Волчий клан 3 (СИ) - Муллагалеев Валерий - Страница 19

— Да.

Одним прыжком он оказался рядом со мной — но не для того, чтобы воспользоваться моментом и атаковать. Он протянул мне широкую ладонь, помогая подняться.

— Идти можешь? — проговорил он, с беспокойством оглядывая меня. — Я могу превратиться и отнести тебя на плече. Помнишь, как штанги на Арене тягали?

— Нет уж, — усмехнулся я, — я тебе не снаряд для тренировок. А чего ты не хочешь померяться силой, как Рвот? Отобрать у меня замок и возглавить Красные Родники…

— Обижаешь, Георг! Рвот — ублюдок, что воспользовался такой оказией. Да мне и не нужно. Я на своем месте, которое ни на что не променяю. Живу на заимке в свое удовольствие да охочусь. Я тебе больше скажу. Это возможно благодаря тебе, Георгий. Ты бы знал, какая благодать жить в волчьей общине, на земле под властью такого же волколака. Меня ж до этих пор гнали да убивали, а потом и на Арену продали. Вот.

Я благодарно похлопал его по плечу и сказал:

— Однако ты не прав в одном. Ты не отшельник, Зверодан, иначе бы Рвот не кинулся на тебя. Он признал тебя главным среди прочих. Победив тебя, пошел искать меня. Понимаешь?

— Хм. Должно быть, так повелось с Арены. Когда ты велел всем волколакам уходить в Красные Родники, я взял на себя верховодство и довел их до места. Сейчас они поселились в деревне, дикие — в лесу. Все вроде сами по себе, но чуть что — за советом ко мне приходят.

Он говорил все это с некоторой неловкостью, словно смущался.

— Чего же тебя беспокоит, дружище? — спросил я. — Уважают тебя. Плохо что ль? Хорошо!

— Дык я-то помню, что это ты освободил нас, помню, что ты на арене устроил. Я их только привел сюда, а они теперь мне в рот смотрят. Ну неловко же славу твою на себя перетягивать.

— Совестливый ты мужик, Зверодан, — сказал я. — Ничего ты не перетягиваешь. Ты сделал собственное важное дело — стал для них проводником. Я в тот момент этого сделать никак не мог. Так что спасибо тебе.

— Да не за что…

— Не отпирайся! Но вместе с тем тебе придется принять и вторую часть правды.

— Это что же? — насторожился он.

— Ты не отшельник. Живи спокойно и охоться вволю, но помни, что ты здесь мой заместитель. Зам по волколачьим вопросам.

— Ого! И что мне делать?

— Все то же, что и раньше. Помогай советом, разрешай споры. Будь готов дать в зубы какому-нибудь рвоту.

— Сплоховал я, — поморщился Зверодан, вспомнив свое поражение, — не бывать больше такому!

— Само собой. Скоро нас станет больше, а потом…

Я задумался, стоит ли забегать вперед. Мои владения будут расти. Нужны надежные соратники, которых я смогу поставить во главе территорий и отрядов. Зверодан сегодня показал, что на него можно положиться. Он станет отличным защитником лесов, которые любит.

— А потом — еще больше, — закончил я. — То ли еще будет.

— Лады! — легко кивнул Зверодан.

Вдруг он повел носом, прищурился. Пошел в сторону, где деревья стояли с обломанными ветками — результат нашей борьбы с Рвотом. Наблюдая за целым коридором из таких деревьев, я только сейчас осознал, какая тьма ударов обрушилась на мое тело.

Немудрено, что Рвот впал в истерику, услышав очередной отказ сдаться! И вместе с тем удивительно, как я способен держаться на ногах. Я сделал пару шагов и понял, что десяток с лишним километров сейчас не пройду.

Вернулся Зверодан и протянул мой палаш рукоятью вперед.

— Твой меч, витязь, — сказал он.

Витязь…

— Прежде чем уйдем, надо похоронить нашего соплеменника, — сказал я.

Вспомнив о Навьяре — последнем Волчьем витязе, я вспомнил и о том, как он хоронил перебитых нами каликандзаров. Даже монстров следует хоронить по-людски. Таков завет, говорил он. А тут у нас волколак. Ярый, хоть и тупорылый.

— Здоровый, — оценивающе проговорил Зверодан.

— Я попрошу тебя использовать когти не по назначению и вырыть могилу. Это священное дело. Нечего всякому зверью рвать нашего собрата на кусочки.

— И то верно.

Зверодан разделся донага. Напряг мышцы, зарычал. Со лба его покатился пот. Вспыхнул алый контур исполинских размеров. Тело Зверодана начало бугриться, кости с хрустом вытянулись до новых размеров.

Поднялся человеко-волк двух с половиной метров ростом. Он присмотрел подходящее для могилы место и принялся за дело.

Легко сорвав когтями пласты дерна, он стал рыть землю, попутно перемалывая корни деревьев, что попадались на пути.

Зверодан увлекся, словно пес, разрывающий мышиную нору: глаза выпучены, измазанный землей язык свисает сбоку. Вот только масштабы были отнюдь не мышиные — так можно запросто вырыть медведя из берлоги (а то и мамонта из вечной мерзлоты!).

Вскоре образовалась внушительная яма с глинистыми краями. Зверодан завалил туда тело Рвота и принялся закапывать. Я тоже приложил руку к погребению, символически бросив горсть земли.

Зверодан отыскал здоровенный плоский валун, покрытый мхом. Схватился за него, зарычал от натуги. Поднять не смог, притащил перекатами. Здоровенный камень впечатался в рыхлую землю как монументальная надгробная плита.

Мы отошли от могилы, оглядели. Получилось прилично. Зверодан подошел к камню и с сухим скрежетом повел по нему когтем.

Камень крошился, даже порой выплевывал искры. Зверодан пыхтел от натуги, но не успокоился, пока не нанес последнюю черточку. Надпись гласила: «Рвот». Немного печально, немного поучительно.

«Буду сюда водить молодых волколаков, — проговорил Зверодан, — и рассказывать им сегодняшнюю историю».

— Отличная идея, Зверодан.

Вот так и появляются легенды. Зверодан расскажет, как молодой и глупый волколак по имени Рвот освоил третью форму, получил силу в полнолуние и решил бросить вызов барону Лютикову. А барон Лютиков даже не стал превращаться. Взял камень, дал по наглой морде да и убил супостата.

А потом еще всякого напридумывают. Изначальная не шибко-то эпичная история действительно станет назидательным преданием. Глядишь, и камень на могиле начнут считать тем самым, которым я прибил гада.

Я нашел острый осколок, которым добил Рвота, и положил его на обширную поверхность надгробного камня. Красиво и со смыслом. Не сад камней, конечно, но это местечко у озера для меня лично обросло историей и воспоминаниями на всю жизнь.

«Готов идти? Может, все-таки закинуть тебя на плечо, э?» — спросил Зверодан.

Его глаза на зверской, но хитрой морде смеялись.

— А хочешь наперегонки?

«Ты чего⁈»

— Ты ступай к заимке и не оглядывайся. Я пойду другим путем. Как знать, кто успеет первым?

«Шуткуешь, да?»

— Ты недооцениваешь мою мощь, — ухмыльнулся я. — Давай бегом!

Он последний раз глянул на меня недоверчиво, развернулся и трусцой двинулся в сторону заимки.

Я же подошел к надгробному камню и приложил к нему кольцо-печатку. Волчий след вспыхнул желтым — появилась новая точка для волчьих троп. Ближайшая точка была в моем замке в Красных Родниках.

Я вступил на тонкую линию, витающую в тенях. Звуки леса стали приглушенными, запахи исказились. Я направился к Красным Родникам. Оставалось только вовремя сойти с тропы и выйти у заимки Зверодана.

Для меня сегодня была ночь чудовищных обломов, но для Зверодана — ночь чудес, после которой пойдут легенды.

Довыебывался.

Волчья тропа сокращала путь примерно в семь раз, но каждый шаг отзывался болью, бег и вовсе обернулся мучением. Но не мог же я, поспорив, прийти с опозданием?

Будь у меня человеческий организм, я бы не стал рисковать на пустом месте, однако сейчас я ощущал, что реальной угрозы здоровью нет, ткани уже начали восстанавливаться, а движение даже ускоряет процесс.

Проблема была только в боли, но разве это боль в сравнении с той, что была во время боя⁈ Так что бежал вопреки всему.

И назло луне, которая не лечила меня, а теперь и вовсе растворилась в рассветной дымке. Про себя я отметил, что победа над Рвотом, видать, не была частью инициации — слишком мелко для Ярости.