Пепел доверия. Тетралогия (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 76

Заскочив в хозяйственный, я набрал кучу мелочей, снова пришлось орать, но уже на болезненного худого мужичка средних лет, умудряющегося одновременно втыкать в телевизор на стене, в ноутбук на прилавке и в смартфон, но только не в покупателя. Дальше следующий отдел… потом следующий… и я понял, что гора товаров на тележке вот‑вот обрушится набок и собирай потом это все. Сдавшись, я рванул на выход, где меня дожидался старый внедорожник.

Забросив все без разбора в салон, я, мокрый от пота и задыхающийся, словно пробежал спринт, схватил телефон, утер предплечьем пот с глаз, глянул, от кого основная масса сообщений, убеждаясь, что почти все из чата канала. Поднеся телефон ко рту, наговорил аудиопослание, сказав, что в дороге, но как вернусь домой – будем разбираться. Отправив, пихнул устройство в держатель, завел двигатель… и удивленно заморгал.

Какого черта я вообще так уверенно что‑то заявляю? Я еще даже сообщений от властей не прочитал, а делаю такие веские заявления, словно я матерый специалист по разрешению чрезвычайных обстоятельств. А я – не он, это уж точно. Рука потянулась удалить ложное сообщение, но я не дотянулся всего пару миллиметров до экрана и остановился.

Ну записал я чересчур самоуверенное послание. А что в этом плохого в данном случае? В моем канале большинство подписчиков – это женщины. Причем одинокие и без мужиков. И если я, мужик, сейчас начну истерить и выкладывать что‑то паническое, то лучше от этого точно не станет.

Поняв это, я наклонился к смартфону и записал еще одно аудио, убежденно заявив, что если возникла паника из‑за сообщений от властей, то нужно успокоиться, так как тут не паниковать надо, а радоваться, что проблемой наконец‑то занялись на глобальном уровне, что я лично видел несколько грузовиков с военными, отлавливающими тварей, что мы и так все договорились сидеть по домам и поэтому объявленная самоизоляция для нас ничего не меняет, а скорее подтверждает правильность наших решений. Так что не волнуемся, продолжаемся закупаться и запираться, проверяем, хватает ли самого необходимого, и следим за ситуацией.

«Всем спокойствия, друзья! Действуем по плану!» – эту фразу я выложил текстом и отдельным постом. И она мгновенно обросла десятками сердечек. Это сколько же уже народу в канале? Некогда… проверять буду потом… А теперь газу – и домой!

Ага…

Было бы все так просто.

Дорога встала! Асфальтированная дорога была забита остановившимися машинами. Кто‑то сигналил, кто‑то пытался объехать по обочине, но основная масса машин не двигалась и сама по себе являлась причиной пробки: люди просто остановились и занялись смартфонами. Водители и пассажиры ходили в нервном возбуждении между машинами, не обращая внимания на кричащих. В одном месте вспыхнула драка, зазвенело разбитое стекло, кто‑то бросился разнимать. Пока я пораженно пялился на этот небольшой очаг конфликта, туда неожиданно влетели с кулаками еще несколько человек, и драка резко стала массовой. Завизжала пронзительно женщина, опять зазвенело бьющееся стекло.

– Пристрелю на хер! Пристрелю! – дикий мужской крик был прерван звуком выстрела.

Люди бросились врассыпную. Уже кто‑то другой заорал, перекрикивая неумолкающие звуки автомобильных сигналов:

– Уняться всем! Эй! Уняться всем! Пашка! Хватай Сашка и давайте в начало пробки – кто там всех тормозит?!

– Мне домой надо! – это снова женщина. – У меня дети там! Дети!

– Успокойтесь вы! У всех дети!

– Не успокаивай меня! Не лезь ко мне! Тварь! А‑а‑а‑а‑а‑а! – Мужик отскочил в испуге от стоящей на месте рядом с открытой водительской дверью женщиной, вдруг начавшей просто орать в пространство, колотя ладонями по крыше машины. – А‑а‑а‑а‑а‑а! Твари‑и‑и‑и!

Я… я отмер, торопливо сдал назад, пока не стало слишком поздно, по обочине доехал до знакомой уже грунтовки с почти незаметным заездом, свернул и по всем выбоинам и глубоченным лужам погнал домой, с каждым очередным нырком радуясь, что купил именно старый высокий рамный внедорожник. Нащупав вскрытый энергетик, допил содержимое банки, бросил ее под ноги и потянулся за следующей. Мне нужна максимальная бодрость… И, пожалуйста, вот пожалуйста, пусть парни‑строители никуда не делись за время моего отсутствия… пожалуйста!

**

Ситуация со строителями оказалась обратной моим надеждам и опасениям: они не исчезли, их не стало меньше, а прибавилось на одного мужика, сидящего рядом со стареньким зеленым квадроциклом, аккуратно запаркованным на краю моей площадки. Мужик пил кефир из тетрапака, заедая буханкой ржаного хлеба. Тетрапаком он мне и отсалютовал, когда я въехал на участок, и, утерев белые от кефира губы, дал пояснения:

– Здрасьте! Я Виктор! Ихний друг – с ними сегодня в дорогу ночную. Хотел спросить: до поры можно оставить квадроцикл тут, в уголку площадки? Реально больше негде – сам не местный, а «газель» наша вчера еще с мужиками укатила. Я вот задержался – крышу мужику мягкой черепицей докрывал. Обещал ведь закончить…

– Мягкой черепицей, – кивнул я, бросая быстрый взгляд на свою не радующую ничем крышу над пристройкой.

Металлом не закрыта, и – даже на мой взгляд полного профана в строительстве – в крыше не хватает многих важных деталей. Стропил, вроде бы…

– Квадроцикл оставить можно, – улыбнулся я мужику с блестящим в ответной улыбке золотым зубом вверху слева. – Я Тихон.

– Да я уж знаю. Спасибо!

– А подзаработать не хочешь, Виктор? – спросил я, выбравшись из внедорожника с двумя банками энергетика в руках. – Раз тебе все равно их тут ждать…

– Подзаработать хочу, – он ответил, с готовностью приняв одну из банок, после чего крепко сжал мне освободившуюся ладонь. – А чего делать надо?

– Чего делать надо… – повернувшись к своим скорбным постройкам, я оглядел поле боя и тяжело вздохнул.

В строительстве я не спец, постоянно повторяю себе это. Да я во много чем сейчас крайне нужном далеко не спец, о чем теперь жалею. Но глаза и мозги у меня пока на месте, работают достаточно неплохо, на память тоже не жалуюсь – и поэтому я вполне мог оценить объем проделанных в мое отсутствие работ. И объем… не впечатлял. Совсем, блин, не впечатлял…

Видимо, выражение моего лица говорило о многом, и поэтому неспешно шагавший встречать меня старший из двух задержавшихся здесь работяг ускорился раза так в два, чуть виновато заулыбался и, еще не дойдя до нас, торопливо заговорил:

– Да, потеряли чуток времени, начальник. Но мы нагоним, ты не волнуйся!

– А почему потеряли? – спросил я, машинально пожимая ему руку.

– Да уже начали дело делать, а тут я и думаю – дай‑ка машину заведу да проверю, как она. Сажусь, поворачиваю… а она не заводится. А нам ехать! Всю ночь в дороге! Вот и пришлось больше часа на нее угробить. Пока разобрались в чем дело, пока починили… Но ты тоже пойми, начальник – нам выезжать сегодня.

– Да я понимаю, – испущенный мной тяжелый выдох звучал, как порыв стонущего ветра. – Мужики… мне крыша нужна! Сегодня!

– Будет, – просто и буднично кивнул Виктор, со щелчком открывая банку подаренного энергетика. – Еще дотемна зашьем и даже чуток времени останется. Это если металлом зашивать. А если сначала фанерой, а затем мягкой черепицей, то…

– Металлом! – поспешно успокоил я его, а заодно и себя. – Металлом крышу зашиваем. А листами фанеры – стены.

– Ну это понятное дело, – отозвался он, уже шагая к пристройке. – Каркасник. Летний домик?

– Что‑то вроде.

– В такие‑то времена… тебе бы в город вернуться, начальник.

– Да посмотрим, – улыбнулся я, шагая следом. – Ситуация покажет. Может, и вернусь. Но не бросать же все вот так, верно?

На самом деле я продолжал придерживаться своего, возможно, максимально дурацкого решения остаться в глуши и жить в бытовке без малейших удобств, но признаваться в этом не собирался: надо ведь сохранять реноме здравомыслящего человека.

– Под крышу подвести обязательно нужно, – кивнул Виктор и, допив энергетик, швырнул банку в кучу растущего строительного и бытового мусора. – Ладно! Плати мне, как парням – и все будет.