Весна возмездия (ЛП) - Грубер Андреас - Страница 76

— Ты видела Касема? — шепнул Фло на выходе.

Эвелин кивнула.

— Не сказала бы, что вид у него был довольный.

В коридоре журналисты и посетители сбились в небольшие группки и оживлённо переговаривались. Насколько Эвелин могла расслышать, каждый излагал собственную версию случившегося.

Фло глянул на телефон.

— Кстати, Килиан только что прислал ссылку на приложение для своего прямого подкаста из бюро.

Эвелин с облегчением выдохнула.

— Значит, он не догадывается, что мы его подозреваем.

— Похоже, что нет, — пробормотал Фло. — Только бы Касем после этой нашей спасательной операции в зале снова не уцепился за Килиана как за убийцу дочери. Сейчас тот для него — лёгкая добыча.

— О боже, — вырвалось у Эвелин.

Внутренности снова свело, к горлу подступил мерзкий привкус. Чёрт возьми. И почему всё должно быть так сложно? Её, кажется, вот-вот вырвет прямо здесь, не сходя с места. По крайней мере, теперь она знала точно: это никакое не пищевое отравление.

Фло положил ей руку на плечо.

— Всё в порядке?

— Да, просто мутит. Мне нужно в туалет.

— Нам и так пора отсюда уходить, пока репортёры нас не заметили и не вытащили под камеры, — добавил Пуласки.

— Вы правы. — Пока что никто из журналистов их не приметил. Эвелин кивнула в сторону выхода: — Встретимся через пять минут у кафетерия.

И, не дожидаясь ответа, направилась к туалету.

Когда несколько минут спустя она прошла через турникет в вестибюль, Фло и Пуласки уже нетерпеливо поджидали её у кафетерия.

— Касем больше не показывался? — спросила она.

Оба покачали головами. Фло встревоженно вгляделся в её лицо.

— Я в порядке, — солгала она.

— Хорошо. — Фло кивнул, хотя, судя по всему, не очень-то ей поверил. — Мы с Пуласки едем в бюро, — сказал он. — Ещё раз просмотрим бумаги по пожару и возьмём в оборот Коринну Вагнер.

— Может, заодно отыщем и сообщника Килиана из стейк-хауса, — прибавил Пуласки. — Тогда завтра утром в участке я сразу передам полиции все собранные доказательства.

— Хорошо. — Эвелин промокнула лоб. — Мне сейчас к судье.

— Насколько серьёзный нагоняй вас ждёт?

Эвелин отмахнулась:

— Не серьёзнее обычного.

Фло поцеловал её, и она проводила обоих взглядом — как они направились к выходу и растворились на лестнице в пелене дождя.

Эвелин подумала о тесте на беременность. Когда ты скажешь Фло? И… как он это примет?

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 62

Фло отпер дверь конторы Эвелин и вошёл. Пуласки шагнул следом, как раз закончив разговор с Драйер, и убрал телефон в карман.

— Ну, что она говорит? — спросил Фло.

Пуласки повесил куртку на крючок в прихожей.

— Обещала прислать полицейский отчёт о пожаре в театре.

Фло щёлкнул выключателем кофемашины на кухне.

— И когда же?

— Судя по голосу, в её списке дел это далеко не первый пункт, — признался Пуласки.

Чашка кофе сейчас была бы как нельзя кстати. Он достал из шкафа две большие кружки.

— У вас не было ощущения, что за нами следили? Утром — и сейчас тоже.

— Серьёзно? — Фло посмотрел на него с недоверием. — Вам всё ещё кажется, что за вами наблюдают?

Пуласки кивнул. Может, в нём и впрямь говорит паранойя, но это ощущение засело где-то глубоко, под кожей.

Фло покачал головой.

— Нет, ничего такого не заметил. Правда, я к подобным вещам не особо чуток.

Пока кофемашина шипела и булькала, Фло прошёл в переговорную и включил ноутбук.

— Не хочу сидеть сложа руки и ждать вестей от Драйер, — бросил он через плечо.

Пуласки стоял у кофемашины и наблюдал, как Фло выводит изображение на стену.

— И что вы предлагаете?

— У меня есть доступ к газетному архиву Национальной библиотеки.

— Взломали?

— За кого вы меня принимаете? Всё совершенно официально — по членскому абонементу.

Пуласки внёс в переговорную поднос с кофейником и кружками.

— Тогда поищите-ка ещё раз про пожар четырёхлетней давности. Может, что-то от нас ускользнуло.

— Уже ищу.

Спустя четверть часа Фло открыл pdf-файлы крупнейших газет, писавших о пожаре девятого мая. Помимо них нашёлся и большой репортаж в еженедельнике «Профиль».

Они прочли всё подряд, хотя по большей части одно и то же повторялось из публикации в публикацию. Актёры, повара, официанты и почти все гости погибли в ту ночь.

— Везде упоминаются только пятеро уцелевших, — подытожил Фло.

— Но со слов полковника Крона мы знаем, что его внучка говорила в общей сложности о десяти, успевших выбраться, — добавил Пуласки. — И в одном из газетных интервью это подтверждает очевидец. Значит, их и впрямь было десять.

Он вспомнил листок с именами, набросанный накануне, и задумчиво провёл рукой по щетине.

— Только вот ни одного твёрдого доказательства того, что Коринна Вагнер в ту ночь действительно оказалась среди этой десятки, у нас нет…

— А ведь верно! — Фло вскинул глаза. — Всё это время мы принимали это как данность — лишь потому, что она дочь Оскара Вагнера.

— А ведь наверняка мы ничего не знаем!

Пуласки, поддавшись наитию, схватил телефон и набрал сохранённый номер.

— Вы что, прямо сейчас будете ей звонить?

Пуласки кивнул.

— Хочу побольше выяснить о ночи пожара. К тому же мы почти уверены, что она знакома с Килианом. И мне не даёт покоя, кто играл роль профессора Нимайера в «Стейкхаусе»…

Он осёкся и поднял руку.

— Да, алло? — заговорил он подчёркнуто приветливо. — Это Вальтер Пуласки, ваш покупатель из книжного. Мы с вами недавно беседовали.

Он переключил на громкую связь и положил телефон на стол, чтобы Фло слышал разговор.

— Здравствуйте, господин Пуласки, — отозвался жизнерадостный голос Коринны.

Посмотрим, надолго ли тебя хватит, — подумал Пуласки.

— Не отвлекаю?

— Что вы, нет. Уже дочитали Станислава Лема?

— Если честно, толком и не приступал. Последние дни были непростые.

— Значит, видео, которое я переслала вашему коллеге, всё-таки пригодилось?

— Да. Уберегло одного человека от обвинительного приговора.

— Ах, как славно.

Прелестно. Просто прелестно. Пуласки откашлялся.

— Я тут случайно узнал, что ваш отец — тот самый известный театральный антрепренёр Оскар Вагнер, — наконец выпустил он кота из мешка.

На том конце повисло молчание.

Пуласки покосился на Фло, и тот выжидающе приподнял брови.

— Я слышал, он покончил с собой. Мне очень жаль. Примите мои искренние соболезнования.

Молчание не прервалось.

— Да, это случилось уже несколько лет назад, — наконец произнесла Коринна сдержанным тоном.

— Та ночь, когда сгорел театр вашего отца, должно быть, была кошмарной, — добавил Пуласки.

— И с чего вы вдруг об этом заговорили?

Она вела свою роль безупречно — ни тени смятения в голосе.

— Столько погибших, театр выжжен дотла… Для вас это, наверное, обернулось тяжёлой травмой.

— Так вы для того и позвонили — бередить старые раны?

— Нет, я лишь хотел сказать, что мне безмерно жаль. И я восхищаюсь тем, что, несмотря на такие удары судьбы, вы остались таким светлым и жизнерадостным человеком.

Она тихо кашлянула.

— В ту ночь меня в Вене вообще не было. Я узнала о пожаре по радио. Тогда я училась театральному искусству в Брегенце.

Пуласки скользнул взглядом по Фло. Стало быть, она вовсе не та десятая выжившая, — словно сказали его округлившиеся глаза.

— Вам повезло, иначе и вы могли бы оказаться среди жертв, — пробормотал он.

— А может, я сумела бы предотвратить катастрофу — и пожара бы не случилось вовсе, — парировала она. — Этого мы, видимо, уже никогда не узнаем.