Вечные Пески Том 9 (СИ) - Сухов Лео - Страница 4

А там уже вставал последний рубеж обороны. Командирам удалось прекратить панику. Строй ровнялся, копейщики строились плечом к плечу, перегораживая проход. А из крепости на острове уже вовсю спешило подкрепление.

Регои и семейные дружинники выехали на мост. Верхом на юглах прошли через строй копейщиков и врезались в ряды демонов. Всадники в тяжёлой броне рубили псевдоплоть длинными мечами, юглы рвали демонов когтями и зубами. Я хоть и не люблю этих тварей — очень уж они хищные, но вынужден был признать: против демонов юглы себя показали хорошо. Орда волнами откатывала назад, оставляя лишь дымящиеся лужи и заносы из чёрного песка.

…Не знаю, в какой момент мир для меня сузился до двух простых задач. Собирать и создавать, собирать и создавать… Жизненная сила текла отовсюду… Густая, тяжёлая, как река в половодье… Я втягивал её без остатка… И тут же обращал в песчаных воинов… Они вставали и шли в бой… На стенах, на улицах, в переулках…

…Я, кажется, начал выпадать из реальности. Просто в какой-то миг перестал замечать время, перестал слышать крики… Остался только шёпот и ощущение тысяч нашёптанных Ишеров в голове… Целая армия бесстрашных, неутомимых, живучих и игнорирующих боль Ишеров с топорами…

Вновь осознал себя я только на рассвете. Небо на востоке посветлело. Демоны шли в последний натиск. Правда, сражались уже не с людьми. С моими песчаными воинами. А те не уступали им ни в чём. Такие же упорные и исполнительные. Чёрные фигуры стояли насмерть, рубили, кололи, умирали… И вставали снова.

Основная масса «нашёптышей» сосредоточилась вокруг двух точек. Первая — наш новый участок стены у воды. Вторая — расположение остального моего отряда, четыре гостиницы под куполом. В город успел войти высший демон из наземных. Забравшись на одну из крыш, он обозревал оттуда весь город. И, само собой, видел сквозь купол, направляя туда низших демонов.

На их пути встали мои песчаные воины. Сотни чёрных фигур сомкнулись вокруг купола. И только один из десяти демонов успевал заскочить внутрь, где его добивали мои бойцы.

Мой отряд на стене тоже стоял намертво. Бойцы, и нашёптанные, и живые, обороняли подступы ко мне, и я знал: они не отступят. А я всё шептал и шептал, и город вокруг превращался в какое-то жуткое месиво из демонов и песчаных воинов.

Восход разгорался. Солнечные лучи ударили по равнине, потекли по улицам. Демоны бросились искать укрытия. Но сегодня эта тактика оказалась провальной. Мои «нашёптыши» не боялись света. Преследуя врагов, они врывались в дома, в подвалы, на чердаки — и убивали.

Новых бойцов создавать я уже не мог. Я почти не слышал Дикий Шёпот. Видимо, слегка надорвался, как тогда, в ханствах. Однако и того, что я наделал, пока хватало.

Люди на мосту стояли, замерев и глядя на происходящее. Они больше не дрались: на их долю не осталось демонов. Я видел их лица в свете восхода — изумлённые, неверящие. Они ждали смерти, а вместо этого теперь наблюдали, как чёрные воины убивают их врагов. Иногда перед входом на мост завязывались схватки: это демоны и там натыкались на моих «нашёптышей».

Даже регои и дружинники на юглах в этот момент замирали, не в силах оторвать взгляд от страшной картины. С одной стороны — воины в чёрной броне, с кривыми щитами и топорами, а с другой — демоны. Они воистину стоили друг друга. Такой ожесточённости в бою люди показать не могли, как минимум, потому что берегли свою жизнь.

А вот мои «нашёптыши» жизнью не так дорожили. Умри, но убей — вот как они себя вели. И постепенно бои с их участием уходили внутрь домов. Песчаные воины умирали, зато чистили город. Внутри я чувствовал, как они гаснут один за другим.

Солнце поднялось над горизонтом, но бой не закончился. Люди продолжали стоять и ждать. А вот у меня ноги подкосились, и я опёрся на зубец.

Когда последний «нашёптыш» внутри меня погас, тишина опустилась на улицы. Тишина, наполненная изумлением и страхом. Над рекой с криками носились птицы, которым не было дела до разборок странных людей и не менее странных демонов. Шелестели волны, ударяясь о каменную стену. Столбы дыма тянулись в небо там, где разгорелись пожары.

Я прокручивал в голове ночной бой и пытался понять: я вообще человек ещё? Может, уже нет? Может, я уже сам стал ордой? Ордой злобных Ишеров. А что? Звучит. Сам себе генерал, сам себе боец. А по совместительству ещё и матка улья, ага.

Я ведь никогда не хотел кем-то командовать. Смысл жизни? Я его не искал. Можно ведь просто жить. И радоваться тому, что наступил ещё один день. Солнце взошло, ветер дует, птицы поют, вода течёт. Это само по себе прекрасно. Настолько, что, если вдуматься, больше ничего не надо.

Хотя нет, надо… Еда, крыша над головой, тёплое пламя костра. Но этого так легко добиться, что даже упоминать кажется лишним.

Я никогда не хотел быть героем. Я даже наёмником-то был тяжёлым на подъём. Брался только за те заказы, где платили хорошо, или не нужно было много напрягаться. После Кечуна я просто наслаждался каждым прожитым днём. Знал, что Вечное Дитя рано или поздно отведёт меня к Светлой Дороге, но из-за этого не очень переживал.

Закончится одна жизнь — начнётся другая. Всё было просто… А потом я получил дар, научился шептать и тянуть жизненную силу из окружающего мира. И родилась орда злобных Ишеров.

А самого главного Ишера сейчас подмывало встать на ноги, найти командующего Вирмина и плюнуть ему в рожу.

И ведь мне никто помешать бы не смог. Жизненной силы вокруг было столько, что даже почти надорвавшись, едва слыша Дикий Шёпот на границе сознания, я бы легко поднял ещё пару тысяч «нашёптышей». А ведь они, в отличие от людей на мосту и выживших в городе, полны сил, не знают страха, да и с топором умеют обращаться, почти как я.

И что вы мне сделаете? А? А?

А главное, я мог этому научить других шептунов. Мог. Но стоило ли? Должно у человека быть какое-то ограничение, которое он будет преодолевать. Могу я на своих запасах несколько десятков воинов поднять, и достаточно. Всё, хватит. Этого уже, на самом деле, много.

А связка из вытягивания силы и нашёптанных воинов… Это какое-то демоново жульничество. Спираль боли и смерти. Ещё и способная сама себя поддерживать. Один убитый дарит мне силы на несколько новых песчаных воинов.

А значит, одного больного на голову шептуна хватит, чтобы вырезать всё нынешнее человечество. Никакой орды не нужно, никаких демонов не понадобится. Самоподдерживающаяся спираль.

Ну и чем такой псих будет отличаться от тёмного шептуна? В лучшую сторону уж точно не будет. В худшую — обязательно. В отличие от тёмного, психованный шептун будет ещё и наслаждаться смертью.

Так! Мысли, стоять! А кто мне подсказал эту связку?

— Не надо всё на меня валить! — заявил детский голосок в моей голове. — Да, масштабная смерть дарит мне силы, но и работы прибавляет. А тебе эта способность была нужна. Я подсказала. Ну а учить ли ей других шептунов… Это дело твоё. Если не подпускать к себе вплотную тех, кто может подслушать отголоски шёпота… Тогда никто и не научится втягивать чужие жизненные силы.

«А, то есть проклят только я, и можно не передавать проклятие другим… Это радует!» — согласился я с Вечным Дитя.

— Это не проклятие, Ишер. Это просто способность. Люди — существа сильные, выносливые, живучие… И при этом очень хрупкие. Убить можно всех. Тебя, Дега, любого другого сильного шептуна. Дар шёпота — это исток нового мира. Каким он будет, сейчас решаешь ты. Хочешь, скрой способность собирать жизненную силу. И тогда все люди в будущем смогут шептать только на основе личных запасов. А хочешь — раскрой. И тогда все люди будут знать, где дополнительно набраться силёнок.

«Они уже набрались как-то… Чуть весь этот мир не угробили, — мысленно возразил я. — В общем, мрачное будущее-то получится. С массовыми жертвоприношениями. С разведением людей в качестве кормовой базы. Оно мне надо?»

— Ну это тебе решать, — Вечное Дитя рассмеялась. — Я-то давно умерла, и теперь просто дух… К тому же, я отвечаю только за смерть и рождение. А что касается моральной стороны вопроса, разбирайся сам. Мне важно лишь, чтобы люди жили. А их моральным обликом пусть другие занимаются. Но если не хочешь, чтобы кто-то научился тянуть жизненную силу… Могу и подсказать, как надёжно скрыть этот твой шёпот.