Следователь по особо важным… телам 2 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 46

Он чуть помолчал, затем добавил:

— Конечно. Я передам ваши контакты и адрес. Благодарю вас, Наоми. Всего вам доброго. — он положил трубку, повернулся ко мне, и я увидел, как он аккуратно, почти церемонно, протягивает мне лист бумаги, только что отпечатанный принтером. — Вот, — сказал он. — Здесь адрес и контактный телефон. Вас будут ждать в течение ближайшего часа. Уверяю вас, вы останетесь довольны её компетентностью.

Я потянулся за листком, всё ещё удивляясь его манере общения. Но, несмотря на всё это, я был абсолютно доволен тем, что он всё объяснил и дал мне контакты.

Взяв листок, я бегло взглянул на адрес, затем поднял глаза и сказал, чувствуя, как в голосе проступает искренняя благодарность: «Спасибо вам большое, Семён Семёныч». И протянул ему руку на прощание.

Семён Семёныч ответил на рукопожатие и произнёс своим официальным тоном:

— Всего доброго вам. И, если позволите, примите мои извинения за то, что не могу проводить вас до дверей.

Я замахал руками, чувствуя неловкость от его излишней вежливости, и забормотал:

— Нет-нет, не нужно. Я сам, и спасибо вам ещё раз.

Семён Семёныч чуть кивнул — коротко, почти незаметно, и я понял, что разговор на этом окончен.

Я развернулся и направился к двери, но на пороге невольно обернулся и увидел, как он, уже не глядя на меня, повернулся к мальчику, сидевшему за столом с карандашами.

Его рука легла на плечо ребёнка, и он заговорил, чуть мягче и нежнее:

— Дмитрий Игоревич, я вижу ваш немалый талант в этом, знаете ли, абсолютно уникальном стиле. Пожалуйста, продолжайте в том же духе. Я уверен, что ваши художественные эксперименты со временем приведут к чему-то, что мы все сможем назвать настоящим искусством.

Я вышел за дверь, тихо прикрыв её за собой, и усмехнулся: «Офигеть… он что, и с ребёнком так разговаривает? Надо же…» Остановившись в коридоре, я прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.

Медленный, шумный, словно пытался выдохнуть из себя этот разговор — голос Семёна Семёныча и его гипнотическую уверенность в том, что всё идёт по плану. Но, оставшись один, я почувствовал, как наваждение рассеивается и приходит напряжение с напоминанием о том, что я здесь не просто так, и время уже поджимает.

Ладно, рано расслабляться. — подумал я, открывая глаза. — Теперь у меня есть адрес, и надо бы побыстрее туда съездить.

Я ещё раз пробежался по листку взглядом уже более внимательно. Адрес: улица Промышленная, 17, офис «Вита-Фарм». И ниже — номер телефона и имя: Наоми Адебайо.

Хм, Наоми Адебайо? — удивился я, убирая листок в карман и направляясь к лифту. — А её фамилия куда экзотичнее имени… — я попытался представить её, но в голову ничего не лезло. — Необычное имя и фамилия, явно нездешние. Мне прям даже любопытно: как выглядит эта женщина, которую так нахваливал столь педантичный человек, как Семён Семеныч?

Достав телефон, я открыл карту и увидел, что нужное здание стоит напротив этого, достаточно перейти улицу, и ты на месте.

— Отлично, — буркнул я себе под нос, убирая телефон. — Пройдусь пешком. Так будет быстрее.

Подойдя к лифту, я поднял руку, чтобы нажать кнопку, но не успел — двери с мягким звоном разъехались сами, и передо мной появилась девушка с ресепшена — Гузель. Всё в том же национальном костюме, но сейчас она была не одна.

За её спиной, в лифте, стояли двое мужчин в чёрных костюмах — высокие, широкоплечие, и с короткими стрижками. Они улыбались и о чём-то говорили с Гузелью на татарском — быстро, оживлённо, но я не разбирал ни слова.

Я чуть отошёл в сторону, пропуская их.

Гузель мельком взглянула на меня, но ничего не сказала — только коротко кивнула, проходя мимо. Мужчины следовали за ней, а затем, когда они чуть отдалились, Гузель им что-то ответила с лёгкой, почти кокетливой улыбкой, и те засмеялись — коротко, сдержанно.

Я вошёл в лифт, и перед тем, как их голоса затихли в коридоре, мне довелось расслышать несколько слов, сказанных одним из мужчин: «эээ, ментлар кутак баш», которые прозвучали слишком громко и эхом пронеслись по коридору, сопровождаясь смехом остальных.

Видимо, для них они так и наряжались, — подумал я, нажимая кнопку. — Неужели настолько важные гости? — двери закрылись, и лифт плавно пошёл вниз. — Хм, а интересно, откуда они взяли девушек на ресепшене, знающих язык? Им повезло, и они уже им владели, или специально наняли таких для встречи?

Я усмехнулся и облокотился на стену, затем выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

Вскоре лифт мягко остановился, двери бесшумно разъехались, и я шагнул в просторный холл. Всё выглядело так же, как и раньше, но теперь я смотрел на это уже другими глазами. Когда я узнал, что это не фармацевтическая компания, стало понятно, почему здесь всё выглядит так дорого.

И пока я спокойно топал к выходу, внутрь вдруг вбежала девушка. Можно даже сказать, ворвалась — быстро, почти бегом, и направилась прямо в мою сторону.

Я мельком глянул на неё: она была молода, красива, чёрные длинные волосы, строгий прикид и маленькая собачка на руках. Когда мы с ней почти поравнялись у ресепшена, мой телефон завибрировал, и я сразу достал его, глянул на экран — где было сообщение от Киры: «Гришин пробил Евгения и Айну, и никто из них не брал каршеринг в тот день. Так что ты не зря поехал. Молодец. Кстати, узнал что-нибудь?» Я хмыкнул, ища в телефоне номер Киры, чтобы перезвонить, и в этот момент краем уха услышал, как Миляуша с ресепшена сказала:

— Добрый день, Софья Семёновна!

— Доброе утро, Миляуша, — раздался громкий женский голос. — Мой балбес у себя?

— Да, Игорь Семёнов у себя, — ответила Миляуша, а затем добавила с лёгкой настороженностью: — Но у него там сейчас важная встреча.

— Да плевать мне, что у него там, — сказала девушка с явной раздражённой ноткой в голосе и опустила собачку на пол, затем выпрямилась и, всплеснув руками, добавила: — У нас тут пиздец вселенского масштаба намечается!

Услышав имя «Игорь», я поднял голову и сразу понял, что эта девушка, по всей видимости, та самая жена, с которой тот странноватый парень говорил по телефону.

Вот ему сейчас влетит, — подумал я с легкой усмешкой и уже собрался сунуть телефон обратно в карман, решив, что лучше будет позвонить Кире на улице. В этот же момент я поймал взгляд Миляуши, кивнул ей как бы в прощание и отвернулся.

Однако, сделав всего несколько шагов к выходу, я вдруг услышал за спиной звонкий лай. Сначала короткий, потом заливистый, с каким-то истеричным подвыванием. Обернувшись, я увидел, как по холлу, огибая ресепшен, несётся маленькая белая собачонка — пудель, кажется, — а за ней, постукивая каблуками, бежит Софья.

— Да тихо ты! Тихо, кому сказала!! А ну стой!!! Стой, Беляш!!! — кричала она, но собака не слушалась.

Псинка по кличке Беляш неслась вперёд с видом существа, у которого внутри взорвался атомный реактор, и через секунду, нагнав меня у самых дверей, со всей дури вцепилась мне в штанину.

Я дёрнулся.

— Ай, твою мать! — вырвалось у меня. — Какого чёрта⁈

Собачонка висела на штанине, рыча и мотая головой из стороны в сторону. Было не столько больно, сколько неожиданно. Я попытался аккуратно стряхнуть её, дёрнув ногой, но она вцепилась ещё крепче.

— Беляш! Беляш, фу! — Софья подлетела ко мне, резко присела и попыталась ухватить собаку за ошейник. — Отпусти! Отпусти, засранец мелкий!!

— Вы мне так штанину порвёте, — спокойно заметил я, глядя, как собака грызёт ткань.

— Извините-извините, — забормотала Софья, всё ещё пытаясь оторвать Беляша от моей ноги. — Он у меня… он, блин, обычно не кусается! Это у него от стресса, наверное!

— Ага, — успел хмыкнуть я, как девушка наконец-то ухватила собаку за ошейник и с силой дёрнула на себя.

Беляш разжал челюсти, но тут же зашёлся в яростном лае и принялся вырываться, извиваясь всем телом. Софья попыталась удержать его на руках, но псина вертелась, как бешеная, брыкалась и цеплялась когтями за всё подряд. И в какой-то момент — то ли случайно, то ли назло — Беляш зацепился лапой за вырез её блузки, и раздался треск.