Атомщик. 1939 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 14

— А вы стали угрожать?

— В смысле? Я тоже торговался. Как на рынке: вам говорят, килограмм мяса — пять рублей, а вы… Дам пятьдесят копеек. И кулак покрепче сжимаете.

— Да уж, торги. Это вас отец так учил договариваться? И это работает? — Попков как будто даже искренне заинтересовался. Впрочем, учитывая, что он даже не спросил про свою ночную смену, то точно искренне.

— Не всегда, — ответил я. — Только если дело достаточно важное, и вы готовы идти до конца, разменяв на победу хоть годовую премию, хоть авторитет, хоть свободу, хоть даже саму жизнь.

— И для вас это настолько важно?

— А я не шутил, когда говорил, что стране и городу нужна эта новая энергия…

Я не договорил, телефон снова зазвонил. Ровно через одиннадцать минут после того, как закончили прошлый разговор. Емцов учел, как его в первый раз вытянули через десять, и решил хоть немного, но уколоть в ответ.

— Антонов, — я кивнул Попкову и сам взял трубку. — Знал, что вы проявите сознательность.

— Просто нам повезло. Руда была готова, вагон тоже, отгрузку завершим завтра к утру, так что получите вы свой груз! — кажется, он на самом деле считал, что делает нам огромное одолжение.

— Торгуется, — тихо прошептал Попков, прислушиваясь к разговору со своего места. И посмотрел на меня: сошлись мы в цене или еще нет?

— Если груз уедет завтра, — вздохнул я, — То будем ждать два вагона. Если второй вагон не получится отправить в течение двух дней, то начинайте готовить еще один.

— Вы не понимаете⁈ — Емцов перешел на крик. — Я тут столько людей уже поднял! Половина Ферганы не спит из-за какой-то руды, а вы…

— А я сообщаю, что от вас нужно не половине города, хотя что-то мне подсказывает, что вы преувеличиваете, а всей стране. Наш проект уже скоро достигнет размахов и бюджетов ГОЭЛРО, и да, ваша руда будет нужна во все больших и больших масштабах. Если вы не сможете ее обеспечить, это сделает тот, кто придет вам на смену. Не сможет он, урановую руду, причем с содержанием нужных нам элементов в сотни раз выше, можно будет купить и за границей. Швейцария за золото вполне готова на сделку.

— Хватит, я не дурак, — голос с той стороны на этот раз звучал без злости, просто немного устало. — За возможность сэкономить золото, тут не только меня, тут всех сожрут. Нужны два вагона, будут вам два вагона. Уедут… Задержу одиннадцатичасовой поезд и отправлю до часу ночи.

— Благодарю за сотрудничество, — я, не дав организму выдать меня предательским вздохом, выждал еще пару секунд и только потом положил трубку. — Вот и все.

— Мне, наверно, нужно будет подготовить запрос на тот второй вагон, — Попков почесал лоб, — Вот не понимаю я вас, Антонов! Вроде бы самый обычный студент на вид, но так этого узбека на место поставил.

— Емцов не узбек. Город важный, нужен был человек с образованием.

— Да все они там узбеки.

— На самом деле нет, и в том числе поэтому ему было непросто договориться о нашем грузе. Это республиканский обком может попросить по-родственному, а Емцова и послать могут.

— Поэтому вы ему соврали про большой проект? Чтобы ему было что предложить всем, кто станет ему помогать?

— Во-первых, не соврал, я действительно буду стараться сделать так, чтобы наш проект вырос, и у него есть для этого все шансы. Энергия нужна по всему Союзу! А во-вторых, чтобы торг закончился на приятной ноте, нужно сделать тому, кто пошел на уступку, небольшой подарок. Тогда никто не будет обижен, в следующий раз вам будет проще договориться, и главное, вы оба будете знать, что можете друг другу помочь.

— Восточная мудрость.

— Возможно, — я все-таки вздохнул. Тело Антонова-младшего не привыкло к подобным нагрузкам и, кажется, подумывало о том, чтобы самостоятельно перейти в режим энергосбережения. — Петр Сергеевич, когда я говорил, что вы поработаете сегодня ночью, это тоже был не обман. А просьба. Мне на самом деле нужна ваша помощь, чтобы дать ход нашим запросам. Как можно быстрее и максимально официально, чтобы комар носа не подточил.

— Займусь, — Попков задумался, но в итоге кивнул.

А потом протянул мне ладонь для рукопожатия. В прошлые наши встречи он так не делал: кажется, вот теперь у меня вышло по-настоящему заинтересовать его своим проектом. Нашим! Я вышел из Мариинки, очень довольный этим результатом. Возможно даже улыбался. Теперь бы еще не вылезло никаких проблем вроде отсутствия чистого циркония, и все будет хорошо.

— Все остальное точно будет. Ага-ага… — шиза попробовала испортить мне настроение, но я не собирался обращать на нее внимание.

Прочищая голову, прогулялся до Невы, а там и трамвай в нужную сторону попался. Мелькнула мысль, не пропустить бы последний, но память Антонова-младшего подсказала, что в обеих столицах транспорт ходит с учетом рабочих смен до 2 часов ночи. А даже если и пропустишь, то даже после есть пара редких ночных маршрутов.

Правда, в процессе меня все-таки подкараулили другие жизненные неприятности 1939 года. Я помнил, что на Лесном рядом с остановкой есть как раз целая серия магазинов. Бакалея, Гастроном и даже Рыба-мясо, где я и планировал немного закупиться с учетом пропущенного питания в институте. Увы, сегодня они не работали, на дверях висели замки, а витрины зияли черными провалами выключенного света.

— А вы не знаете, что случилось? — попробовал уточнить я у проходящей мимо женщины.

— Здороваться надо! — она сначала поставила меня на место, но потом все-таки соизволила ответить. — Это на Кировский срочный заказ пришел от военных, вот на них всю электроэнергию и перекинули. Сегодня по всей улице, скорее всего, света не будет.

Я только покивал: проблема с электричеством стояла как бы не острее, чем я ее описывал в высоких кабинетах. Я мгновенно оценил это еще раз буквально через минуту. Только свернул с Лесного в сторону общежития, как стало понятно, что вчера с дальними отблесками света тут было еще светло. Сейчас же — темнота хоть глаз выколи. Впрочем, сами глаза уже скоро приспособились к этому сумраку, и я начал различать силуэты высаженных вдоль дорожек деревьев, дома… Как-то уж слишком уверенно и резко идущую в мою сторону тень.

Опять какой-то старый знакомый Антонова? К несчастью для него я сегодня слишком устал, чтобы снова бегать. Тень ускорилась и попробовала меня ударить. Невольно вспомнил Африку, где порой было столько свободного времени, что его хватало на всякие безумные развлечения вроде обучения армейскому рукопашному бою у нашей охраны. Тело Антонова оказалось не очень приспособлено к спорту, но уйти от смазанного удара смогло. Нападающий даже мимо пролетел: что ж, ему же хуже. Удар под колено, по ушам. Тело замерло, и я спокойно продолжил идти вперед.

— И что даже не посмотришь, что с человеком? — подала голос шиза.

— Что с ним будет от одного удара. Через пару минут встанет и пойдет дальше.

— А вдруг замерзнет? Февраль, холодно все же.

— Учитывая, как он одет, это не обычный бандит из подворотни. Так что напарник подберет.

— Ставишь на НКВД?

— Жданов же обещал, что я получу кого-то от них для сопровождения. Так вот почерк некоторых контор не меняется.

— Надавить, найти слабые места и прийти аки спаситель.

— Или не найти. Создать проблемы и прийти как единственный, кто может их решить. Так тоже бывает, зависит только от природного сволочизма.

Продолжая переругиваться с внутренним голосом, я дошел до общаги и уже хотел было сразу идти наверх. Кажется, в какофонии запахов, наполняющих стены этого чудесного заведения, я точно почувствовал и ароматы жареной картошки. Моя прелесть… Но сначала надо было проверить кое-что важное.

— Александр Петрович, доброго вечера, — поздоровался я с вахтером. — Может быть, подскажете, кто вчера ночью из моего блока бегал в котельную за углем.

— Думаешь, один раз поговорили, и буду тебе стучать? — хмыкнул старик.

— Стучат или не стучат на зоне, а вы вроде бы военный.