Кротовые норы (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 17

Причина Гришиного недовольства стала понятна. Это была практически боевая задача, а значит, ей должен был заниматься капитан, который командовал «Адмиралом Лазаревым», а не полковник СВР, который им распоряжался. Гришу отодвинули в сторону, а я уже заметил, что он этого не любит.

— Много у империи свободных кораблей? — спросил я.

— Штук семь-восемь в пределах досягаемости.

— Маловато для вторжения.

— Еще раз тебе говорю, никакого вторжения мы не планируем.

— А если бы планировали, ты бы мне сказал?

— Почему нет? Вряд ли ты смог бы с кем-нибудь поделиться этим инсайдом, даже если бы у тебя было такое желание. Но на планету типа Хорезма полноценное вторжение семью-восемью крейсерами не осуществить. Максимум, что мы сможем сделать, это продавить их планетарную оборону.

— Семью кораблями?

— Ты просто еще не видел имперский флот в деле, — с некоторой гордостью заявил Гриша. — И в ближайшие дни точно не увидишь.

— Жаль.

— Есть еще один нюанс, который все осложняет и фактически сводит вероятность боевых действий к нулю, — сказал Гриша. — Потенциальные заложники. Впрочем, они были потенциальными на момент отправки сообщения, которое я получил, а с тех пор уже почти сутки прошли, так что заложники из потенциальных могли превратиться во вполне себе реальных.

— Посольство? — догадался я.

— Посольство, торговая миссия, несколько сотен гражданских специалистов.

— Разве подданство империи не подразумевает готовность пожертвовать собой ради общего дела?

— Подразумевает, — подтвердил Гриша. — Но, что бы там о нас ни говорили, империя пользуется этой опцией только тогда, когда других ходов уже не осталось. Однако, можно сказать, что бунтовщикам очень повезло. На планете присутствует персона, которой империи очень не хотелось бы жертвовать ни при каких обстоятельствах. Великая княжна Екатерина посещала Хорезм с визитом в рамках решения кое-каких дипломатических задач.

Я не стал спрашивать, кто это, а обратился к своему банку данных и тут же получил ответ. Великая княжна Екатерина — член царственной семьи, младшая сестра нынешнего монарха. Очень ценный козырь в игре против империи.

— Если с ней что-нибудь случится, то император сильно расстроится, — сказал Гриша. — И кто знает, какие решения он будет способен принять в таком состоянии. Конечно, он человек рациональный, но я опасаюсь, что дело может дойти до официального объявления войны.

— И ты все еще считаешь, что бунтовщикам просто повезло?

— Нет, конечно, — вздохнул Гриша. — Они идеально подобрали момент, когда нам совершенно не до них, и у нас практически связаны руки. И тот факт, что ситуация стала для нас полной неожиданностью говорит о проколе кого-то из моих коллег.

— Или о сознательном саботаже.

— Ну, я бы не стал заходить так далеко, — сказал он. — Этот вариант нельзя полностью сбрасывать со счетов, но он маловероятен.

— Великая княжна на территории посольства?

— Угу.

— И на момент отправки сообщения посольство не было атаковано?

— Только блокировано. На самом деле, захватить наше посольство не так-то просто. На сложных планетах вроде Хорезма это обычно небольшая крепость в городской черте, из-за чего штурм обойдется очень дорого. Особенно если тебя не поддерживает армия с тяжелым вооружением.

— Уверен, что на Хорезме есть армия с тяжелым вооружением, — сказал я. — И судя по тому, что переворот оказался успешным, армия, как минимум, в происходящее не вмешивалась.

— Подробности мне неизвестны, — сказал Гриша. — Но я обязан исходить из худшего.

— Могу задать вопрос чисто из академического интереса?

— Валяй.

— Допустим, ситуация, — сказал я. — «Адмирал Лазарев» проходит через контролируемую ВКС Хорезма кротовую нору и его атакуют. Ваши действия?

— Мы контратакуем, разумеется. Имперские войска никогда не выступают в роли мальчиков для битья.

— Не увеличит ли это вероятность того, что посольство будет взято штурмом?

— Увеличит, но я смирился с существованием вещей, на которые не могу повлиять.

— Я к тому, что, может быть, не стоит лезть через кротовую нору сразу боевым кораблем, — сказал я. — Может быть, сначала стоит разведать, что там к чему.

— Во-первых, на это нет времени, а, во-вторых, у нас есть приказ, — сказал Гриша. — Не знаю, как там у вас в корпорации, но у нас в армии приказы не обсуждаются.

— Даже если это поспешное решение, возможно принятое под влиянием личных обстоятельств? — уточнил я.

— Приказ пришел не от императора.

— Тогда тем более, — сказал я.

Гриша поставил пустой стакан на журнальный столик и потер виски, словно у него разболелась голова.

— Я понимаю ход твоих мыслей и где-то даже его разделяю, — сказал он. — Но ты исходишь из того, что эта игра целенаправленно ведется против нас, а это, скорее всего, не так.

— А что случилось с твоей обязанностью исходить из худшего?

— Но при всем при этом неплохо бы оставаться реалистами, — сказал Гриша. — У империи на Хорезме нет особых интересов, кроме уже озвученного, мы не лезли во внутренние дела планеты, и у повстанцев не должно быть к нам никаких претензий. Да, мы вели дела с династией Пехлеви, но это не значит, что мы не готовы разговаривать с их преемниками. Думать о том, что революция случилась исключительно для того, чтобы попортить нам кровь, уронив логистику, это высший уровень паранойи.

Я сверился с трехмерной картой переходов исследованного сектора космоса и убедился, что кротовая нора в системе Хорезма представляла наибольшую ценность для империи и «Си-Макса», который уже можно было сбросить со счетов. Для «Ватанабэ», «Кэмпбелла» и Содружества это был второстепенный маршрут, без которого они легко могли бы обойтись.

А вот империи его блокировка грозила нехилыми издержками.

Бунтовщикам, которые снесли местного шаха, вряд ли было до этого хоть какое-то дело, как мне подсказывал мой жизненный опыт, революции обычно случаются из-за накопленного груза противоречий, а не для того, чтобы испортить жизнь третьей стороне.

Но это совершенно не означало, что кто-то еще не попытается таскать каштаны из огня чужими руками.

— Я понимаю, о чем ты думаешь, — сказал Гриша. — Революция могла произойти в любой момент, но случилась в самый для нас неподходящий, и это может свидетельствовать о том, что пламенным бородачам помогли выбрать время.

— Кто ваш главный противник, не считая Кочевников, которые могут и не прилететь?

— Содружество, разумеется, — сказал Гриша. — Но я понятия не имею, насколько они вовлечены в эту ситуацию и способны контролировать процесс. В любом случае, это ничего не меняет. У нас есть приказ, и мы его выполним, а со всем остальным будем разбираться потом.

Я не слишком интересовался галактической политикой, но понимал, что сейчас игра ведется на уровне, находящемся вне пределов моих компетенций. Чья-то чужая воля свергала веками правящие династии и отправляла в путь боевые корабли.

Если за переворотом на Хорезме стояли спецслужбы Содружества, значит, в этой компоненте они имперцев полностью переиграли. Деньги — это кровь войны, и если ты способен заставить противника истекать этой кровью, практически ничего для этого не потратив, грех такой возможностью не воспользоваться.

Момент был выбран идеальный — большая часть флота империи завязла в боевой операции против «Си-Макса», и они не могли задействовать большое количество кораблей, не оголив свои собственные планеты. Конечно, Содружество не было готово к открытому конфликту, ни материально, ни морально, но если империя снимет флот, оставив свои планеты беззащитными, ее враги тут же запустят нарратив, что император попытался откусить больше, чем сможет проглотить. Прямо сейчас это ни к каким неприятным последствиям не приведет, но недовольных текущей политикой (а они наверняка есть, в большом государстве их просто не может не быть) станет больше. Содружество видит в империи угрозу, оно старо, богато, могущественно и умеет играть вдолгую.