"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 129

Я стою, тяжело дышу.

В груди — спокойствие. Даже лёгкая… радость.

Я чувствовал, как моё тело приняло это всё как норму. Как будто битвы, кровь, тяжесть и клинок — дом.

— Ты начинаешь принимать это, — холодно проговорил Нарр’Каэль. — Я чувствую, как тебе… нравится. А значит, ты всё ближе к тому, кем я хотел тебя видеть.

— А может, я просто не хочу умереть.

— Вот и держись за это. Пока ещё есть ты.

Я вытер меч, посмотрел на горизонт.

Поле только начиналось.

А я — ещё жив.

Глава 15

Поле древней битвы продолжало стелиться передо мной, словно само время тут сгорело, оставив пепел в земле и уголь в небе.

Я шёл среди остовов, напоминающих разрушенные города: скелеты зданий торчали из почвы, как рёбра исполинских чудовищ. Где-то на горизонте маячил обгоревший шпиль — может, храм, может, башня. С трудом верилось, что тут когда-то жили разумные. Теперь здесь царствовал лишь прах.

Под ногами — щебень, пепел, обломки оружия. Иногда попадались полуразложившиеся доспехи, вросшие в землю. Один раз — человеческий череп, треснувший ровно посередине. Ветер гулял, не оставляя эха. Всё было глухо, будто мир задержал дыхание.

— Если ты когда-нибудь задумаешься о хорошем месте для смерти — вот оно, — буркнул Нарр’Каэль. — Романтика, руины, безнадёга и полное отсутствие фанатов. Идеально.

— Ты забываешь, — ответил я, — я пока жив. И умирать здесь не в планах.

— Ага. Ты просто идиот с мечом. Что, впрочем, не исключает твою живучесть.

Ветер донёс запах озона и старой крови. Я замер.

Что-то появилось на границе видимости.

Сначала — мерцание. Словно между двумя кусками пространства разломалась реальность. Потом — силуэты.

Волки. Но не обычные.

Полупрозрачные, сквозь их тела проглядывал мир — будто дымок, сшитый нитями костей. Не шкура — энергетическая ткань, держащая каркас из искривлённого белого материала, похожего на кость, но с налётом света.

У них не было глаз. Только огни в пустых глазницах.

И каждый шаг сопровождался тихим скрежетом, будто когти резали саму тишину.

Каркасные волки.

Я слышал о таких. Оставшиеся от тех, кто пал на этих полях. Или… тех, кто родился в муках этого сражения.

Они не рычали. Не кружили. Просто двигались, окружая.

Шестеро. Точно. Один из них крупнее — альфа.

Я вытянул меч, мягко ступил вперёд. Сердце билось ровно. Ни страха, ни паники. Привычка.

— Ты даже не удивлён. Уже не моргаешь при виде этого кошмара. Прекрасно. Вот она, твоя новая норма, — буркнул Нарр’Каэль. — Хочешь, я назову тебя Трупоходцем? Звучит зловеще.

— Давай позже, Шиза. Занят.

Первый волк рванул вперёд — слишком быстро. Я едва успел блокировать. Когти срезали верхний слой металла на предплечье.

Второй зашёл сбоку. Третий — сзади.

Я скрутился, оттолкнулся, ударил — мимо. Они двигались, как волны: слаженно, молниеносно.

Но я чувствовал ритм.

Бой стал танцем. Скользящим, плотным, смертельным.

Я поймал одного на ошибке — удар в бок, вспышка света, разлетающийся пепел.

Остальные остановились.

А потом… взревели. Или то, что у них было вместо крика.

Они пошли в полный разнос. Один ударил мне в бедро — доспех треснул. Другой соскочил сверху, когтями процарапав спину.

Я сжал зубы. Ответил ударом в пасть — меч прошёл сквозь, как по воздуху, но затем что-то внутри волка сжалось — и существо исчезло.

Я вырезал ещё двух — и остались двое. Один из них — альфа.

Его глаза пылали ярче, он двигался с мыслью. Удар в грудь — я отскочил, перекат. Он прыгнул — я ушёл в сторону и вогнал меч ему под шею.

Он дернулся. Дважды. Затем замер, рассыпаясь на светящуюся пыль.

Остальные исчезли.

Осталась тишина. Я опустил меч, тяжело дыша.

Там, где рухнул альфа, что-то мерцало.

Я подошёл. Ядро.

Густое, переливающееся, словно сшитое из света и костей.

<Получено: ядро третьей ступени>

<Уровень средоточий: 63>

<До следующего уровня: 1 ядро третьей ступени>

Я сжал его. Глубоко вдохнул.

Стук сердца отдался в ушах — ритм замедлялся. Но в нём не было страха. Только спокойствие.

— Ещё одно. И я смогу вспомнить. Или хотя бы… не забыть дальше.

— А если ты не тот, кого помнишь? — вдруг тихо спросил Нарр’Каэль.

— Значит, стану тем, кем стал.

И я пошёл дальше.

Поле всё ещё простиралось вперёд.

Небо сгустилось, хотя солнце ещё не скрылось за горизонтом. Облака тяжело висели, как влажные тряпки, простёганные пеплом. Воздух будто стал гуще, пах чем-то давним, забытым — как старая библиотека, заваленная костями. Я знал этот запах: усталость, что ползёт под кожу и цепляется за мысли.

Я брёл по каменистой равнине, ища место, где можно упасть. Меч висел на поясе, тяжёлый, как кандалы. Ноги гудели от недавнего боя.

Очередная стая. Каркасные волки, но злее.

Их было больше, они двигались быстрее. Один умудрился ударить в грудь — доспех поглотил силу, но внутренняя дрожь осталась. Я выжил. Я победил. Но это была нечестная победа. На кураже. На злости. На пределе.

Я нашёл укрытие среди обломков какого-то здания — возможно, когда-то тут была библиотека. Камни сложены в непонятный порядок, выветренные символы, полурасколотые арки. Под ними я устроил привал.

Огонь не разжигал — нельзя. Эти твари чуют тепло, даже сквозь камень. Просто сел. Облокотился на стену. Закрыл глаза. Дышал.

И тут пришло чувство.

Сначала лёгкое, как сквозняк в черепе. Потом — настойчивое. Будто внутри пустело.

Что-то… ушло. Вырвалось.

Я не понимал что. Не мог назвать. Но оно было. И теперь — нет.

Я перебирал в памяти недавние дни. Волк. Тигр. Искажённый. Орёл. Храмы.

Марина. Имя. Обрывок лица.

Я помню меч. Я помню храмы. Я помню боль.

А что ещё?

Что я ел позавчера?

О чём думал утром?

Сколько раз я проверил меч, прежде чем заснуть в прошлую ночь?

Пусто.

Словно часть меня испарилась, а я даже не понял, когда. Может, это бред. Может, истощение.

А может — разрушение.

Я провёл рукой по лицу, будто пытаясь нащупать то, чего не стало.

— О, нет. Только не это. Только не “ах, где же я потерял себя”... — ворчливо раздался голос Нарр’Каэля. — Слушай, смертный. Ты либо соберёшь маску, либо превратишься в мусор. Я тебе честно скажу — если ты ещё раз сядешь, чтобы посочувствовать себе, я выжгу тебя изнутри, оставлю только тело и сам завершу дело. Маска важнее твоих жалоб. Маска — это Я. А ты? Ты — инструмент.

Я сидел.

Молча.

Глаза были закрыты. Руки лежали на коленях.

Потом я выдохнул, открыл глаза, посмотрел в выцветшее небо.

— И что? Плевать. Устал.

Голос в голове на секунду замолчал. Даже тишина зашипела от этой фразы.

— Плевать, слышишь? Хочешь выжечь? Валяй. Хочешь использовать тело? Вперёд.

Я задолбался быть героем. Я просто иду. Потому что всё остальное ещё хуже.

Но если хочешь угрожать — подожди, пока я встану. Тогда и поговорим.

Я вытянул ноги. Задрал голову к небу. Ни улыбки, ни злости. Просто пустота и хриплый голос:

— Мне даже плакать уже лень. Но маску я всё равно соберу. Не потому что ты хочешь. А потому что я должен. Чтобы вспомнить. Чтобы закончить. Чтобы остаться собой.

И мы замолчали.

Оба.

Долгое, тяжёлое, гудящее молчание.

Я позволил себе его — хотя бы сейчас.

Завтра снова буду идти.

Завтра снова будет бой.

Но сегодня — я просто сидел.

И держался.

Я шёл по дороге, если это вообще можно было так назвать — стёртая тропа, где камни перемешались с пеплом, а деревья напоминали выжженные стражи забытого мира. Они скрипели на ветру, издавая звуки, похожие на стоны — или это просто усталость говорила в моих ушах. Небо было низким, серым, как потолок покинутой камеры. И я — пленник дороги, вечно идущий к чему-то, что не до конца понимаю.