И носило меня, как осенний листок (СИ) - "Alex O`Timm" - Страница 18

Стюард разбудил меня, сказав, что до прибытия осталось не больше полутора часов. В итоге провалявшись в постели больше шести часов, встал с головной болью, потому как толком поспать, можно сказать не получилось. Вначале мешал шум доносящийся с палуб, из-за загрузки парома, топот по коридорам, а после только уснул, как меня уже подняли, сообщив о скором прибытии. Упаковав чемодан, подозвал носильщика и с его помощью, добрался до автомобиля. К моему удивлению, Жозе, я в нем не обнаружил. Плед, все так же валялся на заднем сидении, а парня нигде не было видно. Подумав, что тот отлучился в туалет, или местное кафе, не особенно обеспокоился по этому поводу, и пристроившись у машины, стал ждать прибытия парома в порт. До самой разгрузки, парень так и не появился на глаза. Через какого-то паренька, попросил сделать объявление, на пароходе, о том, что я ожидаю Жозефа Форнье в порту, на стоянке для автомашин, надеясь, что он придет именно туда. Объявление вскоре прозвучало, но почти получасовое ожидание, ни к чему не привело. По всему выходило, что парень или нашел себе новое место для отдыха, или упал за борт во время своих ночных похождений. В любом случае, ожидать его дальше не имело смысла.

Неожиданный вопрос таможенника ввел меня в ступор.

— Скажите, мистер де Лю, зачем, вам, столько гаечных ключей?

— Простите, что вы сказали? — удивился я.

— Я спрашиваю, почему вы перевозите с собой такое количество гаечных ключей, тем более не в автомобиле, который вы включили в декларацию, а в чемодане?

Только тут до меня дошло, что таможенник, открыл мой саквояж, и разглядывает его содержимое. Я взглянул на саквояж, и в тот же момент меня и бросило в пот, саквояж до самого верха, был заполнен новенькими гаечными ключами, из инструментального ящика автомобиля. С трудом сдержав свои порывы, промямлил что-то на счет своего бизнеса, и образцов готовой продукции.

— А, так вы коммивояжер. Все понятно, вопросов больше не имею.

С трудом сдерживая себя от ярости, я сел в машину и выехав из терминала порта, остановился на какой-то улочке, где вновь открыл свой саквояж. Эта скотина Жозе, меня банально ограбил. И похоже это произошло в последнюю ночь, во время перегона из Этапля в Кале. Я изо всех сил боролся с управлением автомобиля, и почти не обращал внимание на то, что происходило позади меня, на заднем сидении. Думая, что полностью контролирую этого парня, почти не обращал внимание на то, чем он там занимается. Да и стоило взглянуть на него, чаще видел спящее тело. Багажника в этом автомобиле не имеется, поэтому пришлось сложить чемоданы на заднее сидение, и в проход между рядами кресел. И пока я сражался с управлением автомобилем, Жозе, похоже, в это время, старательно перекладывал содержимое моего саквояжа, меняя мешочки с драгоценностями, на гаечные ключи, для веса. А стоило мне завести автомобиль на палубу парома, и отправиться в каюту, как он тотчас подорвался и смылся с парохода, забрав украденные у меня вещи, и даже пожертвовав автомобилем. Собственно, украденное им золото, перекрывало стоимость автомобиля с лихвой.

В итоге, я в одночасье лишился большей части драгоценностей, весом больше четырех килограммов. Хорошо хоть, укладывая чемоданы, постарался раскидать золото по всему багажу. В итоге, все царские «Империалы» — золотые десятки в количестве двухсот пятидесяти штук, каждая из которых имела массу в 12,9 грамма, остались при мне, а это больше трех килограммов золота. В другом чемодане, сохранились пятьдесят тысяч фунтов стерлингов наличными, и небольшое количество золотых вещиц, которые я собирался представить, как семейные реликвии. Впрочем, исходя и украденного, которое конечно очень жаль, Жозе обрел для себя немалые проблемы. Стоит ему попытаться продать хотя бы одну из вещей, как его тут же возьмут за жабры. Ведь любая вещь из той коллекции, явно не какой-нибудь там ширпотреб, а явно штучные дорогие вещи какого-то аристократического дома, которые всем известны. То есть продать их просто так, практически невозможно. Но все-равно, было чертовски жаль потери.

Все еще находясь в испорченном настроении, все же решил, не предаваться унынию, и следовать дальше, в ту сторону куда и собирался. В ближайшем газетном киоске купил карту острова, и сориентировавшись по ней отправился в путь. Мне предстояло пересечь Англию с юга на север, и проехав около трехсот миль добраться до Ливерпуля. Вначале, я было обрадовался тому, что три сотни, это не так уж и много, и уже к завтрашнему утру вполне смогу добраться до места. Моя радость развеялась, когда на внимательно рассмотрев карту, прочел сноску о том, что все расстояния на острове, указаны в милях, а Британская сухопутная миля — единица длины, которая равна 1609,344 метра. Другими словами, из трехсот миль, мой путь в одночасье превратился в более чем четыреста семьдесят километров. Помня, как мне удалось намучиться с этим рыдваном во Франции, захотелось во весь голос воскликнуть: «Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса!» По самым скромным подсчетам, мне предстояло тащиться на нем почти сутки чистого времени. Во что это выльется в реале, я даже не представлял. Как минимум вдвое больше.

Вдобавок ко всему, стоило встать на трассу и проехать около десяти километров, как нарвался на дождь, а у «Ситроена» имелась только крыша и лобовое стекло. И уже через полчаса, я вымок весь до нитки, из-за того, что ветер задувал струи дождя через боковины автомобиля, прямо в его салон, и спрятаться от него не было никакой возможности. Какое-то время меня спасал плед, которым до недавнего времени укрывался Жозе, позже не помог и он. Во весь голос чертыхаясь и проклиная все на свете, проехал шестнадцать миль, добрался до города Кентербери, и сунулся на местную станцию железной дороги. Здесь меня обрадовали, что поезд до Ливерпуля ходит трижды в день, и ближайший отправляется через два часа.

Тут же приобрел билет в мягкий вагон, в ближайшей гостинице снял номер, за который пришлось заплатить как за сутки. Немного согрелся под горячей водой душа, переоделся в сухое, и как раз успел к отходу поезда. Здесь устроился со всеми удобствами заказал себе горячий кофе, булочки, и устроился у окна, решив, что такая поездка меня устраивает гораздо больше. Машину пришлось бросить. Так или иначе от нее все равно пришлось бы избавляться, не здесь так в Ливерпуле. Тем более, что все документы, имеющиеся в ней, были оформлены на Жозефа Форнье, и продать ее, я бы все равно не смог. Конечно машинку немного жаль, но ничего не поделаешь. Да и если у меня появится возможность приобрести свои колеса, уж точно не позарюсь на такую, открытую всем ветрам и дождю, колымагу, которая больше рычит, чем едет, и дымит как паровоз.

Ехать на поезде предстояло почти восемнадцать часов, со всеми остановками, ии несмотря ни на что, было гораздо приятнгее. Некоторое время сидел у окна, разглядывая проплывающие мимо пейзажи, пару часов, потратил на чтение Дюма и его мушкетеров, и честно говоря, русский перевод нравился мне куда больше, хотя читать книгу в подлиннике, тоже было довольно интересно. Немного прогулялся по коридору поезда решив размять ноги, и вернувшись обратно в свое купе, прилег с книжкой на диван, и сам не заметил, как задремал. Делать было в общем-то нечего, а легкое покачивание вагона, и перестук колес на стыках, действуют так убаюкивающие.

Как проехали Лондон, даже не заметил, а вот Бирмингем, заставил меня проснуться. Я как-то не сообразил сразу, и потому взял билет в двухместное купе, в Бирмингеме, мне подселили попутчика. Вошедший мужчина, казалось заполнил собою весь объем купе, хотя по комплекции он выглядел не крупнее меня самого, зато его громогласность превышала все возможные пределы. Тихо говорить, этот человек, был просто не в состоянии. Правда тут же извинился, и сказал, что слегка глуховат, видимо поэтому и привык громко доносить свои мысли до собеседника.

Впрочем, я уже достаточно выспался, а мужчина, оказался старшим офицером «одного из военных кораблей Его Величества», именно так он навал свою должность, и смог дать мне немало ценных советов, относительно будущего путешествия. По его словам, выходило, что лучше всего брать каюту по правому борту, если конечно я не «early bird» — ранняя пташка, учитывая, что судно все время будет идти на запад, причем по северному полушарию, следовательно, солнце будет преследовать меня весь день, с самого раннего утра и до позднего вечера, возьми я билеты по левому борту. И ладно бы только это, до эпохи кондиционеров еще достаточно далеко, поэтому каюта будет нагреваться так, то находиться в ней будет довольно некомфортно, даже несмотря на то, что календарь показывает октябрь, а не май.