Мастер Рун. Книга 13 (СИ) - Сластин Артем - Страница 45

Да, его слова были жестковатыми и неприятными, но самое главное, что они были той самой правдой, от которой некуда было деваться. Я мог заменить любого, но не мог заменить себя. И тем не менее быть зажатым в одном месте и не чувствовать себя по-настоящему свободным мне все-таки не хотелось, поэтому прекрасно осознавал все риски, на которые шел, и также знал, что иногда необходимо развеяться. Я достаточно сильный практик, против которого очень сложно будет выступить практически любому врагу моего уровня. И на многие проблемы у меня есть определенные заготовки и, конечно же, руны. Без рун никуда.

В этом Клык всё-таки отличался от других моих соратников из внутреннего круга, потому что был единственным человеком в секте, который мог сказать мне в лицо всё, что думает, без какого-либо страха и расчёта. И совсем не потому, что я тиран и деспот, который запрещает иметь людям собственное мнение. Нет, как раз наоборот. Просто обычную любое из них я мог перебить и достаточно логично доказать обратное, в то время как аргументы Клыка порой были более неоспоримы, чем мои любые контрдоводы.

— Ты прав, — ответил я ему спокойно. — Я думаю об этом каждый день. Но если я буду сидеть в мастерской безвылазно, то очень скоро сойду с ума. Поверь мне, я не настолько стабилен и серьезен, как кто-то мог бы подумать. Мне тоже нужно иногда почувствовать жизнь вокруг себя по-другому и посмотреть на мир другими глазами.

Я вытащил крылья, проверил их крепёж и стукнул себя в нагрудник. Сам доспех, сделанный ещё с мастером Цао, пережил со мной достаточно много приключений и местами потерял блеск, обзаведясь серьезными такими вмятинами и царапинами, которые я не удосужился еще выправить. Зато внутренние контуры на нём работали безупречно, усиленные мной.

По-хорошему, доспех нужно было переделать полностью, заменить рунные связки, создать дополнительные усилители и превратить его в по-настоящему серьезный артефакт. Но пока я оставлял его как дань своим неуклюжим попыткам быть мастером рун, который слишком мало чего понимал на самом деле. Сейчас, имея перед собой Сердце, я прекрасно осознавал, что все это, что было раньше, это была песочница, из которой только сейчас я практически и вылез и мог создавать что-то серьезное с помощью все тех же самых рун.

Затем еще на всякий случай перепроверил накопители в пространственной сумке, болтающейся на боку. Их у меня там было четыре десятка — достаточно большой запас, на котором я мог пролететь как минимум двадцать тысяч километров, вообще не спускаясь вниз. От того места, которое мне показывали люди возле Костяного хребта, было всего лишь километров триста к западу от Грауштайна, так что запас у меня с собой был более чем достаточный на все случаи жизни.

— В общем, ждите, — сказал я и встал посреди площадки.

Слухи о том, что я собираюсь взлететь, разлетелись по площади достаточно давно, и поэтому работы вокруг меня практически прекратились. Рабочие оставили инструменты и пришли поглазеть на то, что будет происходить. Мне оставалось только оттолкнуться от земли, чтобы крылья меня подхватили, и несколькими взмахами набрать высоту метров тридцать, где я наконец-то почувствовал себя в норме. Я заложил широкий круг над крепостью, набирая высоту и рассматривая стройку. Сверху она смотрелась совершенно иначе, чем с земли и выглядела совсем невнушительно. Но ничего, пройдет еще полгодика, и на этом месте будет возвышаться одна из самых мощных крепостей из тех, которые я видел. А изюминкой будет то, что это я её сам и построил, практически.

Совершил разворот на запад, и лег на курс. Проклятые пределы с высоты выглядели так же, как и должна была бы выглядеть земля, про которую забыли все возможные боги и тем более люди. Бурая равнина тянулась до горизонта, покрытая жесткой низкой травой, которая местами сменялась проплешинами с камнями и редкими кустами и деревцами, которые росли в распадках возле небольших озер и ручьев, которых на самом деле здесь было достаточно много.

Причина, как всегда, была банальна, этерные бури не оставляли серьезного шанса на процветание и бурный рост.

В Грауштайн залетать не стал, пролетел тенью над ним, поднявшись на две сотни метров, стараясь не пугать местных обывателей. Что показалось мне забавным, так это то, что от городка не отходило ни одной дороги. Между всеми поселениями местных земель фактически лежала пустота, где не было ни ферм, ни застав, ни каких-нибудь небольших поселений. Люди жили островками, отдаленными друг от друга десятками километров ничейной пустой земли. И каждый такой островок существовал сам по себе, как некий отдельный мир, почти не связанный с соседями. Только лишь караваны, о которых говорил Хельт, и были единственной нитью, и те подтягивались сюда фактически один раз в год, не успевая натоптать тропу.

Наира уже отправила своих людей в соседние городки, и очень скоро они должны были вернуться и принести более свежую информацию о событиях, которые происходили рядом. Но, судя по тому, что я видел сверху, все везде было достаточно одинаково и монотонно, а оттого, соответственно, бедно и беспросветно запущено.

Мысль же о караванах и торговле потянула за собой другую, которая зрела у меня уже давно и оформилась во что-то конкретное. Все-таки была одна из основных проблем, которую я считал важной в дальнейшей возможной экспансии на территории пределов. У меня не было способа быстро перебрасывать людей на большие расстояния. То есть никакой кавалерии в привычном понимании у секты не существовало, а те звери, которых Дуб приручал с помощью клейма, хоть были выносливы и сильны, но скорость их передвижения по поверхности, если честно, оставляла желать лучшего.

Бронированная тварь, которой клеймил первой, могла бы снести здоровенную стену, но бежать быстрее пешего человека не могла из-за веса. Рогачи были чуть шустрее, но они тоже не годились для марш-бросков на сотни километров. Да и прирученных рогачей было всего лишь полтора десятка, они совершенно не котировались среди охотников как ездовые звери и боевые напарники, каждый хотел себе страшного огромного монстра.

Так что вариант оставался, по сути, один, нужно было строить свои левиафаны. У меня уже были заготовлены несколько набросков по созданию летающих лодок. Правда, размеры их особо не впечатляли и вмещали они человек двадцать-двадцать пять максимум, представляя из себя эдакие посудины, у которых была возможность выбрать направление движения, немного добавить возможность менять высоту где-то в пределах пять-десять метров, и на этом, собственно, всё. Максимально простое управление для того, чтобы людей можно было обучить так же быстро, и они были приучены к такому способу путешествия и перемещения по поверхности.

Ничего сложного в конструкции такой лодки я не видел. Это был, по сути, обычный рунный контур, который создает поле, отталкивающее корпус от поверхности. И чем больше площадь контура, тем больше этера подается, а соответственно, тем больше масса, которую можно поднять, это отличало лодку от крыльев, но принцип-то был практически один и тот же. Ну и управление через рулевые пластины с отдельными артефактами, связанными в общую сеть на носу и корме.

Основная проблема, естественно, была в расходе энергии, потому что лодка на двадцать человек с грузом будет весить очень и очень много. И даже если удастся оптимизировать все и снизить потери, то расходы все равно будут невероятно огромными. А это значит, что для хотя бы часового полета понадобится как минимум использовать два десятка полноценных бочонков. Сто тысяч единиц этера только для того, чтобы преодолеть расстояние шестьдесят или семьдесят километров. С ума сойти.

И это столько трат только в одну сторону, а еще бочонки выбрасывать нельзя, их нужно заряжать, потому что раскидываться такими вещами верх кощунства. А заряжать их на поверхности, это чрезвычайно сложное дело, несколько месяцев можно потратить только на их полноценную зарядку для того, чтобы вернуться назад. Соответственно, тащить надо с собой не два десятка бочонков, а как минимум сотню, что еще больше поднимало массу и, соответственно, увеличивало затраты. В общем, задачка была та еще.