Без принципов (СИ) - Джокер Ольга - Страница 22

Я понимаю, что риски минимальны, но внутренне содрогаюсь, примеряя на себя историю мамы. Ратмир тоже не обрадовался бы. У него семья, планы и карьера. Дети от связи с содержанкой ему явно не нужны.

Глава 23

***

Защита диплома назначена на понедельник. Я усиленно готовлюсь, но вся нужная информация периодически разбавляется ненужной. Важно продемонстрировать глубокое понимание темы, а я отвлекаюсь и теряю концентрацию, потому что прокручиваю в голове последнюю встречу с Ратмиром и анализирую наши отношения, разговоры и взгляды. Не сутками, но часто. Чаще, чем стоило бы.

Мы по-прежнему мало общаемся, редко встречаемся и много занимаемся сексом. Мир больше не остается ночевать, поэтому я решаю, что тот его порыв всё же был спонтанным и необдуманным. Скорее всего, даже рисковым.

Я не в полной мере отрабатываю ту сумму, которую потребовала. Это хорошо, конечно же, но по моим личным представлениям дорогая блядь обязана из кожи вон лезть, чтобы угодить своему мужчине — как это делала моя мама. Не уверена, что Ратмир меня жалеет. Дело в другом. Видимо, пока что ему непросто держать баланс между женой и любовницей.

Вопреки этому я до сих пор романтизирую брак и семейную жизнь, хотя видела перед глазами не совсем честные и правильные примеры, как может быть в действительности. Мне кажется, что, если мужчина изменяет жене, то он не ценит и не уважает свой выбор, поэтому после каждого отъезда Мира я могу сутками философствовать на эту тему, ведя с собой мысленные диалоги. Не в силах найти этому оправдания и объяснения. Разобраться, что происходит между Авдеевыми, и сложить пазлы, которые показали бы всю картину. Надеюсь, мой будущий муж не станет поступать со мной подобным образом. Это грязно и отвратительно.

Надев строгую чёрную юбку и белую рубашку, я собираю волосы в пучок и внимательно осматриваю себя со всех сторон. Ещё чуть-чуть, и я уже не студентка, а выпускница престижного вуза международных отношений.

Ночь перед защитой была беспокойной и нервной. Пришлось принять успокоительные, иначе бы я вовсе не смогла уснуть, ворочаясь с бока на бок.

Мир не приезжал. Ни вчера, ни позавчера. Сомневаюсь, что ему есть дело до моих личных проблем, и, скорее всего, это банальное совпадение, но я была благодарна ему за перерыв и время, которое провела в одиночестве над учебниками.

Накануне мы лежали в постели, разговаривая и переводя дыхание после близости. Вернее, разговаривала в основном только я, а Ратмир же делал вид, что слушал. Я пригласила его прийти на защиту, зная, что не сможет. Понимая, что это опасно из-за возможного разоблачения, но предложение вырвалось из меня раньше, чем я успела обо всем этом подумать, а ответа, ожидаемо, не последовало.

Я добираюсь к универу на такси, чтобы не оттоптать себе обувь и не помять одежду в общественном транспорте. Когда подхожу к аудитории, то попадаю в самый эпицентр событий. Первым идёт защищаться Костя Томаш — наш староста, а после него и я. Услышав это, у меня начинают дрожать руки и отстукивать зубы. Не спасают ни успокоительные, ни заверения Кости, что не защитившихся не будет. Проблема в дикой боязни публичных выступлений.

Выходить после старосты ненамного легче — ажиотаж ни на градус не спадает, а члены комиссии полны сил и вдохновения, чтобы задавать сложные и каверзные вопросы.

Я подхожу к трибуне, включаю презентацию и выразительно рассказываю материал, который выучила назубок. С темой мне повезло, я не плаваю. О международных организациях знаю достаточно много. О том, как они разрешают конфликты — тем более. Искать и исследовать материал было даже в удовольствие. Вот бы когда-нибудь там поработать… Я искреннее верю, что у меня всё ещё впереди. Карьера, счастье и личная жизнь...

Члены комиссии внимательно выслушивают, а затем просят привести примеры успешного вмешательства международных организаций в конфликты, дать оценку эффективности действующих механизмов на уровне ООН и поделиться, как моя работа может поспособствовать улучшению работы там же.

Вопросы сложные. В моменты накатывающей паники совершенно непонятные. Ладони потеют, а голос срывается. Выручает мой научный руководитель, который, впервые слушая меня, удовлетворительно кивает и подбадривает жестами и мимикой.

Кажется, я справляюсь. Не знаю, на отлично ли, но когда выхожу из аудитории, то осознаю, что отвечала довольно складно и по делу. Я пью воду, пытаясь выровнять дыхание. Адреналин шпарит на максимум, а сердце колотится, как обезумевшее.

Вот и всё. Это было не так уж и страшно, и вовсе недолго.

— Расскажи, сильно тебя мучили? — перехватывает меня Вика Труханова. — Жестче, чем на четвёртом курсе?

Делясь впечатлениями, я останавливаюсь у стены и начинаю с азартом пересказывать волнительное событие. Меня обступают и другие сокурсники, которым только предстоит защититься.

— Савченко был в настроении? Сильно валит? А замечания были?

Я прерываюсь, когда слышу звонок мобильного телефона, и осторожно выбираюсь из толпы. Первая реакция на неизвестный номер, появившийся на экране — огорчение. Я старалась излишне не фантазировать, но ждала, что это будет Ратмир. Вопреки всему.

В последнее время участились звонки от мошенников, поэтому я без всяких мук совести сбиваю вызов боковой кнопкой, но телефон вибрирует во второй и в третий раз. В конце концов, я сдаюсь и прижимаю к уху мобильный.

— Здравствуйте. Мне нужна Дарья Гайдукова.

В динамике раздается бойкий мужской голос. Я пытаюсь предположить, кто это может быть, но осознаю, что в моем окружении давно нет мужчин, если не считать Ратмира, а номер Егора у меня, естественно, подписан.

— Да, это я.

Ожидая, что это какой-нибудь очередной развод, вполуха слушаю собеседника, направляясь в столовую за кофе.

— У меня заказана доставка на ваше имя. Подскажите, пожалуйста, по какому адресу я могу к вам подъехать?

Я немного раздражаюсь и сомневаюсь, но потом всё же диктую. Возле университета всегда полно людей. Вряд ли мне смогут сделать что-нибудь плохое.

Курьер приезжает аккурат после оглашения результатов, когда я успеваю забыть о разговоре, воодушевлённая высшей оценкой. За грудной клеткой плещется радость и даже гордость. Я смогла. Мама будет в восторге. Она из кожи вон лезла для того, чтобы я получила диплом именно здесь и ни уровнем ниже.

Выйдя ко входу центрального корпуса, я жду, что курьером окажется парень на самокате или мопеде, но вместо него стоит представительный мужчина лет сорока в деловом костюме и на довольно дорогой машине.

— Это вам. Поздравляю, Дарья.

В моих руках оказывается необъятный букет и бумажный пакет с инициалами известного ювелирного бренда. После этого курьер садится в автомобиль и с визгом прочесав шинами по асфальту, скрывается за поворотом настолько быстро, словно совершил преступление.

Я прижимаюсь носом к нежным кустовым розам и вдыхаю сладкий аромат. Что внутри бумажного пакета — понятия не имею, но прекрасно знаю этот бренд. Его всегда дарил маме Олег Вячеславович. Ценники на украшения там стартуют от двух тысяч долларов.

«Знаю, ты просил не тревожить без повода, но я не могла не сказать «Спасибо» за поздравление»

Сообщение тут же улетает Ратмиру. Я завороженно смотрю на дисплей и удивляюсь подобному расточительству. Я продаюсь, но к дорогим подаркам пока не привыкла. Кажется, в таких случаях мама обычно прыгала до потолка и расцеловывала дядю Олега в обе щеки.

Мир появляется онлайн и читает благодарность, но не торопится отвечать. Пульс учащённо колотится. Вариантов, что это не он — не может быть, но я до сих пор не могу сопоставить с ним этот щедрый и яркий жест.

Глава 24

***

Тем же вечером мы с одногруппниками собираемся в ночном клубе «Пьяная вишня», чтобы отметить защиту диплома. Каждый получил то, чего хотел и к чему стремился.