Кулак летящий в богов (СИ) - "Эй ты" - Страница 40

Лысый плащ же пошёл дальше. К шестому кругу.

Шестой круг был её шедевром. Белый песчаный пляж со спокойным морем, где в далике звуча умиротворяющая музыка, а душистое море омывало не только песок, но и разум смертного. В этом месте смертные ощущают всю усталость от прошедшего пути. И она усиливается многократно. Ежели смертный поддастся усталости и уснёт, то уже не проснётся, а его кости станут частью белого песчаного пляжа. Песка, который на самом деле являлся перемолотыми костями.

Лысый же вышел на берег.

Тёплое море, белый песок, умиротворяющая музыка вдалеке. Волны тихо набегали на берег, и каждая волна шептала: «Отдохни. Ты заслужил. Ты столько сражался. Просто сядь. Закрой глаза. Здесь ты в безопасности. Здесь ты дома».

Сайтама же замер.

Он стоял неподвижно, глядя на море и о чём-то задумываясь.

Слаанеш видела это, с надеждой замерла и наблюдала за своим кошмаром. Она искренне надеялась, что он сейчас сядет и уснёт вечным сном.

Герой на самом деле довольно долго стоял, прислушиваясь к своим ощущениям. После чего, помотав головой, вынес свой вердикт:

— Не-е… Без телика — не то, — сказал лысый и пошёл дальше. Бог удовольствия, не веря в то, что происходит, продолжал наблюдать за лысой аномалией. Совсем вскоре, после того как грёза преодолела последнее испытание, стали видны безупречные шпили дворца удовольствий.

В этот момент эмоциональное напряжение бога удовольствия достигло своего пика, из-за чего Слаанеш проснулся. Вокруг него уже не было многочисленных любовников и любовниц: те благоразумно решили не попадаться на глаза своему рассерженному повелителю. Повелитель удовольствия же устало вздохнул и вытер выступивший пот. Это был первый раз, когда богу удовольствий приснился кошмар.

— Ну, хоть эта навязчивая грёза рассе…

Хотело было уже сказать самому себе божество, но было прервано громогласными ударами о ворота дворца.

— Есть кто-нибудь дома?

Кричал голос, который Слаанеш надеялось никогда более не услышать. Кошмар не рассеялся…

Глава 19. Внутри дворца

— …Э-э-э! Долго мне ещё ждать, а?!

Недовольный Сайтама стоял перед огромными вратами дворца и барабанил по ним кулаком. Не то чтобы он правда злился. Скорее просто испытывал раздражение от ситуации. Помня слова Сангвиния о бессмысленности убийства так называемых богов, герой решил для разнообразия попытаться просто мирно договориться, забрать клинок и уйти. Конечно, подобный исход был крайне маловероятен, но ведь и попытка ничего не стоила.

Задумавшись, Сайтама слегка забылся и вложил в очередной стук чуть больше силы, чем планировал. Отчего створки ворот не выдержали и с грохотом рухнули внутрь открывшегося прохода, подняв облако пыли.

Сайтама замер с занесённым кулаком.

— Упс… — произнёс он, глядя на дело рук своих.

После воровато огляделся. За воротами открывался длинный коридор, уходящий вглубь дворца. Вокруг было пусто. Почему-то никто не выбежал на шум. Только где-то далеко слышались какие-то звуки.

Коридор был оформлен, на взгляд героя, довольно вычурно. Стены были обиты пурпурным шёлком. Пол выложен плитами из полированного обсидиана, в которых отражались огоньки свечей, горящих в золотых канделябрах. Вдоль стен стояли статуи обнажённых гуманоидов в различных соблазнительных позах. Но, приглядевшись, можно было заметить, что выражения их лиц вместо похоти и равнодушия часто показывали эмоции животного страха или нестерпимых мук. Воздух был пропитан наркотическими веществами с примесью духов, о чём не преминул высказаться герой.

— Ну и вонища здесь… Как здесь вообще живут? Надо будет сказать владельцу, чтоб чаще проветривал…

Герой прислушался к приглушённым звукам. Сайтама без проблем понял, что это были голоса и музыка. Они доносились откуда-то из глубины коридора. Герой пожал плечами и двинулся на звук. Пока он шёл, рассматривал окружение так, будто оказался на выставке современного искусства. То есть ничего не понятно и, если честно, не очень интересно. По крайней мере, для Сайтамы.

На стенах висели картины, изображавшие сцены столь извращённые и порочные, что в приличном обществе их обычно не показывают. Да и в неприличном тоже. Ведь они отображали бесчисленные дегенеративные фетиши разумных галактики. Сайтама же проходил по ним взглядом просто от нечего делать.

— Модернизм какой-то, — с важным видом резюмировал он. Конечно, если бы героя спросили, а что, собственно, такое этот ваш модернизм, он вряд ли сумел бы найти что ответить. Однако коридор был пустым, и потому Сайтама без проблем мог поиграть в одного из важных дядек из телевизора.

Но ничто не вечно. В том числе и коридор, который закончился аркой, за которой открывался просторный зал. Сайтама шагнул внутрь и остановился.

Зал был внушительным. Своды под потолком терялись в полумраке, где едва различимые силуэты постоянно кружились. Вдоль стен стояли столы, ломившиеся от различных яств, но далеко не все из присутствующих в этом зале были увлечены едой. По углам несколько маленьких демонов искусно играли на различных музыкальных инструментах.

На удивление, в зале присутствовали не только демоны, коих была примерно половина. Остальная часть состояла из здоровых мужиков, отдалённо напоминающих тех, с которыми герой столкнулся во время сражения со своей копией. Только если на тех обычно присутствовал полный доспех и отчётливо прослеживались «птичьи» изменения, то здесь значительная часть мужиков была практически голой, а мутации не имели чёткой последовательности. У кого-то вместо одной из рук была клешня или хлыст, у других — копыта вместо ног. У третьих вообще вместо рта торчало какое-то устройство, а глаза напоминали бусинки насекомых. Немногочисленные остатки доспехов были пурпурного цвета.

Ну и да, многие из накачанных мужиков были заняты тем, что кого-то «приходовали». Причём довольно часто они, вместо того чтобы выбирать кого-то из демонеток, что хотя бы напоминали женщин, избирали в свои партнёры других накачанных мужиков. Те же, кто не был занят едой или соитием, оживлённо что-то обсуждали между собой.

Правда, стоило Сайтаме войти, как всё остановилось. Несколько капель крови Кхорна, что впитались в костюм Сайтамы, по-прежнему несли в себе крохотную частичку его сути. Которой, впрочем, было достаточно для того, чтобы каждый присутствующий в зале почувствовал отвращение.

Музыка смолкла. Движение замерло. Разговоры стихли. Десятки глаз уставились на гостя. В их взглядах читалась враждебность. И непонимание. Как такая посредственность могла пробраться сюда? Правда, мгновение спустя ненависть сменилась непониманием. Суть героя по-прежнему оставалась закрытой. А неизвестность порождает страх.

Сайтама же оглядел замершую картину и почесал затылок.

— О, привет. Не обращайте внимания. Я просто прохожу мимо. У вас тут вечеринка, что ли? Ну, продолжайте, не буду мешать.

Но никто не двинулся с места. Тишина в зале стала звенящей.

И тут её нарушил скрип отодвигаемого стула из центра зала. Над пиршественным столом медленно поднялась змееподобная фигура, что возвышалась над столом на добрый десяток метров.

Верхняя часть тела фигуры была человеческой. На идеально накачанный торс ниспадали ухоженные белые волосы. Рук было четыре. Совершенное человеческое лицо с явным макияжем было искривлено в высокомерной улыбке, обнажая острые и безупречные нечеловеческие зубы. Змеиные глаза неотрывно следили за Сайтамой. Ниже пупка же начиналось массивное змеиное тело с пурпурной чешуёй. Как несложно догадаться, это был Фулгрим. Падший примарх Третьего легиона Адептус Астартес.

Недолго поразглядывав героя с высоты, змееподобная фигура двинулась к Сайтаме. Он не заморачивался с тем, чтобы обходить стол. Вместо этого он двигался прямо по нему. Его лицо выражало ленивое любопытство, смешанное с толикой высокомерия. Достигнув края стола, он спустился на пол и остановился в нескольких метрах от Сайтамы, возвышаясь над ним на добрых полметра.