"Зарубежный детектив 2026-15". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Парецки Сара - Страница 615

На мгновение его маленькие, прикрытые тяжелыми веками глаза остановились на мне и застыли, словно владелец их никак не мог вспомнить, кто же я такой. Затем он кивнул полицейскому. Тот откозырял, вышел и плотно прикрыл за собой дверь.

— Ну что, Водоши, хорошо провели время? — Вновь его высокий, тоненький голос застал меня врасплох. Я холодно посмотрел на него.

— Насколько я понимаю, месье, на роль козла отпущения вы выбрали все-таки меня?

Он наклонился, отодвинул от стены одну из скамей и сел так, чтобы смотреть мне прямо в лицо. Скамья заскрипела под его весом. Бегин вытер платком ладони.

— Жарко, — сказал он и посмотрел на меня. — Ну и как они вели себя во время ареста?

— Кто, полицейские?

— Нет, ваши соседи по пансионату.

— Никак. — Я сам услышал, как звенит мой голос. Что-то подсказывало мне — нельзя терять самообладание, только вот не получалось. — Никак, — повторил я. — А чего вы, собственно, ожидали? Дюкло понадобилось знать, в чем меня обвиняют. Фрау Фогель завизжала. Остальные просто глазели. Полагаю, они не привыкли видеть, как арестовывают людей. — Я вдруг почувствовал, что еще секунда, и я сорвусь. — Хотя думаю, что если поживут в Сен-Гатьене еще какое-то время, то привыкнут. В следующий раз, когда кто-нибудь из здешних рыбаков напьется и изобьет жену, вы задержите Фогеля. Или это слишком рискованно? А ну как швейцарскому консулу найдется что сказать? Вероятно, так оно и будет. Или у людей из управления морской разведки достанет сообразительности не затевать таких игр? Знаете, Бегин, когда вы беседовали со мной в этой комнате три дня назад, я подумал, правда подумал, что, будь вы даже законченный гад-полицейский, капля здравого смысла у вас имеется. Выяснилось, что я заблуждался. Здравого смысла вы лишены и сами не знаете, что творите. Вы болван. Наделали столько ошибок, что я и счет им потерял. Если бы мне хватило ума по-своему истолковать ваши инструкции…

До этого он слушал спокойно; теперь же вскочил на ноги и стиснул кулаки, словно собирался ударить меня.

— Чего вам не хватило? — рявкнул он.

Меня это не смутило. Я был зол и агрессивен.

— Вижу, правду вы не любите. Я сказал, что, не истолкуй я ваши инструкции по-своему, ваш драгоценный шпион давно бы сбежал. Вы велели мне разузнать, у кого из постояльцев пансиона имеется фотоаппарат. Но ведь последнему идиоту ясно, что это была бы роковая ошибка.

— Так что же вы все-таки сделали? — Бегин вновь уселся на скамью. — Просто дезинформировали меня?

— Нет. Включил мозги. Видите ли, — это я сказал с горечью, — в невинной простоте своей я решил, что если я раздобуду нужные вам сведения, не подвергая опасности перспективы поимки шпиона, когда выяснится его личность, в глазах полиции это будет очком в мою пользу. Конечно, если бы я знал, насколько топорно вы работаете, ни за что бы не стал стараться. Тем не менее я все разузнал при помощи наблюдения. А когда выяснилось, что никакого ограбления не было, мне удалось справиться с ситуацией, убедив всех — или по крайней мере большинство, — что это просто недоразумение. Ну а теперь пришла беда — отворяй ворота. Вашей ошибки я исправить не могу. Вы подняли тревогу. Клэндон-Хартли уезжают завтра в любом случае. Да и вообще вряд ли кто согласится остаться в «Резерве» после случившегося. Все, нет у вас больше ни одного подозреваемого. Впрочем, — пожал плечами я, — кажется, вас это мало волнует. Комиссар будет вполне удовлетворен. Обвиняемый имеется. А ведь вам, полицейским, только это и надо, верно? — Я встал. — Что ж, на том и покончим. Мне и самому давно хотелось избавиться от этого бремени. И если вы не против, если вам не обязательно злорадствовать и дальше, я бы предпочел, чтобы меня прямо сейчас перевели в камеру. Хотя бы потому, что здесь очень душно, а прошлой ночью я почти не спал и у меня болит голова.

Бегин вытащил из кармана пачку сигарет:

— Закурите?

— В последний раз, когда вы предлагали мне сигарету, — фыркнул я, — за пазухой у вас кое-что имелось. Дешевый фокус. А сейчас что вам от меня нужно? Письменное признание? Если так, то не надейтесь. Я категорически отказываюсь. Категорически, ясно?

— Закуривайте, Водоши. Со сном придется подождать.

— А, ясно! Третья степень, так что ли?

— Sacré chien![234] — выругался он. — Курите.

Я взял сигарету. Он закурил сам и швырнул мне коробок спичек.

— Итак! — Он выпустил облако дыма. — Должен перед вами извиниться.

— Да ну? — Я вложил в эти слова весь сарказм, на какой только был способен.

— Вот вам и «да ну». Я ошибся. Переоценил ваши умственные способности. И в то же время недооценил их. И то и другое.

— Чудесно! И чего вы от меня ждете, месье Бегин? Что я зальюсь слезами и сделаю письменное признание?

— Вот что, послушайте-ка меня, — нахмурился он.

— Слушаю, весь внимание.

Он смахнул платком пот с шеи.

— Знаете, Водоши, язычок доведет вас когда-нибудь до беды. Вам не приходило в голову, что узники обычно сидят в камере, а не в таком помещении, как это?

— Приходило. Я как раз пытаюсь понять, что тут за фокус.

— А никакого фокуса нет, идиот вы этакий, — проскрипел Бегин. — Первое, что вам следует понять, так это что любое из полученных вами указаний преследовало одну цель — заставить шпиона уехать из пансиона. И вам было велено разузнать насчет фотоаппаратов именно для этого. Мы хотели, чтобы он насторожился. Когда выяснилось, что этот план не сработал — и теперь я вижу почему, — пришлось задействовать версию с вымышленным ограблением. Некто обыскал ваш номер; некто обшарил ваши карманы. Повторяю, мы хотели напугать его, не настолько, чтобы заставить тут же бежать — потому сами мы держались в стороне от «Резерва», — но чтобы он понял, на какой риск он идет, продолжая оставаться в пансионе. И снова ничего не вышло. В первом случае я промахнулся, решив, что, основываясь на фактах, имеющихся в вашем распоряжении, вы будете действовать так, а не иначе. Это была ошибка. Я не принял во внимание, сколь мало вам известно. Во второй раз я не учел вашей неопытности. Кохе слишком легко расколол вас.

— Но ради всего святого, — запротестовал я, — разве это способ поймать шпиона? В чем смысл? Вы что же, хотели схватить первого же, кто соберет вещички и уедет из «Резерва»? В таком случае арестуйте майора Клэндона-Хартли. Он отправляется завтра рано утром. Если вы так ловите шпионов, то Франции остается уповать только на Бога.

К моему удивлению, уголки его рта начали изгибаться в улыбке. Бегин глубоко затянулся и выпустил через ноздри узкую струйку дыма.

— Видите ли, дорогой мой Водоши, — ласково проговорил он, — дело в том, что многое вам просто неизвестно. В частности, неведом вам один чрезвычайно важный факт, а именно: личность шпиона мы установили еще до того, как три дня назад отпустили вас, и могли арестовать его в любой момент.

Чтобы переварить эту новость, мне понадобились минута или две. Затем надежда начала сменять отчаяние, и наоборот. Я уставился на Бегина.

— Так кто же шпион?

Он откинулся назад, с явным интересом наблюдая за мной.

— К этому мы еще вернемся. — Бегин небрежно помахал рукой.

— Что, очередной фокус? — с трудом выговорил я.

— Да нет же, Водоши, нет.

— В таком случае, — я опять начал злиться, — соблаговолите объяснить, зачем вам нужно… так мучить меня? Если бы вы знали, чего мне стоили последние три дня, то не сидели б здесь, как раздувшийся от самодовольства слизень, и не подхихикивали бы, словно все так смешно. Знаете, что вы со мной сделали? Отдаете себе отчет, чтоб вас… Вы… вы…

— Ну хватит, Водоши, хватит. — Он похлопал меня по колену. — Не будем попусту тратить время. Что я толст, мне известно, но уж никак не самодоволен. И не слизняк. Я сделал то, что должен был сделать, и вы сами это увидите, если дадите мне возможность объясниться, вместо того чтобы выпускать пары.

— Зачем вы меня арестовали? Зачем держите здесь?