Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 34

— А ваше творчество не рассыпится в самый неподходящий момент? Это же напрямую от вашего резерва запитка будет, — осторожно уточнил Алексей.

— Поэтому и не времянку делать будем, а основательно и за несколько подходов. Далеко не всё восстановим — это факт, потому что резерв будут жрать такие овеществления как не в себя. Мы надеемся какой-нибудь флигель или крыло усадьбы привести в адекватное состояние, остальное в леса оденем и скажем, что реконструкция в разгаре, не судите строго. Вроде бы и не соврали, и в грязь лицом Машу не мокнут. Логично, что усадьба давно требовала ремонта.

Алексей даже посветлел лицом от такого предложения. Видимо, его ситуация с родовым гнездом невесты угнетала не меньше, чем саму Марию.

— Невесте пока не говори, ибо за результат не ручаюсь. Это не живых существ создавать, всё-таки нематериальные объекты. С одной стороны, легче должно быть. А с другой — боги его знают, как источник расходоваться будет. Я, конечно, с собой алхимии наберу, но сам понимаешь.

— Так, может, тебе охрану какую организовать? — предложил Алексей. — Да и я бы принял участие в подготовке такого свадебного подарка. Всяко это полезней, чем слушать женщин, выбирать салфетки, скатерти и вензеля.

— Отговаривать не буду, — улыбнулся я. — Но, как сам понимаешь, отсутствие женщин я тебе не обещаю.

— Неважно. Я тут, кстати, кое-какую информацию собрал о тесте Ловатина, Заречине Петре Дмитриевиче. Оказывается, он у нас напрямую с орденом связан. Ярый послушник, не пропускает ни одной литургии. Является одним из трёх крупнейших ростовщиков, через которых орден проводит свои финансовые махинации. И любопытная деталь: дочерей у него дюжина, и супруга рожать не перестаёт. То есть афера, провернутая с Ловатиным, не единичный случай: подсылается дочь, которая охмурит, окрутит и склонит к нужной линии поведения. Шесть дочерей уже пристроил.

— А чего удивляться? С аристократов берут пример, те точно так же вопросы решают. Ты вообще был в поместье у Марии?

— Был, — как-то нерадостно откликнулся Алексей, но руки от висков убрал. Уж не знаю, то ли успокоившись мужской компанией, то ли правда народные средства в виде лаванды подействовали, уняв головную боль.

— И как там?

— Плачевно и запущено. Внутри когда-то было красиво и уютно, мне Маша альбом показывала с дагерротипами и рисунками её матери. Сейчас же, без хозяйского руки дом почти два десятка лет простоял. Сам как думаешь?

Я думал, что если бы строили из камня, то сохранилась бы усадьба лучше, но с камнем вокруг столицы была напряжёнка, в отличие от леса. Этого добра росло навалом, хоть город себе построй, никому и дела бы не было. Поэтому в какой-то мере я выбор Берсеньевых понимал.

— У тебя допуск туда есть? — перевёл я разговор на другую немаловажную тему. — Там же наверняка какие-то охранные системы остались. Не могло не быть. Пусть Берсеньевы небогатый дворянский род, но что-то должно было стоять.

— Есть, как не быть, — кивнул Алексей. — Но тоже не сказать, чтобы качественные, вроде наших. Всё-таки под крылом у императорского семейства они находились, на них бы никто не посмел зубы оскалить. Но допуск Маша мне сделала, как только узнала, что мы половину долгов её закрыли. Закладные она видела, потому вопросов не возникло.

— И что, не пыталась закладные получить каким-то образом до свадьбы? — уточнил я на всякий случай.

Мария мне нравилась как человек, но я всегда держал в уме, что люди часто носят маски, демонстрируя окружающим тщательно выверенные роли. В жизни могло случиться всякое, в том числе и то что, получив закладные на руки, Мария могла бы и взбрыкнуть, сменив роль с закредитованной бесприданницы на перспективную невесту с более богатым выбором кандидатов на свою руку и сердце. А Алексей-то в ней уже души не чаял.

— Нет, конечно! — даже не заметил моего пассажа интуит. — Она рассмеялась и вернула закладные, сказав, что у меня они будут в большей сохранности, чем у неё в комнате преподавательского общежития.

— Удачно всё складывается. Значит, точно пойдёшь с нами, проход в усадьбу организуешь, чтобы мы могли работать как внутри, так и снаружи.

— Без проблем.

Я бы, конечно, и сам смог организовать проход внутрь, но всё же лучше, чтобы усадьба воспринимала нас как своих, а не как захватчиков. А то мало ли какие протоколы сработают в императорском дворце. Вдруг нам гвардейцы Пожарских на головы свалятся, мало не покажется.

— И да, если получится, к ночи прихвати альбомы с дагерротипами и рисунками усадьбы. Или узнай, где он лежит в тереме. Нам бы неплохо видеть, как там всё выглядело в нормальном виде.

Получив заверения от Алексея, что он всё добудет, я отправился отлавливать в предсвадебной кутерьме Эсрай и Инари.

Те нашлись в Жёлтой гостиной. Невеста и иллюзионистка вдвоём успокаивали ревущую навзрыд Марию Берсеньеву. Я, признаться даже опешил от такого зрелища, не зная, стоит вмешиваться или ну его.

Но моё появление не осталось незамеченным. Эсрай, увидев меня, быстро налила стакан воды и передала плачущей невесте. Пока Мария успокаивалась при поддержке Инари, Эсрай ускользнула ко мне:

— И что тебя сподвигло нырнуть в эпицентр предсвадебного урагана? — уточнила альбионка, осторожно выводя меня из гостиной под руку.

— Острая нужда в помощи одной прекрасной богини…

Эсрай принюхалась и с удивлением отметила:

— От тебя вновь пахнет кровью и смертью. Когда ты только успеваешь?

— Я талантливый, — мило улыбнулся я невесте и чмокнул её в сморщенный носик. — В ближайшие три-четыре ночи мне нужна будет помощь твоя и Инари. Нам предстоит трудовой десант по восстановлению особняка Берсеньевых, дабы тот достойно выглядел во время свадебного обряда. Скорее всего, мы с Инари будем восстанавливать разрушенные конструкции. А вот за восстановление украшений в соответствии с дагерротипами и воспоминаниями Берсеньевой будешь отвечать ты.

— Не завидую я азиатке, — криво ухмыльнулась Эсрай. — У тебя хоть я буду для восстановления сил, а у неё такой возможности нет.

Мелькнула мысль, что нужно попросить Леонтьева молиться и благодарить нашу кицунэ почаще. Хоть какая-то будет помощь.

— А почему Мария ударилась в слёзы? Что-то серьёзное? — перевёл я тему.

— Мы ей вариант платья показали на ней с помощью иллюзий, а она в слёзы. Показала дагерротип матери в свадебном платье. Один в один вышло. Вот и разревелась, что родителей не будет.

— Мне тоже стоит готовиться к чему-то подобному? — осторожно уточнил я, прощупывая почву психологического состояния невесты в отношении её родителей и внимательно отслеживая её реакцию.

Та пожала плечами горько улыбнулась.

— Я очень злилась на родителей до того, как ты мне пояснил ситуацию с закрытостью нашего мира. Я-то их тысячелетиями винила в предательстве, а вышло, что им сюда хода нет. Это, конечно, не отменяет их вины в использовании меня для расплаты по долгам, но хотя бы отсутствие визитов к пленённой дочери стало объяснимо. Так что рыдать по ним не стану. Для меня они так же недоступны, как и для Марии.

— Умница!

Я ещё раз хотел чмокнуть невесту в нос, но вместо этого она подставила губы. После затянувшегося сладкого поцелуя, она промурлыкала:

— Жду не дождусь утра, когда тебе нужно будет пополнять резерв после архитектурно-иллюзорных подвигов.

Отпрянув от меня, она уже двинулась обратно в гостиную, но я вдогонку добавил:

— Сообщи Инари, будь добра, и ни слова Марии. В результате я пока не уверен. Если получится, то будет приятный сюрприз.

Получив уверенный кивок, я отправился на подземный этаж в бабушкины лаборатории. У меня оставался необсуждённым ещё один вопрос. Перед возвращением из Индии я отпустил демонов на свободу из собственного «Ничто». Тела у них свои имелись, потому находиться вне моего контроля длительное время они могли вполне спокойно. И если я даже понятия не имел, где и чем занимались Кродхан и Маляван, то уж где искать Кхимару, сомнений не было. Тот совместно с бабушкой, а иногда и без неё пропадал в лаборатории.