Следователь по особо важным… телам 2 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 52

Я задержал на ней взгляд, подумав: «Она, наверное, редко выбирается наружу». И не стал мешать этому её маленькому счастливому моменту.

Через мгновение она открыла глаза и, повернувшись ко мне, чуть виновато улыбнулась.

— Извини… я просто рад, что наконец-то вышла из офиса. Там очень душно.

— Понимаю, — сказал я, чувствуя, как она смотрит на меня — мягко, без напряжения, и добавил: — В вашем кабинете… и правда было душновато.

Она коротко кивнула, а затем глянула то влево, то вправо и вернула взгляд ко мне, словно спрашивая: «мол, а где ваша машина?» И засунула руки в карманы.

Улыбнувшись, я пробормотал: «Нам туда» и пошёл первым, а она последовала за мной.

Мы быстренько перешли дорогу, пока не было машин, и дошли до парковки, где скромно стояла моя серая «Гранта» между роскошным Bentley и дорогим Mercedesом. Ещё не дойдя до своей машины, я начал машинально шарить по карманам в поисках ключей. Пальцы скользнули в карман брюк, нащупали брелок, я его вытянул и уже собирался нажать на кнопку, как вдруг краем глаза уловил, как Bentley, стоявший ближе всех к нам, вдруг моргнул фарами и мягко щёлкнул замками, открываясь.

Наоми резко остановилась, её глаза расширились, и она выдохнула с искренним восхищением:

— Оо-о-оу, маа-ай… гад-д… это ваша машина⁈

Я усмехнулся и уже собрался ответить и разочаровать её, но она меня опередила. Лицо её загорелось, и она заговорила быстро, возбужденно, тыча пальцем в сторону Bentley:

— Хороша машинка у вас, Илья Николаевич! — она перевела палец на мою «Гранту» и начала: — Не то что вот это… ну-у… это… — она замолчала, явно подбирая слова, а я смотрел на неё с интересом, гадая, что же она скажет. И вот уже в следующую секунду она, чуть наклонив голову, неуверенно выдала: — … как у вас говорят… дээ-эрмо с болтом?

Я приподнял бровь от такого заявления и хмыкнул, не сдерживаясь.

— Ведро, — поправил я её, стараясь говорить серьёзно. — У нас говорят «ведро с болтами».

Наоми чуть изменилась в лице. Её брови приподнялись, а губы приоткрылись, будто она переваривала новое слово.

— Ви-идро? — переспросила она, и в голосе послышалось искреннее недоумение.

— Ага, — кивнул я. — Ведро с болтами. Обычно… у нас так говорят.

— Ааа, поняла, — сказала она и рассмеялась — негромко, смущённо, прикрыв рот ладонью. Смех у неё был мягкий, почти детский, и от этого она стала ещё естественнее.

А я, воспользовавшись паузой, добавил, кивнув на «Гранту»:

— И это ведро, кстати… моё, Наоми.

Она умолкла и посмотрела мне в глаза. Потом на «Гранту». Потом снова на меня. И тут на её лице промелькнула мысль, что я шучу. Она даже чуть улыбнулась — уголками губ, недоверчиво, — будто ждала, что я сейчас рассмеюсь и скажу: «Шутка, давай залазь поскорее в мою Бентли». Но я молчал и совсем не смеялся.

И спустя секунду к припаркованной рядом Bentley подошла знакомая девушка. Софья. Жена Игоря Семенова из «Интеллигент Ресурс», та самая, с которой я столкнулся в холле. Она бросила на нас короткий взгляд — мол, чего мы стоим возле её машины и так смотрим, — но, не сказав ни слова, открыла дверь и села за руль. Мотор мягко заурчал, и Bentley плавно начал выезжать со стоянки.

Наоми тем временем отошла в сторону, чтобы не мешать, и посмотрела на меня с изумлением. А я молча нажал на кнопку брелка, и моя «старушка» отозвалась коротким писком. Фары её моргнули, а замки щёлкнули, открывая двери, и тут же её лицо начало медленно меняться.

Сначала на нём отразилось удивление — искреннее, неожиданное для неё самой. Потом — осознание. А затем — смущение. Щёки её начали наливаться едва заметной краской, которая проступила даже сквозь тёмную кожу.

Затем она приоткрыла рот, будто хотела что-то сказать, но слова застряли где-то в горле. Глаза её заметались — с меня на машину, с машины на меня, — и в них читалась та самая неловкость, которая бывает, когда человек понимает, что сказал глупость. И не просто глупость — а глупость, которую уже не исправишь. Потому что она только что назвала мою машину «дерьмом с болтами», приняв чужой Bentley за мой, и теперь стояла, не зная, куда деть глаза.

Я специально молчал, наслаждаясь её реакцией.

Не то чтобы я обиделся — даже наоборот. Мне было приятно, что она могла подумать, будто я способен ездить на такой дорогущей машине. Но, увы, реальность была совсем другой, и меня это в целом никак не задевало.

— Я… я решить… — она запнулась, подбирая слова, затем переступила с ноги на ногу, поправила волосы — нервным, суетливым движением — и наконец выдавила: — … думать, это ваша.

— Я знаю, — кивнул я, стараясь не улыбаться. — Вы это уже сказали.

Она зажмурилась на секунду — крепко, будто надеялась, что, когда откроет глаза, всё это окажется сном. Глупым, нелепым сном, который можно просто стряхнуть и забыть. Но когда она открыла глаза, ничего не изменилось. Я всё так же стоял на том же месте, возле своей «Гранты», держа в руках ключи, а Bentley уже скрылся за поворотом, увезя с собой Софью и весь тот лоск, который Наоми так поспешно мне приписала.

Она посмотрела на меня. Я — на неё. И в этой тишине, повисшей между нами, было что-то такое, от чего уголки её губ начали дрожать. И тут она вдруг — совершенно неожиданно — рассмеялась. Тихо, смущённо, прикрыв рот ладонью, будто пытаясь заглушить этот смех и спрятать его. Но он всё равно прорывался — лёгкий, почти извиняющийся.

— Простите, — проговорила она сквозь смех. — Я, кажется, сделал глупость… большую.

— Не то слово, — произнес я и усмехнулся.

— Я не хотела вас обидеть, — добавила она быстро, и в голосе послышалась искренняя нотка. — Честна. Просто я увидела… точнее, подумала… ну, знаете… — она запнулась, пытаясь подобрать слова, и беспомощно повела рукой в воздухе. — Машина же миг-миг, а вы…

— И вы подумали, что это моя… — продолжил я за неё, не скрывая улыбки.

Она кивнула, и в этот же момент щёки её стали ещё темнее — если это вообще было возможно. Краска проступила даже на шее, и я поймал себя на мысли, что это выглядит почти мило.

— Да-да… — пробормотала она, отводя взгляд. — Сорри-сорри. Просто… вы выглядите… очень солидно. И поэтому я так и решила.

— Ну… спасибо, — произнес я, покачав головой, но без злобы — скорее с лёгкой усмешкой.

Она не выдержала и снова прыснула — коротко, забавно, пряча лицо в ладони. А я, глядя на неё, рассмеялся в ответ. И она, услышав мой смех, посмотрела на меня — уже свободнее, без этой скованности. Просто как девушка, которая только что попала в неловкое положение, и теперь оставалось только одно — посмеяться над этим. И она смеялась от души.

— Ладно, — сказал я, открывая дверь машины с пассажирской стороны. — Садитесь. Прокачу вас на своём «дерьме с болтами».

Она фыркнула — коротко, забавно, — и, чуть сжавшись и виновато опустив плечи, подошла ближе и села. Я хлопнул дверь и, обойдя машину, сел за руль, захлопнул дверь и на секунду прикрыл глаза.

В салоне пахло нагретой обивкой и слабым, почти неощутимым запахом сигарет. Я открыл глаза и посмотрел на Наоми, она молча потянула ремень безопасности, щёлкнула замком и сложила руки на коленях. Её взгляд был направлен на дорогу, на дома, на что угодно, только не на меня. Она держалась, но было видно, что ей всё ещё неловко.

Я не стал развивать тему и просто достал телефон, открыл навигатор и спросил ровно, по-деловому:

— Какой адрес стоянки?

Наоми чуть повернула голову в мою сторону, но глаза по-прежнему прятала. Она назвала адрес — тихо, смущённо, чуть запнувшись на паре слов.

Пока я вводил его в навигатор, пальцем тыкая по экрану, и в этот момент она добавила — негромко, почти невесомо:

— А у вас хороша машина, Илья Николавка. Очень удобная. Мне по… эм… кайфу.

Я на секунду замер, потом фыркнул — коротко, сдержанно — и поставил телефон на панель, закрепив в держателе.