Эхо отражений (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 40

— Махнуть бы как-нибудь к вам на этой ласточке, — Николай Игнатьевич погладил крышу «Запорожца» с приваренной сеткой для перевозки грузов. — Но у нас тут тоже рыбалка неплохая. Я обычно на Невской губе ловлю, туда порой и морская рыба заплывает. Говорят, даже как-то акулу видели, но я что-то не очень в это верю.

— Сосед из квартиры напротив, — пояснила Росси, когда мы наконец вышли со двора. — Заядлый рыбак, а всю жизнь с детских лет в этом доме живёт. В войну зажигательные бомбы с ним вместе с крыши сбрасывали. Так, ладно, я побежала на станцию метро, а вы, Иван, гуляйте в своё удовольствие. На случай, если больше не увидимся…

Она вдруг обняла меня, тут же отстранилась и, не оборачиваясь, скорым шагом пошла в сторону станции метро «Сенная площадь»[1]. А я, оставшись один, задумчиво огляделся по сторонам. Куда направить свои стопы? И медленно побрёл в сторону… Ну да, Невского проспекта. Эпохи меняются, а места притяжения остаются прежними.

Невский, конечно же, отличался от самого себя образца 1886 года, но не сказать, чтобы уж очень сильно. Всё-таки снести исторический центр города не поднялась рука даже у большевиков, руководствовавшихся принципом: «…мы наш, мы новый мир построим». Предварительно, естественно, разрушив старый.

Народ, конечно, одет был в массе своей довольно серо и блекло, и лица отнюдь не сияли, как это я читал как-то в чьих-то воспоминаниях. Мол, люди были проще, лица их были открыты и дарили улыбки. Не знаю, в моём будущем то же поколение зумеров выглядит куда как более жизнерадостно, нежели вот эти, за редким исключением, хмурые и явно чем-то озабоченные ленинградцы.

Мимо прогромыхал белый с красной «юбкой» трамвай №2, а я решил посетить тянувшийся за строем лип «Гостиный двор» с лозунгом по крыше слева и справа от входа: «Достойно встретим XXV съезд КПСС!». Это, вроде как, в следующем году он будет, съезд партии, подсказало мне что-то в глубинах памяти.

Торговый центр… то есть универмаг — ничем особо не впечатлил. Да уж, достойно встретим съезд… С такими очередями за банальными колготками, хе! Пусть даже итальянскими. М-да, не знают эти люди, выстроившиеся в очередь за ними, что ещё лет двадцать-двадцать пять — и такого добра будет завались на каждом углу.

Впрочем, потребности у советского гражданина, как я понял, были не слишком уж и большими. Было бы что поесть да надеть… Или правильно будет одеть? Ну не суть. В общем, если где-то выкинут какой-то дефицит — то по возможности постараются ухватить, даже если вещь или продукт не сильно-то и нужны. Просто чтобы было. А так, в плане непритязательной еды и одежды тут, в СССР, проблем не существовало, насколько я знал. Партия об этом минимуме заботилась всегда. Как и о социальных гарантиях, включая бесплатные медицину, образование, жильё, а также путёвки в дома отдыха и санатории. Не то что на загнивающем Западе.

Ладно, отбросим лирику и продолжим наблюдения, которые я по возможности незаметно фиксировал в виде фото и видеоматериалов. У кого ещё есть такой архив из прошлого? А у меня он уже вовсю собирается. 1938-й, 1886-й, и вот 1975-й. И это ещё, как я рассчитывал, далеко не предел. Как тебе такое, Илон Маск⁈

Минут сорок, наверное, бродил по анфиладам «Гостиного двора», заглядывая из отдела в отдел, из секции в секцию. По пути не удержался, купил эскимо со странным называнием «Каштан». Порция глазированного шоколадом пломбира стоила 28 копеек — все остальные виды мороженого были дешевле.

Немного напрягло появление парочки милиционеров –пешего наряда ППС. Один из них скользнул по мне внимательным взглядом, и у меня ёкнуло в груди. А ну как документы попросят, а у меня их и нет. Не дурак я же я тащить в прошлое свой российский паспорт! Зато сотовый в кармане, и тут у них это «шпионское» оборудование наверняка вызовет немало вопросов.

Однако обошлось. Сержант и старшина прошагали мимо, а я, стараясь не слишком спешить, чтобы не вызвать подозрений, двинулся к выходу. Выйдя на нижнюю галерею, обращённую в сторону Невского проспекта, вдруг услышал:

— Эй, земляк!

Я обернулся на голос. Звал меня кто-то из тех трёх парней, что тусовались чуть в сторонке, и головы их были повёрнуты в мою сторону. Были они прикинуты по нынешним временам вполне даже модно, все в джинсе, даже один в джинсовой куртке, несмотря на жару. И все трое прятали глаза за линзами солнцезащитных очков.

— Вы мне? — спросил я.

— Ага, — откликнулся один из них, как раз в джинсовой куртке, и приглашающе махнул рукой. — Подойди, не бойся.

Я пожал плечами:

— Да я и не боюсь.

Подошёл, независимо засунув руки в карманы. Одна рука, правда, из-за находившегося там смартфона поместилась в карман не полностью. Да и чего бояться, они все трое явно меня моложе, пусть и не намного.

— Слушай, мы тут с парнями спорим, что на тебе за модель? Какой фирмы?

Он кивнул подбородком на мои джинсы.

— Без понятия, — честно ответил я.

— Серьёзно? — удивился другой, и даже очки снял, явив свои обрамлённые довольными длинными, но бесцветными ресницами глаза. — Это как так?

Я повернулся к ним задом, задрал футболку демонстрируя кожаную нашлёпку, под которую был продет ремень. Все трое склонились к моему заду.

— «MIRACLE», — прочитал третий — обладатель редких усиков.

— Первый раз слышу, — снова вступил в разговор парень в джинсовой куртке. — Где ты это взял?

— Да у нас в Зарыбинске на базаре, — сказал я, ничуть не покривив душой, поскольку именно так дело и обстояло.

— Так ты не питерский, — протянул он. — Гость северной столицы? А Зарыбинск, это…

Пришлось объяснять, где находится моя малая родина.

— И почём штанишки брал?

Тут уж пришлось приврать, так как скажи я правду, что приобрёл штаны за две с половиной тысячи — покрутят пальцем у виска. Или решат, что я их разыгрываю. Озвученная мною сумма в восемьдесят рублей вроде бы моих новых знакомых не слишком удивила. Потом они попросили потрогать ткань, посмотрели, какие заклёпки имеются на джинсах, даже «молнию» исследовали чуть ли не под микроскопом.

— Деним какой-то странный, — констатировал обладатель джинсовой куртки. — Слишком уж тонкий.

— А может, нужны фирмовые джинсы? — предложил усатый. — Есть «Lee», «Wrangler», «Levi’s»… Цены божеские, от 120. Тут недалеко, можно будет и примерить сразу.

— Да нет, спасибо, мне и этих хватает, — отмахнулся я.

— А не только штанишки есть, — настаивал обладатель джинсовой куртки. — Вот, как на мне, есть куртяшка, прямо твой размер. Есть батнички, кроссовки… А то вон твои кроссы тоже, похоже, не фирмовые.

— Нет, ребята, пока ничего не нужно. Но в случае чего я знаю, где вас искать.

Уходил, буквально чувствуя спиной их взгляды. Надо же, с фарцой пересёкся, о которой столько читал на соответствующих пабликах о застойном периоде в СССР. Ну а что, не хотят ребята стоять у станка или у кульмана, вот и крутятся как могут, чтобы обеспечить себе красивую жизнь. Рискуют, не без этого, но знают, на что идут.

Заглянул в «Дом книги», который за последующие годы ничуть не изменится. Гуляя по залам, наполненным нечитабельной литературой, невольно вспомнил Марусю Ге и обещанную ей встречу в эту субботу. Интересно, какова будет программа мероприятия?

Мой путь как-то сам по себе продолжился в сторону Исаакиевской площади. Здесь стояли несколько «Икарусов» с надписью на бортах «Intourist». Из одного из них как раз выходили низкорослые и улыбчивые японцы с крутой фототехникой на шее. Неподалёку вокруг гида столпилось несколько негров в цветастых то ли халатах, то ли туниках, с которыми экскурсовод общался вроде бы как на португальском. А другой гид уже повёл за собой стайку европеоидного вида мужчин и женщин, которые между собой переговаривались на французском. Да уж, в это время французы были французами, а не натурализованными тунисцами или марокканцами. Всё веселье Пятой республике ещё предстоит. Да и не только Франции — всей Европе.