Под защитой вратаря (ЛП) - Лоусон Энджел - Страница 11

А может, потому что внутри неё было чертовски хорошо.

Как я ей и сказал, мы были двумя трезвыми, возбуждёнными взрослыми, которые просто хотели получить удовольствие.

И, чёрт возьми, я хочу повторения.

— Парни! — голос тренера Брайанта гремит по раздевалке. — Хватит обсуждать растительность на лице Рейкстроу и сосредоточьтесь на игре. — Он бросает на меня строгий взгляд. — Но если ты сбреешь это без разрешения, вся команда весь месяц после тренировок будет отрабатывать ускорения.

— Хорошая игра, Рейкстроу.

Я был не просто хорош. Я уничтожил их. Матч «всухую» против такой команды, как Нортридж — это вам не шутки.

— Спасибо, — отбиваю кулаком с одним из тренеров, выходя из раздевалки. Вокруг царит послематчевый кураж, Рид играет роль диджея, включил музыку и заряжает всех на вечеринку. В дальнем конце коридора у выхода ждёт Риз, поправляя галстук. У тренера правило: после игры выходить в парадном виде. Что-то о том, что мы должны выглядеть как победители, независимо от результата. Рид вырядился в ярко-красный костюм и выглядит как клоун, но Дарле, похоже, всё равно. Я привык к костюмам, в детстве официальный дресс-код был нормой для особых случаев. Часть меня хочет взбунтоваться, но в такой вечер я выгляжу и чувствую себя чертовски круто.

— Что-то не так? — спрашиваю я Риза, замечая его странное выражение лица. — Галстук душит?

— Нет. — Он корчит рожу и ослабляет узел.

— Тогда почему такое лицо, будто у тебя запор?

В заднем кармане жужжит телефон, и впервые после игры я проверяю уведомления. Пришла куча сообщений с «поздравляшками» от друзей, видевших матч, и несколько предложений от заек «отметить победу», в том числе предложение тройничка.

Слушайте, я обещал взять себя в руки. Но не принять целибат.

Пролистываю сообщения вниз и замираю на последнем сообщении, том, которое читать не хочу. От отца.

— Ты сегодня реально доминировал на льду, — говорит Риз, давая мне повод убрать телефон и разобраться с сообщениями позже.

— Ну, вопреки расхожему мнению, я люблю побеждать не меньше остальных.

— Я такого не говорил. — Он толкает дверь. — Просто ты выглядел иначе. Будто на два шага впереди всех.

— Просто моя обычная крутость, бро, смирись. — Не стану признаваться, но, хоть мне и было чертовски скучно (физически и морально), я чувствую себя лучше. Несмотря на то, что просыпаюсь с утренним стояком из-за Нади, сплю я отлично. Меньше устаю. Пью больше воды. Тяга ко всей той дряни ослабла, сменившись одним желанием, залезть между ног девушки, которая во мне не заинтересована. — Ты тоже отлично сыграл, не забывай.

— Нарываешься на комплименты, Кейн? — из толпы болельщиков появляется Твайлер. У выхода собрались девушки, друзья и родные, поздравляющие команду. Сегодня народу больше обычного. Так всегда, когда мы побеждаем. Людям нравится быть частью успеха. Я даже не смотрю, ждёт ли меня кто-то. Родители не были на моих играх со школы.

— Мне не надо выпрашивать их, Солнышко, — Риз обнимает Твайлер за талию. — Два моих гола говорят сами за себя.

Она закатывает глаза и поворачивается ко мне:

— Последний сэйв был потрясным, Аксель. Я думала, тот паренёк проскочит мимо тебя и забьёт, но ты среагировал мгновенно.

— Ну ты меня знаешь, — подмигиваю ей. — У меня умелые руки.

Риз бьёт меня по плечу:

— Не флиртуй с моей девушкой, придурок.

За спиной Твайлер раздаётся громкий кашель. Оборачиваюсь и вижу её. Надю. Хах. Она всё-таки пришла на игру.

Твайлер берёт подругу за плечо:

— Ты в порядке? — она протягивает Наде бутылку. — Воды?

— Да, спасибо. — Голос Нади хрипловат. Карие глаза мельком смотрят на меня, когда она откручивает крышку. Щёки слегка розовеют, когда её губы обхватывают горлышко, и она делает большой глоток.

Под брюками костюма дёргается член.

Не успеваю придумать, как реагировать на её появление, как к Ризу подбегает пацан в джерси «Барсуков» с программой в руках:

— Риз! Можно автограф?

— Конечно, — улыбается он, беря у мальчишки маркер. — Как тебя зовут?

— Уокер.

Через секунду становится ясно, что Уокер был троянским конём, потому что следом на нас набрасывается целая команда двенадцатилеток. Твайлер и Надя отступают, пока дети толпятся вокруг.

— По одному! — смеётся Риз, подписывая программу. — На какой позиции играешь?

Он так легко общается с детьми, как настоящая звезда. После автографа Твайлер предлагает сфотографировать Риза с командой.

Я уже хочу улизнуть, дать ему насладиться моментом, но Уокер поворачивается ко мне и ухмыляется:

— Ты с нами, Аксель?

— Ага. — Беру программку, нахожу свою фотографию и царапаю рядом имя. Возвращая её, замечаю, что очередь за пацаном выросла. Блядь. Взглядом ищу путь к отступлению в сторону парковки.

Может со стороны и кажется, что я обожаю быть в центре внимания (и это правда, если речь о девчонках в коротких юбках и фанатах, предлагающих выпить за их счёт), но быть примером для подражания? На это я не подписывался.

— Даже не думай, — сквозь толпу детей бросает Риз, глядя на меня с укором. Я сразу понимаю намёк: если уйду от этих детей, то подведу команду.

— Кто следующий? — Спрашиваю, игнорируя тяжесть в груди.

— Я! — Девочка в розовой куртке и шапке с блестящим помпоном протягивает программку.

— Как зовут?

— Грета.

— Играешь в хоккей? — Открываю протянутый листок. Она кивает. — На какой позиции?

— Вратарь. Как и ты.

— Надо быть крепкой, чтобы стоять на воротах. — Подписываю и возвращаю программку.

— Я крепче моего брата, — она гордо поднимает подбородок. — Он нападающий.

— Значит, он за голы, да? — усмехаюсь, подкалывая Риза. — У меня есть младшая сестра, она тоже крепкая.

— Она играет?

— Не-а. Спорт её не интересует. — Хотя я даже не знаю, правда ли это. Уверен, Шелби никогда не спрашивали, чего она хочет. Отец решает за неё все, и она всегда подчиняется. Но это не значит, что она слабая. Чёрта с два. Она сильнейшая из всех, кого я знаю, раз выдерживает всё это.

Я сбежал на другой конец страны. У неё такого выбора не было.

— Жаль, — улыбается Грета, разглядывая автограф. — Она многое теряет.

— Улыбочку! — Кричит Твайлер, и вот я уже втянут в фотосессию. — Не забудьте отметить команду!

— Я думал, ты учишься на спортивного тренера, — говорю, когда автограф-сессия заканчивается, — а не на маркетолога.

— О, это была идея Нади, — отвечает Твайлер. — Бизнес, коммуникации, маркетинг…

Надя пожимает плечами:

— Никогда не упускай возможность.

— Но раз уж мы об этом заговорили, — Твайлер поворачивается к Ризу, — ты же получил нехилый удар в третьем периоде. Покажи.

Он закатывает глаза, но когда она приподнимает его футболку, видно, как ему нравится её забота.

Я разминаю кисть.

— Свело? — Спрашивает Надя.

— Не привык столько подписывать.

— Эти дети тебя обожают.

— Только они не в курсе о моем испытательном сроке. — Вряд ли тренер Брайант обрадуется, увидев моё лицо в соцсетях. Пока нам удаётся скрывать нарушение, но не надо давать повода для разоблачений. — Я не создан быть лицом команды. — Поднимаю татуированные руки. — Им нужны чистенькие мальчики вроде Кейна.

— Мне показалось иначе.

— Да? — Приподнимаю бровь. — А каким я тебе кажусь?

Потому что я чертовски хочу это знать.

Когда она молчит, тихо добавляю:

— Ну же, скажи, что не думала обо мне с того вечера?

Она сглатывает.

— Не думала. Ни разу.

Румянец на щеках выдаёт, что мы оба знаем — это ложь.

Я прикусываю пирсинг на губе.

— Может, тебе нужно напомнить?

Она резко поднимает ладонь:

— Нет.

— Почему?

— Потому что, — она бросает взгляд на Твайлер, которая щупает Ризу рёбра, — мы договорились забыть.

— Ну, мне это тяжело даётся, потому что я всё представляю, как дико ты выглядишь, когда кончаешь. — Её зрачки расширяются, губы приоткрываются. — Не говори, что ты не делаешь того же. Не думаешь о моём рте на твоей…