Жрец Хаоса. Книга ХIV (СИ) - Борзых М. - Страница 31

— Таким образом, сейчас мы упёрлись в нехватку рения и астролита. Того астролита, который ты нам предоставил в качестве подарка на становление главой рода, хватило на четыре протеза рук и должно хватить ещё на четыре. Пока предполагаем, что на протезы ног придётся тратить несколько больше, чем на руки. Но сам факт того, что мы смогли это сделать, меня непомерно радует. Кроме того, уменьшение доли астролита в готовом изделии уменьшает вероятность того, что наших ветеранов, прошедших процедуру восстановления конечностей, будут где-нибудь резать и потрошить на предмет добычи из них астролита. Массовая доля использованного рения превышает астролит едва ли не в десятки раз, а потому в общем объёме изделия звёздный металл практически незаметен. Лишь архимаг земли, специализирующийся конкретно на металлах, сможет определить наличие астролита в изделии.

Принц о чём-то раздумывал несколько минут, чуть щурясь, и, кажется, прикидывал в голове перспективы и выгоды от подобного изобретения. А после махнул рукой и светло улыбнулся:

— Всё получите в полном объёме и по первому требованию. Работать будете по имперскому заказу. У нас количество магов-инвалидов, которых можно поставить в строй, зашкаливает. С них и начнёте. Я объявлю на коронации, что под эгидой империи князья Угаровы на базе лазарета Пресветлого Пантелеймона займутся восстановлением кондиций ветеранов, потерявших конечности на службе. Империя полностью возьмёт на себя затраты в этом направлении. При этом я не собираюсь отнимать у вас патенты и прибыль. И если кто-то из наших аристократов обратится к вам за помощью, препятствовать не стану.

— А иностранцы? — спросил я.

— Надо прикинуть, сколько у нас иностранных магов со специализацией по металлам. Если никто не сможет определить состав используемого металла, то и боги с ними. Дерите с них три шкуры! Не обеднеют. А дальше посмотрим. Сколько изделий в месяц сможете изготавливать?

Я, признаться, даже опешил от скорости принятия решений принцем:

— Пока не могу сказать. Нужно уточнить у нашей проектной группы. И думаю, обсуждать выход на проектные мощности мы сможем, лишь когда разработаем ещё и действующий прототип нижних конечностей. До того объявлять о программе лечения на коронации будет преждевременно.

— Может ты и прав, сперва архивы поднимем и ревизию всех ветеранов и калек-магов в приоритетных для империи отраслях проведём, чтобы сразу понимать, какой объём работы вам предстоит, — внёс разумное предложение принц.

— Да и богадельни ордена тоже не мешало бы проверить, — внёс я собственное конструктивное дополнение.

— Проверим, не волнуйся. Это уже моя забота. Нужно же мне понимать, на сколько растянется возвращение в строй нужных нам людей. Это же резерв с боевым опытом. Им грешно пренебрегать. Кстати, о богадельнях… Я, кажется, догадываюсь, кто стал вашим первым пациентом. Адъютант княгини?

Я кивнул, но всё же решил внести ясность:

— Олег Ольгердович — сводный брат княгини, недавно был официально признан и введён в род.

— У него какой ранг?

— В бытность военных действий был семёркой. После содержания в богадельнях ордена, увы, просел ниже границы пятёрки. Но сейчас он под пристальным наблюдением: есть вероятность, что при восстановлении конечностей система энергоканалов восстановится полностью и начнёт заново прокачивать ману по организму и, возможно, заодно и подлечит его. Не факт, что та же семёрка будет, но до уровня магистра есть шанс дотянуться.

Принц покачал головой.

— Рад, что хоть отчасти причастен к его восстановлению. Исключительной верности человек.

— Поверь, мы до сих пор с княгиней под впечатлением, что среди кип отчетных документов ты заметил и запомнил один единственный факт, который вернул нам родную кровь.

— Зато он стал лучшим мотиватором для создания прототипа протеза, который теперь послужит целой империи. Иногда один малозначительный факт сдвигает с места вал событий. Эффект бабочки в действии, — улыбнулся принц.

Тем временем в дверь постучали. Получив разрешение войти, дворцовые слуги закатили столик на колёсиках со всевозможными закусками и питьём для того, чтобы мы с принцем могли утолить голод. Буквально за несколько минут нам сервировали стол, и слуги удалились. Ещё минут десять понадобилось двум молодым здоровым лбам, чтобы снести всё, что было на столе, а после откинуться на спинки кресел с блаженным выражением лиц.

— Всё, теперь я в благостном настроении и могу послушать легендарно-мифические новости, которые я уже предчувствую, что попахивают вселенским звездецом, — сообщил принц, со смехом поглядывая на меня.

Что ж, раз уж решился играть в открытую, я продемонстрировал принцу иллюзию испытания хаоса, через которое мне пришлось пройти, причём от первого лица. В процессе просмотра на лице у Андрея Алексеевича сменилось множество эмоций: от удивления при виде себя в стельку пьяным до полной ошарашенности и недоверия при виде нашей совместной работы с орденом. А уж когда я с Тамас Ашрам договорился, чтобы спасти хотя бы кого-то, принц невольно нахмурился. Единственный раз, когда на его лице скользнула улыбка, — это при виде принцев и принцесс медноволосых, которых фрау Листен успешно сопроводила в Тамас Ашрам.

Закончилась иллюзия гибелью столицы. Показывать принцу, что при этом Тадж остался жив, я не стал. Такой финал демотивировал и деморализировал. Так хотя бы у принца оставалась надежда.

— Те твари, которых мы видели в пустыне, и это войско — у них один и тот же создатель? Та склизкая туша, приползшая под стены столицы? — спросил принц.

Я кивнул.

— Так, может, нужно собрать всю мировую рать и попытаться убить его, пока он не набрал силу?

— Если бы всё было так просто, — пришлось признать мне. — Дело в том, что те самые могильники, которые строила империя вдоль пустошей, как раз-таки и оберегали нас от твари и её войск. И подозреваю, что сейчас могильники рушат орденцы, один за одним, пытаясь открыть дорогу для этих тварей.

— Но как же так? Они же снесут всех и вся. Орден ведь тоже исчезнет. Хотя… Наши орденцы ведь примкнули к нам, — рассуждал принц, пытаясь сопоставить факты из моего видения с реально существующими предпосылками. При этом у него мозг натурально кипел от обилия новой информации, а температура в кабинете медленно поползла в верх.

— Так наши, скорее всего, не в курсе были. Есть у меня подозрение, что они в нынешней системе ордена находятся где-то на задворках по неизвестным мне причинам, — высказал я свои догадки. — Не просто так ведь австро-венгры пришли их кошмарить. А сами орденцы вполне могут быть обмануты. Если им пообещали, что устроят хаос во всех империях, тем самым открыв дорогу к власти, сменив магически одарённых аристократов на братьев ордена, то вполне понятно, почему они так активно взялись гадить и в Европе, и у нас.

— Я не понимаю, что тогда нам делать? — спросил принц, заметив, как по его венам прокатилась волна огня. Сделав несколько глубоких вдохов, Андрей Алексеевич подавил силу и даже встал и приоткрыл окно, чтобы впустить свежий воздух и понизить температуру в кабинете. — Судя по возрасту детей, у нас лет десять-пятнадцать в запасе, в лучшем случае.

— В лучшем, — согласился я. — Я предполагаю, что копить силы, пытаться завести союзы с кем-либо из соседей для того, чтобы обороняться единым фронтом. По одиночке нас всех точно передавят, как слепых котят.

Принц сверлил меня задумчивым взглядом:

— Слепыми мы были в твоём видении. Сейчас пришлось прозреть резко, — принц отошёл от окна к карте мира на стене и принялся её разглядывать. — За десять лет можно постараться сколотить крепкую коалицию хотя бы с несколькими странами. Как минимум, мы можем договориться с Орциусами на фоне мести итальянцам, голландцев подтянуть через Зислангов, а через тебя и твоего отца навести мосты с конфедерацией индийских княжеств во главе с Раджпутаном. Ещё бы тебя императором Скандинавии сделать — и очень даже неплохой бы союз получился, — абсолютно спокойно продолжил размышлять вслух принц, водя пальцем по карте. — Слушай, а ведь на других континентах тоже свои пустоши есть. Как думаешь, они там откуда? Или у них свои злодеи имеются?