На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 48

Я и сам такое видел впервые за всю свою работу в этом мире. Так запустить татуировку — это надо было сильно постараться.

— Сядьте на кушетку, — велел я. — Обработаю вам её.

Он послушно сел и зачем-то зажмурил глаза. Я достал антисептик, ватные диски, и принялся обрабатывать воспалённую рану, вычищая гной. Парень морщился, но ничего не говорил.

— Купите в аптеке мазь с антибиотиком, — наказал я ему, тщательно обработав руку. — А лучше сходите к врачу, пусть выпишет по рецепту, как положено. Воспаление серьёзное, само не пройдёт. И впредь, если решите делать ещё татуировки, делайте всё, что говорит вам мастер. Не на пустом месте эти правила писаны. А по поводу этой татуировки, как всё заживёт, придёте снова ко мне. Я посмотрю, скорректирую. Но только после полного заживления.

— Спасибо, — выдавил он. — И… извините. Я думал, ерунда всё это, перестраховка. Думал, что это вы какую заразу занесли.

— Не ерунда, — отрезал я. — Я делал вам татуировку, это открытая рана кожи. Обращаться с ней надо бережно и по всем правилам.

Клиент пристыженно кивнул, забрал лист с новыми рекомендациями и ушёл. По крайней мере, теперь он точно запомнит, что рекомендации мастера надо соблюдать с точностью.

Вика после его ухода тут же подскочила ко мне. В её глазах горел уже хорошо знакомый мне огонёк.

— Артём, — решительно сказала она. — Это надо срочно выложить! Пост с подробными правилами ухода. Чтобы люди видели, чем оборачивается, когда игнорируешь рекомендации мастера. Рассказать про этот случай, без упоминания имён конечно, и продублировать правила ухода.

— Дельная мысль, — согласился я. — Пусть люди знают. Может, станут тщательнее выполнять рекомендации

Вика тут же уселась обратно и принялась стучать пальцами по экрану, сочиняя пост. Я диктовал ей основные правила, а она уже оформляла их как надо.

В посте нужно было расписать всё подробно. Про то, что заживление татуировки может проходить двумя способами, через специальную плёнку или с пелёнками. Что плёнку нельзя снимать раньше срока, а именно на пятые сутки. Если по каким-то причинам плёнка отклеилась, тогда нужно переходить на уход, который рекомендован при заживлении пелёнками. Промывать татуировку каждые 3–4 часа и обрабатывать специальным средством, «Бепантеном», «Д-Пантенолом» или особым тату-кремом, тонким слоем, давая коже дышать.

На две недели после выполнения татуировки строго под запретом были бассейны, открытые водоёмы, бани и сауны. Душ принимать разрешено, но не распаривать работу и не тереть татуировку мочалкой первые недели.

Нельзя расчёсывать, нельзя сдирать защитные корочки. Нельзя подставлять татуировку под открытое солнце и ходить в солярий до полного заживления. Первые недели нельзя пить алкоголь и энергетики, первые три дня под запретом было и кофе.

И что при любых тревожных знаках лучше показаться мастеру.

— Вот, — удовлетворённо сказала Вика, перечитав готовый текст. — Теперь никто не отговорится, что не знал. Всё расписано тщательно. И кратко про сегодняшнюю ситуацию написала.

Пост она снабдила броским заголовком и сразу же отправила в моё сообщество. Ловко у неё это всё выходит. Мне эти современные технологии давались куда труднее.

После работы мы с Викой разошлись по домам, договорившись через час отправиться в ресторан. Выбор мой пал на ресторан морепродуктов «ПроКреветки».

В прошлой моей жизни ухаживание за дамой было делом долгим, обставленным множеством условностей и церемоний. Тут же, в этом мире, всё делалось проще, быстрее, безо всяких околичностей. И я порой не поспевал за этой простотой.

Однако надо было приучаться и к современным реалиям.

Вика ждала меня у входа, и выглядела она потрясающе. Ну почему в этом мире дамы так редко носили платья? Тёмно-синее платье ладно сидело на её тонкой фигуре, волосы она убрала наверх.

— Ты прекрасна, — улыбнулся я. — Рад тебя видеть.

— Спасибо, — смущённо ответила та. — Никак всё-таки не могу привыкнуть, как ты говоришь. Так… открыто что ли.

— Идём, — кивнул я девушке.

Мы прошли в ресторан, и нас отвели к заказанному заранее столику и принесли меню.

Я отодвинул Вике стул, прежде чем она села. Привычка, въевшаяся в меня ещё с прошлой жизни и от которой я не желал отказываться. Вика снова чуть удивилась этому, но было видно, что ей приятно.

Цены в ресторане, разумеется, были совершенно другого уровня. Но я решил, что иногда можно себе позволять такие выходы. Да, сейчас на мне ещё и кредит, но откладывать жизнь не хотелось.

Мы сделали заказ, и разговорились. Вика рассказала о других своих проектах, я внимательно слушал.

И тут к нашему столику неожиданно подошёл рослый господин с самодовольной улыбкой.

— Вика! — воскликнул он, расплываясь в улыбке. — Вот так встреча! Сколько лет, сколько зим! Всё хорошеешь, я погляжу.

— Здравствуй, Олег, — сдержанно отозвалась Вика. — Да, давно не виделись.

— Слушай, а это судьба, не иначе! — продолжал тот, опершись рукою о край нашего стола. — У нас тут корпоратив намечается через недельку, шикарный, в лучшем месте города. Пойдём со мной, а? Тебе понравится, я обещаю. Закатим вечер, какой тебе и не снился.

— Спасибо, Олег, но нет, — ответила Вика. — Я занята. И вообще, ты же видишь, я не одна.

— Да брось ты, — отмахнулся он. — Один вечерок всего, и ты в том месте явно сама никогда не побываешь. Старых друзей забывать нехорошо.

Он не унимался. И эта его настойчивость начала меня изрядно раздражать. В мои дни подобную наглость в отношении дамы пресекли бы быстро и сурово.

Так что пора было вмешаться.

— Девушка уже сказала вам «нет», — спокойно произнёс я. — Дважды. Уважайте её выбор. И не докучайте более.

Он перевёл взгляд на меня, и в нём проскользнуло раздражение.

— А ты вообще кто? — нагло поинтересовался он.

— Я её кавалер на сегодняшний вечер, — ответил я. — И не позволю портить настроение своей даме, в моём присутствии.

Он смерил меня взглядом, оценивая, стоит ли затевать ссору. Но что-то в моём спокойствии его, должно быть, остудило.

— Да я не порчу, — пробормотал он. — Просто поздоровался со старой знакомой. Чего сразу-то…

И, буркнув под нос что-то невнятное, он убрался к своему столику в дальнем углу. Вика проводила его взглядом и облегчённо выдохнула.

— Спасибо, — выдохнула она. — Ты всегда меня защищаешь. Что тогда перед Денисом, что сейчас. Я уже привыкла чувствовать себя за тобой как за стеной.

— А как иначе? — пожал я плечами. — У мужчины не может быть иной модели поведения, особенно если он сопровождает даму, которая ему нравится.

Вика тут же покраснела и опустила глаза.

— Знаешь, — проговорила она. — С тобой всё как-то… по-другому. Я чувствую себя свободно, и спокойно.

Я улыбнулся и решил перевести тему.

— Знала бы ты, как ухаживали за дамами в прежние времена, — начал я. — Это была целая наука, целое искусство. Кавалер слагал в честь дамы стихи и пел под её окном серенады. Дарил цветы со значением, ибо каждый цветок имел свой тайный смысл. Искал случая поймать один-единственный взгляд, обменяться парой слов на балу. Ухаживание длилось месяцами, а то и годами. А поцелуй… поцелуй тогда означал почти обручение. Едва ли не помолвку. Это был серьёзнейший шаг, после которого назад дороги уже не было.

Вика слушала, подперев подбородок ладонью, и в глазах её плясали смешинки.

— Ничего себе, — рассмеялась она. — Серенады, стихи… Романтика. Но чтобы после поцелуя сразу свадьбу — это конечно суровые нравы. Сейчас всё гораздо проще, и не только с поцелуями.

— Оно, может, и к лучшему, — согласился я. — Хотя в том была своя романтика.

Хотя и в моём мире существовали свои исключения. Вика снова улыбнулась, и начала рассказывать что-то своё.

Ужин наш продлился часа три. Мы говорили обо всём подряд. Поймал себя на мысли, что так легко с дамой мне не бывало даже в прошлой жизни. Там я был убеждённым холостяком, хотя знакомства с дамами у меня и бывали. Но совершенно не как тут.