Пепел доверия. Тетралогия (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 93

– Да ну… как‑то… нехорошо…

– Выброси уже из головы все из прошлого мира – того мира больше нет, Тихыч!

– Да ты что! Все еще устаканится!

– Возможно. Сам надеюсь. Но это будет потом. И вряд ли скоро. Если ты такой правильный – запомни номера машин, а лучше сфотографируй, потом все там осмотри, забери нужное, дома все занесешь в список и, когда весь этот хаос с тварями закончится, ты сможешь наведаться к родственникам и покаяться в своих грехах. Заодно возместишь!

– Да мне ведь ничего не надо от них!

– Деньги! Оружие!

– Там старушка божий одуванчик! Откуда там оружие‑то?!

– Ты задолбал! Хочешь выжить – отбрось брезгливость и действуй! Хочешь сдохнуть – продолжай строить из себя глубоко порядочного! Не возьмешь ты – возьмут другие. Но решай сам! Удачи!

И он сбросил звонок. Помолчав, я выругался, посчитал мысленно, сколько раз я выстрелил, вспомнил, что запасного магазина у меня нет, а патроны к ТТ остались в бытовке, выругался еще раз и, обуреваемый противоречивыми чувствами, вылез из машины и потопал к кроссоверу.

Я не вор. Я не мародер. Я так воспитан. И сейчас иду против собственных принципов – но все же иду. И раз так… то может, мои принципы, которыми я всю жизнь тихонько гордился, не настолько и крепкие?

Озираясь, я неумело приступил к обыску, избегая смотреть на мертвое тело за рулем. Старомодный кожаный бумажник и телефон лежали на видном месте, еще один айфон последней модели, весь в стразах, валялся на полу у переднего пассажирского места. На заднем сиденье разместился модный рюкзачок. Проверив его, нашел банковскую карту и три тысячи наличкой. Из бумажника я вытащил достаточно толстую пачку красных банкнот и, продолжая терзаться сомнениями, сунул себе в карман шорт. Вот и свершилось – я украл. Взял чужое. В бардачке – ничего, кроме документов на машину и еще каких‑то бумажек.

В багажнике лежала канистра омывайки, аптечка, пара закрепленных у стен тряпичных кейсов с чем‑то увесистым, там же нашлась запаска – я забрал все, переложив в свой багажник и уже не вдаваясь в детали. В «Ладе» багажник был пуст и грязен, на заднем сиденье – пакет из «Магнита» с кое‑какими продуктами, также перекочевавшими ко мне. В бардачке всякий мусор, вывалившийся на пол, как только я открыл крышку. Поймав смятую пачку сигарет с торчащей из нее пластиковой красной зажигалкой, понял, насколько сильно хочу курить, и через пару секунд уже делал первую глубокую затяжку. Хорошо‑о‑о‑о…

Так вот, отвернувшись от машины, держа в руках пакет с чужими продуктами, дымя чужой сигаретой, я и заметил ноги владельца всего этого – они торчали из кустов. Осторожно подойдя, я некоторое время смотрел на лежащего навзничь рыхлого мужика уже в возрасте, хотя из‑за крови на лице и из‑за отсутствия глаз трудно было сказать точно. Ну, ему где‑то от сорока и выше, хотя по нынешним меркам, он считается молодежь с сединой в изрядно поредевших волосах. Эмоций уже не было. Продолжая дымить, я осторожно вытащил из кармана его заношенных тренировочных штанов за уголок скромную пачечку купюр – преимущественно пятисотки и тысячные, но среди них одна красненькая. Выпрямившись, для чего‑то кивнул мертвому телу, извинился вслух и пошел к машинам на дороге, нервно крутя головой по сторонам. Растерев сигарету подошвой тапки, я вернулся за руль Форда, почесал зудящую от крапивы голень и завел машину, другой рукой доставая вторую сигарету.

Я опять убил. И опять женщину. И на душе у меня… паршиво. И вдруг очень сильно захотелось в город, в старую квартиру, в свою комнату, где в детстве я так любил запираться и отсиживаться в уютном мирке компьютерных игр и видосиков, похрустывая чипсами и вообще ни о чем не думая.

– Сделка, – пробормотал я и упрямо стиснул зубы. – Я еду на сделку! А еще… а еще у меня кончаются патроны, и я понятия не имею, где раздобыть еще.

Подхватив смартфон, я записал аудио Бажену, сообщив, что последовал его совету и раздобыл наличные. И поблагодарил за поддержку и дельные советы. Ответ от него пришел почти сразу. В динамике зазвучал его снова спокойный хрипловатый голос всегда уверенного в себе мужика:

– Мужик! Все правильно ты сделал. И в жопу душевные метания и сомнения! Деньги трать сразу – пока они хоть что‑то стоят! Как будешь дома – отпишись. Ну и я послал тебе еще порцию дельных видосов – просмотришь, когда время будет. И не расслабляйся, Тихыч! Никому не доверяй!

**

Насколько сильно Бажен был прав в своей жесткой отповеди мне мягкотелому, я убедился очень скоро: буквально километров так через десять и еще до того, как выехал на М4, но совсем рядом с нужным мне поворотом на федеральную трассу. Одна за другой мне попадались брошенные машины, над которыми явно поработали мародеры, на что указывали выброшенные вещи, открытые двери и багажники, поднятые капоты. Встретился даже стоящий на обочине пустой рейсовый автобус с кое‑где разбитыми окнами. Попалась встречная машина с таким количеством вещей на крыше и поверх багажника, что даже непонятно, как она еще не перевернулась или не села на брюхо. С ней я постарался разминуться побыстрее.

Проехав чуть дальше, оказался в местечке с внешне хиреющим придорожным строительным магазином, настолько запущенным, что сколько я не проезжал мимо, заехать туда ни разу желания не возникало. Там стояло с десяток различных деревянных хозяйственных построек: дачные туалеты, короткие бытовки, летние душевые и всякое такое прочее, причем древесина давно потемнела от времени. Видимо, желания приобрести этот товар ни у кого не возникало, несмотря на выцветший, вяло колышущийся транспарант «Постоянные скидки!» Под двумя навесами гнили какие‑то доски, немного бруса и прочего пиломатериала. И всегда было непонятно, работает вообще этот магазин, или хозяин давно махнул рукой на убыточный бизнес. А ведь место неплохое: тут перекресток почти на границе Московской и Тульской областей, одна дорога ведет в бывший колхоз‑миллионер, и даже бетонная стела советских времен сохранилась. Но дело явно не пошло, и тут всегда было пусто.

Но сегодня…

Первое, что увидел – старую грузовую «газель», заехавшую прямо на заросший газон и почти впечатавшуюся задом в строительные материалы под навесом. Там же находились двое крупных парней, торопливо загружающих машину досками. Третий стоял у кабины с водительской стороны и держал в руках винтовку. Ну или ружье. Я не разбираюсь и даже не знаю, в чем разница, хотя и планирую закрыть пробелы в своих знаниях на эту тему. В общем, все это ну никак не походило на закупку по скидкам. Скорее на воровство. И когда стоящий у кабины вооруженный мужик, провожая меня пристальным взглядом из‑под козырька старой бейсболки, качнул стволом оружия – проезжай, мол – я только кивнул и прибавил газу. Но успел заметить стоящую у дальней бытовки легковую машину с распахнутыми дверьми и поднятым багажником. Вокруг валялись выброшенные из салона вещи, и там же крестом лежало распростертое тело мужчины в залитой на груди кровью белой рубахе.

Стоило свернуть за поворот и облегчено вздохнуть, взятая из держателя банка энергетика едва не выпала из руки: на обочине стояло несколько машин, среди которых своими размерами резко выделялся перекошенный на бок черный пикап «Форд Рейнджер Раптор», что стоит, наверное, как моя квартира или дороже. И снова тела: лежащие прямо у спущенных колес, один труп свешивался головой вниз из кабины «Раптора», еще четверо мертвецов валялось на скошенном поле с рулонами сена, вытянувшись в неровную цепочку – будто их кто‑то догонял и одного за другим все же догнал. А там, на поле, среди рулонов или скирд – хрен знает, как правильно эти штуки называются – бродили две темные фигурки. И стоило им заметить или услышать мою машину – они наперегонки рванули в мою сторону, несясь с легкостью и скоростью олимпийских легкоатлетов. Повернув руль, я начал вжимать педаль газа и… кое‑что увидел, после чего резко ударил по тормозам. Выскочив из машины, бормоча себе под нос «ну дебил… ты дебил… ну дебил…», я оказался у кабины пикапа, схватил лежащий на его подножке и замеченный чуть ранее пистолет, и, едва не наступив на руку женщины с дырой во лбу, рванул обратно, продолжая бормотать ту же мантру.