складской стеллаж. Вокруг были шкафы с одеждой, сундуки, массивный стол с зеркалом и целой горой косметики. И тишина.

— Есть кто? — спросил Сайтама, оглядываясь. — Я тут за одной вещью. Если отдадите по-хорошему, я сразу уйду. Честное геройское.