Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 (СИ) - Кронос Александр - Страница 29

Расчёт оказался верен — материал, из которого состоял ком, вновь расплавился и тут же растёкся веером брызг по атмосфере. Либо его содрало напором воздуха, оставив только твёрдые предметы.

Среди последних меня ждал сюрприз — помимо самих муравьёв, в воздухе летела бесформенная фигура их «муравейника». Того самого, который я наблюдал сверху.

Рядом летели фигуры отдельных муравьёв. Десятки насекомых в свободном падении. Одна проблема — никакого дискомфорта это им не доставляло. А удар о землю, каким бы ужасающим тот ни оказался, всё равно будет слабее моей атаки при помощи палладиевого копья.

На то, что получится их вот так легко ликвидировать, я и не рассчитывал. Зато получилось всю эту живность отвлечь. К тому же на этом я останавливаться не собирался. Собрать всех муравьёв в воздухе, сбить в единую кучу и погнать вниз, завершив полёт эпическим падением кучи-малы в Ангару, было несложно. Точно так же, как выдернуть их потом из реки, заморозить её поверхность и приняться гонять их из стороны в сторону, как шашки на доске.

Единственной проблемой оставался лидер — он регулярно пытался добраться до меня, используя импульс и его приходилось останавливать. К счастью он такой был один — со всеми остальными таких нюансов не возникало.

Держать их на льду Ангары, а потом на подмороженном квадрате земли около реки пришлось долго. Позже ко мне подключились Елисеев с Кремер и стало чуть веселее. Но вместе с тем опаснее — лидер муравьёв теперь постоянно кидался на них, пытаясь достать более слабых противников.

Генерал правда почти сразу умчался обратно. Ему требовалось координировать эвакуацию Иркутска. После того, как я утащил насекомых в небо, процессом занялся КПДЗ и дело пошло на лад. Летающих солдат в форме, которые могли оглушить голосом, предпочитали слушаться. Плюс, почти все горожане видели, как в небо поднялся гигантский ком оплавленного нечто. Да и сам факт того, что отряд вышел из боя и занялся гражданскими вопросами намекал, что они говорят правду, рассказывая об отсутствии критической опасности.

Паника чуть улеглась, на дорогах наконец появился порядок и их стало возможно использовать с максимальной эффективностью. Параллельно грузили поезда на железнодорожном вокзале.

Я же, в это время пытался ставить новые и новые эксперименты на муравьях. Ведя исследование прямо в процессе условного боя. В том числе пробовал разогнать до колоссальной скорости стальные прутья, которыми таранил их броню и выкачивал кислород из воздуха около их тел. За те десять часов, что пришлось с ними возиться, я кажется испробовал все способы ликвидации. Ни один из которых не оказался эффективным.

Была мысль пробить шахту поглубже и закинуть их туда, законопатив выход. Проблема заключалась только в том, что отследить дальнейший путь этих тварей будет нельзя. Негативных последствий для них скорее всего никаких не наступит. Зато вылезти они могут, где угодно. И в этот раз постараются сначала обеспечить себе подкрепление, а уже потом начинать действовать.

Организовать за такой короткий промежуток времени периметр вокруг Иркутска было бы невозможно. Но это только в том случае, если не учитывать возможностей Защитников и не проявлять фантазию. У меня не имелось проблем ни с первым, ни со вторым — поэтому вокруг города появился полноценный ров.

Самый настоящий — широкий и глубокий, с плещущейся внутри водой. Защитники регулярно подменяли друг друга, все эти десять часов занимаясь землекопательством.

Вдоль рва были выставлены военные. Плюс расставлены посты самих Защитников. Помимо «Молнии», на помощь явились несколько отрядов, которые были родом из Сибири. Плюс, абсолютно неожиданно заявились монголы. Отряд под названием «Нукеры Чингизхана», вылетевший сначала в аэропорт Улан-Удэ, а оттуда домчавший на вертолёте до Иркутска. Суммарно почти полторы сотни Защитников. Не слишком хорошо обученных, но имеющих опыт и годящихся для того, чтобы постоять в заслоне.

Я же скинул муравьёв в центр пустого города и умчал за пределы Иркутска. К оперативному штабу, развёрнутому Елисеевым, которого президент официально назначил командующим операцией.

Самый очевидный ход уже был отработан — Виджай Шахеват уже летел на самолёте из Джайпура и должен был приземлиться всё в том же Улан-Удэ. Индиец и сам искал со мной разговора. Даже не он сам, а генерал Наненда, который публично выкинул майора из армии. Командующий индийской группировкой войск, которого Дмитрию обещали заменить, летел вместе с Виджаем на самолёте ВВС Индии. И как объяснил сам Шахеват, владел некоей важной информацией.

Вот моя догадка по поводу матери Головастой оказалась верна. Девушка действительно пыталась направить нас по следу, говоря максимально размытыми фразами. Теперь я был на все сто процентов уверен, что в её случае присутствовал внешний контроль. Знать бы ещё чей и где этого человека искать.

Правда прямо сейчас меня куда больше волновало иное. Способы уничтожения муравьёв, что называли себя варрбаями и судя по контексту пришли из пространства, которое лежало за Столбами Чёрного мира. Не знаю, зачем аборигены решили изображать насекомых на тех металлических пластинах, но очевидно, они на них охотились. А те каким-то неведомым образом прорвались сюда. Если быть до конца точным — пробился всего один. Превратившись в предводителя целого племени своей расы.

Именно вот эта, последняя мысль почему-то зацепила мой разум. Я уже около часа пытался придумать варианты уничтожения насекомых, которые могли бы сработать. И вот сейчас… Почему мне показалась такой важной собственная ремарка про племя?

Осторожный перебор версий подсказал, что дело в способах создания новых муравьёв. Зато дальше я упёрся в стену. Как мне поможет тот факт, что их создают из человеческих тел? Они ведь всё равно неуязвимы. Стоит особи стать взрослой, как убить её практически невозможно. Омолодить их я тоже не смогу. Возможно выйдет у Виджая. Как минимум, у того получится вырастить отдельные их органы и нанести удар изнутри тел.

Вот тут до меня наконец дошло. Каждый варрбай до своего превращения был человеком. Что значило — внутри них может оставаться микропластик. Муравьи могли кардинально перестроить собственное тело, но далеко не факт, что при своём создании они фильтровали крохотные частицы той дряни, которую нынче носят в себе люди. Возможно вовсе ни о чём подобном не подозревали, потому что обходились без него. А раз так — они уязвимы.

Прекратив мерить шагами площадку около большой штабной палатки, я довольно улыбнулся. И прикрыв себя оптической иллюзией, пустил в дело левитацию, взмыв вверх. Пришло время проверить мою идею на практике.

Глава VIII

Иркутск пал. Человечество проиграло свой первый бой. Вторжение началось.

Подобных заголовков были даже не десятки. Сотни. Мир, в котором Константин стал самым популярным мужским именем для младенцев родившихся пятнадцатого и шестнадцатого мая, а каждая четвёртая женщина была готова отдаться Лагову где он пожелает и в любой форме, вдруг засомневался в Корпусе. Их называли проигравшими и отступившими. Плюшевым тигром, который не пережил первого контакта с реальной угрозой и множеством иных, не менее обидных прозвищ.

Ради справедливости — так себя вели далеко не все медиа и блогеры. Было много тех, кто выкатывал куда более серьёзные аналитические материалы. Либо хотя бы задавались вопросом о том, что там за такие монстры появились в Иркутске, что даже Лагов отступил? В конце концов, были и те, кто помнил об эвакуации города, а не упоминал его в таком ключе, будто там осталось всё население. Благополучно погибшее, естественно.

Несмотря на это, держать оборону в медиа-пространстве было тяжело. Что было особенно обидно, Твардовский проигрывал на родном поле — в русскоязычном сегменте. Территории, которую он знал от А до Я.