Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 44

— Во-первых, это не моя личная персональная месть. Ваш Заречнев — идиот редкостный, — ответил я. — До того предельно осторожный, вдруг решил силами подставных людей устроить пожар, который, мало того, что пошёл на усадьбу Берсеньевых, которые вскоре войдут в мой род на правах младшей ветви, так ещё и зацепил охотничьи угодья принца, который в это время в баньке там парился, в моей компании. Как ты думаешь, у кого ЧСВ взыграло: у меня или у принца, которому плюнули прямо на его же исконных землях в лицо, ещё и используя его человека для поджога?

— Идио-о-от, — повторил мои слова Тимус. — Согласен. Тут он дал маху. Надо же, всегда имел стальную выдержку, а тут ему что-то изменило. Значит, это не личная твоя месть, вендетта? — на всякий случай уточнил иерарх.

— Нет. Более того, принцу я заявил, что пока у нас с вами вооружённый нейтралитет и орден щипает австро-венгров, устроивших диверсию в столице, я к вам соваться не стану с предъявлением собственных долгов.

— Ну да, долги там имелись солидные в лице княгини и княжны Угаровой, — справедливости ради ответил без стеснения Тимус, признавая за Орденом беды нашей семьи. — Должен заметить, что мой предшественник тоже не решился дёргать тигра за усы, сообразив, что в тебя подселили астральную сущность, вроде тех, которые у братьев ордена имеются. И сущность эта на старые дрожжи — в виде твоей инициации Рассветом в прошлой жизни — прижилась основательно. Так что объёмом своего собственного источника ты любого из иерархов за пояс заткнёшь. Так что да, брат Бризе совсем уж идиотом не был, оставив тебя в покое. Не стал нарываться, всё хотел как-то к тебе лазейку отыскать. Так что, Трай, мир?

Пространство вокруг нас снова поплыло. На сей раз мы оказались на каменном выступе. Перед нами расстилалась бескрайняя пустыня, где ветер бесконечно переносил песчинки с одного места на другое, где полуденный зной рождал миражи над раскалённым песком, в которых я разглядел огромный амфитеатр с множеством стягов. На них реяли солнца, наполовину белые, а на другую — чёрные. Рассвет и Закат.

Разглядывая амфитеатр, я на какое-то время выпал из разговора, но Тимус меня не торопил с ответом. Возможно, что он тоже видел что-то своё.

«Не соглашайся. Я знаю Тимуса. Это какой-то обман!» — шипел в подсознании Войд.

«Ты сам назвал себя самой отбитой сволочью из вашего коллектива, но мы и с тобой нашли общий язык. Что мне мешает сделать это с Тимусом?»

«Я жить хотел! У меня выбора не было! Попробуй-ка поживи несколько перерождений паразитом. Потом обсудим проблему выбора и договороспособности!» — беззлобно огрызнулся мой астральный советчик.

Я не видел преград для перемирия с новой сущностью русского иерарха, но всё же предпочёл уточнить некоторые детали во избежание неприятных сюрпризом:

— Перемирие возможно только в зависимости от того, какие цели ты планируешь преследовать в дальнейшем. — начал я излагать свои резоны. — А то сейчас мы с тобой поручкаемся, а ты и дальше, как твой предшественник, начнёшь вырезать сильные магические роды в империи. А мне это нахер не надо. У нас, кроме местечковых войнушек с вашими братьями из Тосканы и Австро-Венгрии, есть проблемы побольше и враг пожирнее.

— Ты сейчас Пустоши имеешь в виду? — тут же смекнул перерожденец в теле русского иерарха ордена.

— Их родимых, — подтвердил я. — Не поверю, что иерархи Ордена не в курсе, что где-то в пустошах засела тварь, которая раз в надцать тысяч лет устраивает этому мирку конец света, натравливая своих тварей на всё живое. Она словно зачищает лабораторию с экземплярами неудавшихся экспериментов, а после вновь начинает творение. Кто-то вроде вас в прошлой жизни, — не смог удержаться я от подколки.

— А вот это ты зря! — впервые за время разговора Тимус перестал улыбаться. Взгляд его был серьёзен. Зацепил я его, похоже, за больное. — Мы, чтобы о нас ни думали, людей оберегали. И терраформированием занимались, и гряду горную вырастили на границе пустыни, чтобы прикрыть земли от тварей, оттуда прущих. И легионы свои, собственно, создали как раз для того, чтобы от прорывов и тварей защищать. Были у нас контры с вашими, но и то мы с вами пакт заключили для того, чтобы совместно против тварей воевать и людей защищать. Так что мы ещё теми, конечно, тварями были и грань дозволенного не просто заступали, а танцевали на ней, однако людей при этом мы берегли.

Серьёзность была лишь кратковременным всплеском. Спустя четверть минуты Тимус вновь улыбался и говорил уже совершенно иным тоном:

— Ты сам сказал, конец света наступает раз в надцать тысяч лет, так что мы с тобой пожить и подохнуть сто раз успеем. Чего бояться? Вот высунет нос из пустошей — тогда и будем разбираться с проблемой.

«Мля, — огрызнулся в моём „Ничто“ Войд. — В этом весь Тимус. Пока проблема не приобретёт всеобъемлющие масштабы, он и не подумает её в зародыше решить».

— Проблема в том, что эта тварь у нашего порога окажется максимум лет через пятнадцать. Мне тут кое-кто показал видение грядущего.

— Вот же, — хмыкнул Тимус. — Да что ж она тебя так любит, что даже после смерти подсказки подкидывает? Если бы не знал, что ты от Райаны, решил бы, что тебя ваша Мать Великая Кровь сама родила. Хотя по сравнению с остальными, которые её предали, тебя хоть было за что любить. Ладно, сантименты в сторону. Какими силами эта тварь обладает?

Меня поражало, как иерарха мотало в диалоге от одной темы к другой, будто он изо всех сил старался казаться серьёзным, но его распирало от…

«Жизни, — закончил за меня мою мысль Войд. — Его распирает от ощущения полноты жизни. Это хуже любой алхимии. После нескольких перерождений, прожитых паразитом, вновь ощущать себя человеком — бесценно! Зная Тимуса, он обязательно уйдёт в загул по бабам».

Ведение одновременного диалога сразу с двумя собеседниками параллельно меня несколько напрягало. Это ещё хорошо, что демоны нынче не гнездились в моём подсознании. Вот тогда точно, хоть вешайся!

Не дождавшись от меня ответа, Тимус принялся рассуждать логически:

— В теории магией Рассвета тварь можно приголубить, и расп… распетушит её по всем лесам окрестным, только кишки с елей свисать будут.

Пришлось спускать вероятного союзника с небес на землю.

— Если бы! Тосканцы ваши, потасканцы, похоже, в союз с этой дрянью вступили, так что она каким-то образом себе иммунитет от магии орденов получила.

— Не беда. Тогда нужно просто превысить критическую норму металла, которую может выдержать эта тварь в своём организме. И дело с концом.

Не знаю почему, но Тимус мне импонировал своим взглядом на жизнь. Неунывающий, спокойный, явно лишённый каких-либо пораженческих настроений, как и способности обдумывать что-либо дольше, чем несколько секунд.

— Да уж пытались её тут грохнуть. Что только с ней не делали, хрен угробишь эту тварь.

Тимус свесил ноги в пропасть, сидя на каменном выступе, и по-детски болтал ими.

— Брось, Трай, уж тебе ли не знать: убивают всех. И богов, и смертных, и Высших, и Творцов и даже Первородных. Главное — знать как. А вот по части «как» Альба бы нам сюда. Вот уж до чего изворотливая, но умная тварь была. Ангелок Ирликийский порой такое в мозгах вытворял, что грани нормальности и возможности стирались напрочь. Этот бы придумал, как нашего врага угробить и алхимическими ингредиентами по итогу разжиться, — расхохотался иерарх счастливо.

Кажется, где-то глубоко внутри Альбу было приятно слышать такую характеристику от друга.

— Возвращаясь к началу нашего разговора: если русское крыло ордена и дальше продолжит выкашивать русских магов, то мириться мы с тобой не будем, — подвёл я черту нашей беседе. — У меня здесь каждый боевой маг на счету для того, чтобы с этой тварью бороться в будущем.

— Десять-пятнадцать лет, говоришь? В целом времени хватит, — с бесшабашной улыбкой продолжил вещать Тимус.

— На что?

— На то, чтобы создать полноценный русский легион Ордена Святой Длани. Или два, как пойдёт. Оно ведь как: если докормлю наших послушников до нужного уровня, то и боевые конструкты совсем другого уровня сможем использовать.