Служить и защищать (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 32

Я же продолжил патрулирование. Выписал еще несколько штрафов. Хозяин еще одной из машин предложил мне взятку, пообещав, что обязательно поменяет шину — протектор был совершенно стертым, местами аж до корда. Выглядел он настолько измученным, что я просто отпустил его с предупреждением, пообещав, что обязательно приду и проверю.

Ближе к концу смены снова наведался в переулок, где должен был находиться дилер, и увидел, что там трутся пятеро нездорового вида парней с язвами на лице и желтыми зубами, и еще один, покрепче, в худи и широких штанах.

И как раз в тот момент, когда я подошел, один из парней отдал ему двадцать долларов и получил пакетик с какими-то камушками.

— Легавый! — заорал один из них, и все вместе они бросились врассыпную.

Я среагировал мгновенно, рванувшись следом за парнем в худи. Торчки-то меня не интересовали, а вот он — вполне себе. И он, зараза, оказался проворнее остальных, потому что стал быстро отрываться.

— Стоять! — на бегу крикнул я, хотя и понимал, что эта команда вряд ли подействует. — Полиция Лос-Анджелеса!

Парень огляделся на бегу, чуть не влетел в мусорный бак, потом вильнул в сторону и перемахнул через невысокий заборчик. Я побежал за ним, перепрыгнул — мне это далось легко, не зря же в спортзал хожу, а он уже перепрыгивал через следующий.

Но тут ему не повезло — он зацепился штаниной, а потом полетел вниз. Ткань не выдержала, и он шлепнулся на землю.

А я оказался уже рядом, перемахнул через забор, благо форма подходила для бега гораздо лучше, чем популярные у негров из гетто широкие штаны, наступил ему коленом на спину, и принялся заворачивать руки за спину.

— Отпусти, легавый! — прохрипел он, пытаясь вырваться.

— Полиция Лос-Анджелеса, ты задержан, — сказал я, снимая наручники с пояса и защелкивая на его запястьях. — Ты имеешь право хранить молчание. Все, что ты скажешь, может быть использовано против тебя. Ты имеешь право на адвоката. Если ты не можешь позволить себе адвоката, он будет назначен государством.

— Да какого хрена, что ты вообще видел?

— Видел, как ты дрянью торгуешь на районе, не строй из себя невинную овечку.

У меня были все законные основания для задержания, преступление было совершено прямо у меня на глазах. Более того, у меня было право на обыск без ордера, в рамках обыска, сопутствующего аресту.

Я чуть подтянул его, оттащив от забора, и принялся обыскивать. И в нагрудном кармане худи нащупал несколько купюр — бумажек разного номинала, в основном грязных и мятых. А вот в переднем — пакет с несколькими десятками маленьких целлофановых пакетиков внутри, каждый из которых содержал с полдесятка белых камешков.

— Ого, — пробормотал я. — Похоже, у тебя тут целая оптовая партия.

— Это не мое, — быстро сказал парень. — Меня просто попросили подержать.

— Конечно не твое, — ответил я, складывая все это в пакеты для улик.

Дальше я стал обыскивать еще внимательнее — нашел в заднем кармане джинсов складной нож, который тоже положил в пакет. Даже обувь снял, но в ней ничего не было кроме прелых ног.

— Диспетчер, это 12-Адам-34, — сказал я в рацию. — У меня один задержанный, распространение контролируемых веществ, при обыске обнаружено значительное количество предполагаемого наркотика. Прошу выслать транспорт для перевозки и сотрудников отдела по борьбе с наркотиками.

— Принято, 12-Адам-34. Предположительное время прибытия — десять минут.

Задержанный смирился и больше не дергался. Да и я специально с него снял крутые «найки», чтобы убежать было не так просто. Хотя если бы не штанина, он, может, и ушел бы.

Минут через десять приехало две машины — патрульная и «Краун Виктория», но без опознавательных знаков. Из первой вышли двое патрульных, а из второй — мужчина в пиджаке.

— Офицер Соко? — спросил он, подходя ко мне.

— Да, — кивнул я.

— Я детектив Дариуш, — он посмотрел на парня и спросил. — А кроссовки ты зачем с него снял?

— Обыскивал, — пожал я плечами и протянул пакеты для улик.

Он посмотрел, пакет с веществом взвесил на ладони и присвистнул.

— Да тут граммов пятнадцать. Это уже не просто хранение, а вполне тянет на распространение с отягчающими.

— Я лично видел передачу товара, — сказал я. — Так что показания у вас будут.

— Хорошо, — кивнул детектив. — Оформим все как надо. Спасибо за работу, офицер.

Моя смена закончилась, но пришлось задержаться, чтобы подписать все нужные бумаги. И детектив даже любезно подкинул меня до участка, где я смог сдать служебное имущество и сесть в свой «Шеветт». Ничего по пути не говорил, но косился периодически. Впрочем, то, что я взял наркоторговца — это хорошо, добавит мне очков. Так что парень из холодильника сполна отработал то, что я его отпустил.

Я съездил домой, поел, накормил пса и петуха, после чего посмотрел телевизор, а вечером отправился к дайнеру — небольшому заведению с неоновой вывеской. Остановился на противоположной стороне улицы, стараясь не привлекать внимания, и стал ждать. Смотрел по сторонам в поисках человека, подходящего по описанию, но никого не увидел. Можно было бы, конечно, поехать сразу к нему домой. Но мне хотелось лично убедиться в том, что говорил Маркус, да и пойманный за руку преследователь наверняка лучше воспримет мое внушение.

Около половины десятого дверь дайнера открылась, и на улицу вышла девушка с небольшой сумкой. Она осмотрелась, с явным облегчением выдохнула, а потом пошла куда-то в сторону. Я перешел дорогу и догнал ее.

— Дениз? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально дружелюбно. Спугнуть не хотелось.

— Кто вы? — спросила она.

— Офицер Соко, — я достал из кармана жетон, который таскал с собой, и показал ей. — Ваш брат Маркус попросил меня проводить вас домой. Сказал, что вас преследует один тип.

— А… — она заметно расслабилась. — Маркус заплатил вам?

Такой прямоты я не ожидал, но все-таки ответил.

— Да, мы договорились об этом.

— Значит, вот что он придумал, нанять копа… — кивнула она. — Ну, это может быть и неплохо. Пойдемте тогда, проводите, правда этот урод, похоже, сегодня не появится.

Мы двинулись по улице, освещенной редкими фонарями. Мне стало неловко — вот так вот идти и молчать, и поэтому я решил завести разговор. И стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно, проговорил:

— Как давно тут работаете?

— Два года почти, — она пожала плечами.

— И как?

— Ну — не мечта всей жизни, — она улыбнулась. — Но хозяин платит сносно, иногда дают чаевые, а еще можно договориться о подмене, чтобы сходить на пробы.

— На пробы? — спросил я.

— Да, — кивнула она. — Хочу стать актрисой. Знаю, наивно звучит для девушки из такого района, но я на прослушивания хожу. Пока без успеха, правда, только в рекламу крема для загара взяли, чтобы на фоне стоять.

А зачем черной сниматься в рекламе крема для загара? Странно как-то.

Но я все равно почувствовал, как внутри неприятно кольнуло. Еще одна девчонка, которая мечтает стать актрисой. Роуз приехала в этот город из Джерси с похожей мечтой, и в итоге оказалась в кошмаре, который и врагу не пожелаешь.

— Что-то не так? — спросила Дениз, похоже, отметив, что я изменился в лице.

— Нет, все нормально, — я тряхнул головой, отгоняя воспоминания. — Просто знал одну девушку, у которой были похожие планы.

— И как у нее сложилось? — спросила с Дениз с искренним интересом.

— Ей пришлось вернуться домой, — соврал я. Естественно, рассказывать об этой истории с Гольдбергом, эскорт-агентством и вечеринками я не собирался. — У нее тетя заболела, и за ней надо присматривать.

— Ну, это, может, и к лучшему, — проговорила она. — Не всем везет, и я в последнее время сама веру теряю. К тому же часто появляются парни, которые предлагают роль, а потом выясняется, что за нее не мне заплатят, а я должна платить. Причем не деньгами, а кое-чем другим.

Я снова почувствовал легкий холодок. Слишком уж близко эти слова были к тому, что я уже встречал.