Атомщик. 1939 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 13

— Наглый? — тот усмехнулся.

— Если нужно, могу показать бумагу с полномочиями от обкома. Могу денег дать. Или расскажу историю — я ж из Технологического — про то, какие уже скоро в Союзе будут грузовики.

— А давай твою историю про будущее, — водитель залихватски улыбнулся, и у него на щеке проступил еле заметный шрам от близкого разрыва снаряда. У нас в Африке была официальная охрана, а было и неофициальное охранение, так вот там служили как раз похожие мужики. Повидавшие жизнь, смерть и жадные, как ни странно, как раз до интересных знакомств и таких же историй.

— Ну что ж, — я запрыгнул на второе сидение. — Тогда первая тайна грядущего десятилетия — уже скоро на руль и тормоза начнем ставить пневматику. Не как сейчас через систему тяг и тросов, а просто нажал на педаль, и даже усилие не нужно будет.

— Интересно рассказываешь, — водитель как раз начал поворачивать, и мышцы на правой руке напряглись, проступая даже сквозь гимнастерку.

— Это еще что. Кузов сделаем полностью из металла, подвеску усилим. Уже через десять лет можно будет возить не три тонны, а четыре. А как нормальные стали научимся делать в серьезных количествах, то сможем замахнуться на десять тонн, и даже на двадцать.

— И ты всем этим занимаешься? — водитель задумчиво покрутил ус.

— Сам нет. Моя задача — это энергия, чтобы у тех, кто занимается, работали станки, был свет, была сталь…

Слева показался Зимний, и через пару минут мы были уже на месте, и напоследок я решил немного похулиганить. Напомнил про пневматику в машине, благодаря которой сила для вождения будет не так уж и нужна, а потом рассказал про дамские автомобили. Маленькие, стильные, цветные… Мне показалось, что водитель чуть не перекрестился от такого, а потом еле слышно прошептал: может, не надо.

Однако, надо. Будет энергия, будет мир, и в Союзе будут не только такие машинки — все будет. И сейчас будущее зависит в том числе и от меня, от моих мозгов. Все ли учту, все ли дожму… Я прошел в Ленгорсовет, кивнув даже не удивившимся моему визиту секретарям, добрался до кабинета Попкова и без стука заглянул внутрь

— Антонов? — тот даже вздрогнул, увидев меня. — Разве теперь вашим делом не товарищ Жданов занимается?

Как мне и показалось, он уже решил, что сможет отсидеться в стороне? Зря, очень зря.

— Товарищ Жданов дал свое добро, — объяснил я. — А помогать мне решать дела на местах будет не он, а его представитель. Так что рассчитываю на вас, Петр Сергеевич.

Кажется, он попытался повторить то, что совсем недавно изображал подвозивший меня водитель ЗИСа. Как не по-коммунистически.

Глава 6

— Антонов, уходите! И не надо пугать меня партией! — Попков собрал в кулак необходимые для этого части тела, указал на дверь и даже по столу стукнул.

Как же сложно сделать что-нибудь новое даже не из-за новизны, а из-за людей, которым это не нужно. Впрочем, у меня так полжизни прошло. Будем лечить.

— Давайте для начала доведем до конца дело, которое все-таки вы и начали, — я подошел и пододвинул Попкову телефон. — Нужно позвонить в Узбекистан и убедиться, что они отправили наш груз. В случае задержки предупредите, что уже завтра мы будем ждать от них два вагона.

— Что? — председатель Ленгорсовета аж закашлялся. Кажется, ему еще не доводилось сталкиваться с подобными методами торга и сотрудничества.

— Просто позвоните. Если откажутся, потом передайте мне трубку.

— Ладно, черт с вами! — кажется, Попкову самому стало интересно, чем все это закончится.

Он набрал телефонистку, потом долго ждал, потом…

— Сергея Константиновича нет на месте, — бодро доложил кто-то с той стороны. — Он сегодня в полях работал, и до конца недели тоже там будет. Если у вас что-то срочное, вы скажите, как он вернется, я ему обязательно передам.

Попков только плечами пожал: мол, ничего не поделать.

— Передайте Сергею Константиновичу, — пришлось перехватить трубку, — что его ищет Ленинград. Либо он сам будет на месте через десять минут, либо нам придется решать вопрос через Усмана Юсуповича.

Не дожидаясь ответа, я повесил трубку и сел на стул для посетителей рядом с Попковым. Тот целую минуту тяжело сопел, но в итоге все-таки не выдержал.

— Вы не слишком много себе позволяете, Антонов? — он вроде бы спрашивал про мой разговор с Ферганой, но в то же время говорил и про себя. — И зачем вы упомянули первого секретаря ЦК Узбекистана?

Я мысленно поблагодарил Антонова-младшего за набор полезных фамилий, что он успел запомнить за время наблюдений за работой отца, и только потом ответил.

— Это восток, дело тонкое. Ленинград и даже Москва далеко, а вот свое начальство рядом. И больше всего это начальство не любит, когда кто-то вмешивается в его работу.

— Но вы же и вмешались.

— Я просто предупредил, что сделаю это. Причем на самом деле бы сделал: нам нужна урановая руда, так что выбора немного. Впрочем, что-то мне подсказывает, товарищ Емцов из Ферганы захочет доводить до этого даже меньше, чем мы.

— Но он же в полях, как он ответит за десять минут? Причем в январе его награждали орденом Ленина за успехи в сельском хозяйстве Узбекской ССР, так что вряд ли его помощник нам врал.

— Что ж, вы тогда будете верить в людей, а я буду верить в то, что на востоке своя атмосфера. Некоторые вот думают, что там, как у нас, можно увлечь людей своим примером, так вот это ошибка. Там верят не в результаты, а в иерархию и традиции, поэтому неважно, действительно ли добился Емцов своих успехов, приврал ли, в любом случае он будет на связи.

Телефон пронзительно зазвонил.

— Ну вот, — я кивнул Попкову на трубку. — Он не только нашелся сам, но и нашел нас. Прошу, Петр Сергеевич.

Попков поднял трубку словно ядовитую змею, и не зря. Яд с той стороны чувствовался, несмотря на тысячи километров расстояния и хрипы не самой совершенной телефонной связи. Примерно минуту Емцов выговаривался, что невместно дергать занятых людей, потом перешел к делу и сказал, что наши вагоны собирают и отправят как отправят. Потому что в его Ферганском обкоме все делается исключительно по порядку, и никакие угрозы не помогут даже пяти овцам родить ягнят за месяц вместо пяти.

— Антонов, — я снова попросил трубку у Попкова и представился.

— Антонов, НКВД?

— Антонов, ЛФТИ, по запросу товарища Жданова. Ты, Сергей Константинович, смотри сам, будешь ты нам помогать или нет. Но если наш груз не отправится сегодня, то по технологии, которую в отличие от регламентов вот никак не изменить, нам понадобится уже два вагона. Послезавтра — три. И каждая задержка, каждый лишний вагон — будет вопросом не к тебе, Сергей Константинович, а ко всей Узбекской ССР, почему она саботирует работу важнейших для страны направлений, когда в Европе разгорается новая война.

— Какая война? — опешил Емцов, ожидавший чего угодно, но не такой речи.

— Чехословакия уже все, Испания будет все уже скоро. Советский народ должен быть к этому готов. А если не будет, то виноватого найти не трудно.

— Так, хватит меня путать, — Емцов постарался взять себя в руки. — Мы не отказываемся вам помогать, просто есть реальные сроки, реальные возможности.

— Председатель Ленгорсовета Попков, отвечающий за ваше направление, будет сегодня на месте всю ночь. Как наш груз уедет, можете сразу ему позвонить. Но помните: не успеете сегодня, можете сразу готовить еще один вагон.

И я во второй раз положил трубку.

— Это было невежливо, — заметил Попков. — А еще вас приняли за сотрудника НКВД.

— Вообще, я прямо сказал, откуда я.

— А, ладно. И вы думаете, ваш напор сработает? Как бы порой чего-то ни хотелось, вагон с грузом из воздуха не возьмется.

— Вы все-таки нечасто вели дела со среднеазиатскими республиками. Они не любят работать, они любят подчеркнуть свою значимость, но они не дураки. Вагон уже готов, а вот за сроки отправки они фактически прямо предлагали поторговаться.