"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 381

Я стоял, не двигаясь, сохраняя позу, в которой было и требование, и ожидание. Только внутри сердце билось чаще обычного: поверят — или нет.

Командиры замерли а потом почти синхронно склонили головы. В этом жесте не было колебания — будто какая-то чужая воля прошла сквозь них и подтвердила мои слова. За ними дрогнула и вся армия: ряды начали разворачиваться, тяжело и чётко, словно единый организм. Колонны вытянулись в туман, уходя в обход к южному подъёму на материк.

Гул шагов заполнил пространство, перекрывая всё остальное. Я стоял в стороне, позволяя себе просто наблюдать. На пару секунд меня накрыла лёгкая волна облегчения: маска сработала, голос демона оказался убедителен, и никто не решился усомниться.

Но вместе с этим в груди отозвалось другое чувство. Словно где-то внутри щёлкнул тихий механизм — напоминание: любое решение тянет за собой последствия. Сделать шаг вперёд оказалось проще, чем я ожидал. Вот только отступить, если что-то пойдёт не так, будет во много раз труднее.

Я задержал взгляд на первых рядах армии. Их силуэты выделялись даже без энергетического зрения, но стоило чуть глубже прислушаться — и в груди закололо от ощущения мощи. Внутри этих тварей пульсировали ядра пятой ступени, плотные, горячие, будто тёмные факелы. Они светились так ярко, что я едва удерживался, чтобы не шагнуть вперёд.

Мелькнула мысль: вырезать эти ядра, забрать силу себе. Сколько проблем это бы решило? Несколько таких трофеев могли бы переломить ход борьбы, стать оружием против самих хозяев. Я даже на секунду представил, как держу их в руках, как сила вливается в моё ядро и расширяет его до предела. Ну или взорвать всех к чёртовой бабушке.

Но следом накатила холодная волна рассудка. Чтобы добраться до командиров, нужно было бы вырезать всю эту армию, тысячи туманников, что сейчас склоняются при виде моего облика. И кто знает, как они отреагируют, если «хозяин» вдруг начнёт убивать своих же в открытую? Может, примут как должное. А может, сожмутся в единый кулак и обрушатся на меня, не разбирая.

Я поймал себя на том, что сердце бьётся чаще, чем должно. Маска держала моё лицо спокойным, чужим, но внутри я знал — это был соблазн. И слишком опасный, чтобы поддаваться.

Не слишком ли я стал кровожаден?

Я позволил себе короткую фантазию. Вот я вырываю ядро из груди одного из командиров, потом второго. Их армия остаётся без головы, рушится порядок, превращается в толпу. А у меня в руках два сияющих факела, готовых влиться в моё ядро и умножить его силу. С этими ресурсами я смог бы противопоставить что-то даже хозяевам, вывернуть против них их же оружие.

Картина была до обидного соблазнительной. Армия — повержена, я — сильнее, шаг к равновесию восстановлен. Но чем дольше я держал этот образ в голове, тем сильнее нарастало отвращение. Это не был расчёт, это была жажда крови, тихое удовольствие от чужой смерти.

Я сжал кулаки, пытаясь раздавить эту мысль. Не слишком ли я стал кровожадным? Ещё недавно такие рассуждения показались бы безумием. Теперь же они приходили сами, и я лишь отгонял их, как назойливых мух.

Маска скрывала мои сомнения, оставляя на поверхности лишь спокойное, демоническое выражение. Но за ней я прекрасно чувствовал, как легко могу скатиться туда, где нет ни человечности, ни выбора, только голод силы.

Я поднял взгляд на колонны, уходящие в туман. Шаги армии вернули меня в реальность. Пока они маршируют, мне нельзя поддаваться таким соблазнам.

Армия уже полностью перестроилась и теперь тянулась в западном направлении. Длинная колонна уходила в туман, звуки шагов накатывали ритмично, будто удары сердца гигантского зверя. Никакой хаотичности — всё выглядело так, словно каждое движение заранее отработано. Даже повороты шли синхронно: ряды расходились и снова смыкались, будто это была не стая тварей, а вымуштрованное войско.

Я наблюдал, как авангард уходит вперёд, за ним следуют группы поддержки, замыкают строй тяжёлые фигуры с массивным оружием. У каждого отряда — своя роль. Всё это не оставляло сомнений: они готовились к большому манёвру.

Маршрут был очевиден. Обход вёл к подъёму на материк. Я почти видел карту — линии движения армии и линии движения Артура с изгнанниками. Они шли тем же направлением, только другим маршрутом, чуть выше, по первой ступени. И если бы всё продолжилось так, их пути могли пересечься вблизи стены.

Мысль кольнула неожиданно: две процессии движутся к одной цели, только с разных сторон. Одни ищут спасение, другие — путь для вторжения.

Я задержал дыхание, представляя общую картину.

Я мысленно развернул карту мира. Материк — или скорее огромный остров, когда-то окружённый океаном. Вода не исчезла, её просто сдвинули в стороны и заперли щитами. Огромные узлы держали этот океан, натягивая его, как плёнку. А под материком теперь лежали ступени.

Я находился на самой нижней, второй. Здесь гнездились города теневиков, красные порталы и их хозяева. Выше — первая ступень, где жили изгои и остатки диких теневиков. Именно там ещё недавно скрывались Артур и остальные. И только ещё выше поднимался сам материк, защищённый стеной.

За той стеной оставалось немного — всего один город, уцелевший от былой империи. Его всё ещё называли столицей, хотя это была лишь тень прошлого величия.

Я провёл пальцами по камню рядом, будто проверяя прочность под ногами. Мысль вспыхнула сама собой: если щиты рухнут — океан вернётся. Вода сметёт все ступени разом, зальёт города теневиков, похоронит и изгнанников, и демонов. Картина была слишком наглядной, чтобы не пугать.

Глава 10

Но кто держит эти щиты? И зачем? Хотя на второй вопрос ответить проще — никто не желает становится амфибией, ни теневики, ни их хозяева. Но вот они ли осушили эту часть планеты или им помогли? Если они, то мои потуги бесполезны. Мы в разных лигах.

Я вспомнил стену, чёрную линию на горизонте, тянущуюся от края до края материка. Её строили, когда империя ещё была сильной, чтобы отсечь старые земли, ставшие слишком опасными. С той стороны оставили руины, выжженные поля и монстров, а с этой — попытались сохранить хоть что-то человеческое.

За стеной ещё держался город. Последняя столица, упрямый оплот, переживший падение империи. Там ещё оставались люди, дома, хоть и полузаброшенные, искажённые войной. Теперь он был последним прибежищем, куда стремились все, кому повезло выжить.

Я ясно видел картину: если армия теневиков пройдёт сюда, у горожан не будет шанса. Стена станет не щитом, а ловушкой. Людям будет просто некуда уйти — за стеной пустоши и смерть, перед ней — враг.

В груди сжалось, когда я подумал об Артуре. Он и остальные изгои двигались к этому городу, надеясь найти там защиту. Но если я ошибусь, если не остановлю хозяев и их порталы, столица превратится в гигантскую могилу.

Я ясно представил Артура и остальных. Они шли где-то выше, вдоль южной стороны, обходя материк. Медленно, осторожно, таща на себе всё, что им удалось спасти. Люди, изгнанники, те, кто когда-то считал себя никем, теперь держали путь к городу за стеной, надеясь, что там их примут и укроют.

Картина была почти мирной — цепочка фигур, теряющихся в тумане, тусклый свет факелов. Но я знал, что за этой картиной скрывается отчаяние. Им просто больше некуда идти. И если город падёт, их жизнь оборвётся вместе с ним.

Если мы встретимся там, решать придётся вместе. Я уже не мог позволить себе действовать в одиночку. Ответственность за этих людей лежала не только на Артуре, который повёл их, но и на мне. Мы связаны, хотим мы этого или нет.

От этой мысли в груди потеплело и стало тяжелее одновременно. Решать вместе — значит разделить и риск, и цену. Но что, если правильного решения просто не существует?

В голове тут же мелькнула альтернатива. Можно ведь бросить всё и уйти.

Мысль о бегстве промелькнула, но я сразу откинул её. Бежать некуда. У меня нет кристалла — того самого, что нужен царю для заключения союза. А без этого союза моему городу не выстоять. Я прекрасно понимал: царь хочет артефакт не ради красоты, а чтобы встроить его в защиту столицы и превратить стены в оружие. Но для меня это не имело значения. Главное — союз. Всё остальное вторично.