Великий диктатор. Книга пятая (СИ) - "Alex Berest" - Страница 18

Аймо бросил разглядывать опрокинутую тушу броненосца и теперь с тем же удивлением рассматривал православного священника.

— Ваше преподобие, мы вас спасли от смерти и избавили от плена, а вы нам в вину ставите сожжённый музей? Да оглядитесь вокруг! Война идёт, половина города пылает, а вы музей жалеете.

— Что вы, что вы, — замахал руками иеромонах Варсонофий. — Вы меня не так поняли. Я просто отвечал на вопрос про акул. Вы мне, господин полковник, лучше скажите, а что с нами дальше будет? Нам оставаться в Сан-Ремо или своим ходом выбираться во Францию?

— Вашей эвакуацией на родину будут заниматься русские консулы из Монако и Марселя. Насколько я знаю, гужевой транспорт они уже наняли, так что завтра утром начнут вывозить вас. Но для этого надо вас собрать в одном месте и, пересчитав, составить списки, чтобы консульским было удобнее. Да и нам вас кормить сподручнее, когда вы все вместе, а не по отдельным зданиям. Мои подчиненные обследовали вон ту виллу с золотой крышей и нашли её подходящей для вашего размещения, — Аймо Кахмо указал зажатым в руке биноклем на помпезного вида особняк. — Давайте теперь организуем ваше сопровождение туда.

— Это зимняя вилла Елима Павловича Демидова, князя Сан-Донато, — вздохнув, пояснил священник.

— Вы думаете, князь будет против? И почему зимняя?

— Их летняя резиденция находиться во Флоренции. А князь точно не будет против. Он сейчас в Афинах, исполняет должность русского посланника.

— Ну вот и отлично. Пойдёмте тогда собирать ваших подопечных.

……

Гельсингфорс, август 1916 года.

— Так ты хочешь отдать всех этих германцев англичанам? — устало переспросил у меня Артур Усениус.

— Ну, а что ещё делать? Ты же сам говоришь, что у североамериканцев нет ни разведки, ни контрразведки, — так же устало ответил я и покосился на настенные часы.

Часы показывали половину девятого вечера. А значит, сегодняшний ужин в кругу семьи с прилетевшим из Лондона тестем я нагло пропустил. Сначала задержался в военно-пограничном департаменте, где затянулось совещание с представителями сената и парламента по поводу пенсий и разовых выплат как раненым стрелкам добровольческой дивизии, доставленным из Франции, так и семьям погибших. Всё упиралось в ограниченный бюджет. И если сенаторы были на моей стороне, то мои бывшие коллеги из парламента встали почти насмерть, защищая каждую марку.

В конце концов, нам удалось найти компромисс, и уставшие от прений чиновники и политики разъехались по домам. А мне пришлось ехать в свою штаб-квартиру в небоскрёбе. Нужно было совместно с Артуром Усениусом принять решения по двум незакрытым делам. Во-первых, что делать с задержанными социал-демократами, готовившими на меня покушение. А, во-вторых, определиться с действиями относительно пойманных в США и перевезённых в Финляндию агентов германской разведки, которые проводили диверсии против судов союзников, доставлявших военные грузы в Европу, и планировавших взорвать боеприпасы и оружие, предназначенное для Российской империи.

Первый вопрос мы дружно решили отложить, так как к мужчинам-террористам добавилась женщина. Некая Розалия Самойловна Берлин. И мне хотелось лично поприсутствовать на допросе. Уж слишком необычная была у неё фамилия для наших мест.

А вот второй вопрос Артур отдал полностью на откуп мне. Наш полевой агент в США, Вейкко Сиппола, сумевший идеально провести операцию по устранению Морганов, вновь отличился. Раскрыл целую сеть германской военной разведки в США. Которая чувствовала себя в этой стране как в родной Германии. И без зазрения совести собирала не только разведданные, но и делала всё возможное, чтобы сократить поставки боеприпасов, оружия, взрывчатки, оборудования и продовольствия странам Антанты.

Действовали немцы нагло и почти открыто, не опасаясь какого-либо противодействия со стороны североамериканских спецслужб. По той простой причине, что подобных служб — ещё не существовало. Вражеские агенты, получая громадные денежные суммы из германского посольства, создавали целые компании, которые занимались скупкой военных материалов, которые затем сжигались, взрывались и закапывались на двух полигонах в штатах Нью-Йорк и Пенсильвания. А то, что не удавалось перекупить — уничтожалось прямо на судах, с помощью специальных химических зажигательных бомб, срабатывающих через сутки после закладки.

Подобные действия германцы хотели провернуть и с судами наших конвоев. Но так и не смогли подкупить или запугать кого-либо из персонала. А на попытке минирования американской военной базы «Чёрный Том», на которой скапливались грузы для отправки в Россию, диверсанты попались нашей охране. И Вейкко Сиппола смог за короткий срок поднять всю цепочку вражеской агентуры.

Причем, удивляло то, что эти бомбы производились германскими матросами и офицерами, проживающими на лайнере «Фридрих Великий», который американцы интернировали в 1914 году, посчитав, что он может выполнять функции вспомогательного крейсера. Конфисковали, отвели на стоянку в Бруклинский порт, но обеспечить должный контроль за экипажем судна так и не соизволили. Даже более того, возложили ответственность за содержание моряков на германское посольство. Чем, немцы и пользовались, размещая на судне лаборатории и склады с взрывчаткой.

Можно было просто сдать всю эту сеть и собранные доказательства лоббируемым нами сенаторам, но мне, если откровенно говорить, совсем не хотелось, чтобы в США появлялась своя разведка и контрразведка. Пусть и дальше живут в стране непуганых идиотов. Глядишь, и в войну не вступят. А Антанта и сама справится. Пока что от президента Вильсона не звучало никаких призывов присоединиться к международной бойне в Европе.

А вот если отдать эту информацию англичанам, то они, я думаю, сумеют выжать максимум пользы из ситуации. Причем, я точно уверен, что кузенам за океаном они ничего не будут сообщать, а будут играть американцев и германцев втёмную. Ну и мы должны получить бонус за предоставленную информацию. Если передать её хитро. Сразу и британской контрразведке, и через принца Альберта королю Георгу. Именно это я и озвучил Артуру.

— Может и сработает, — усмехнулся он. — Не попробуем — не узнаем. А русским будем сообщать?

— Знаешь что? Ты мне подготовь отдельный доклад на русском по применению германцами зажигательных бомб. И упомяни, что по полученным данным вражеские агенты внедрены в порты Александровска-на-Мурмане, Архангельска и Владивостока. А я передам этот доклад через тестя главе центрального военно-регистрационного бюро генерального штаба (контрразведка), князю Туркестанову. Насколько я знаю, они одно время приятельствовали, когда вместе служили в московской жандармерии. Так что полученной информации точно должны будут поверить и устроить проверки.

— Как скажешь, — кивнул Усениус и стал записывать моё распоряжение в свой блокнот.

Но не успел. Дверь в приёмную распахнулась и появился сильно озадаченный Тойво Антикайнен.

— Мой диктатор, там к вам на приём прибыло трое господ. И они хоть и без записи и в неурочное время, но, думаю, что вам лучше их принять. Вот их визитки, — положил на стол передо мной три прямоугольника.

При взгляде на которые у меня от удивления округлились глаза. Я никак не ожидал появление этих людей, да к тому же вместе, и в такое позднее время.

— Кто там, Матти? — Артур мгновенно среагировал на моё удивление.

— Глава департамента внутренних сношений имперского министерства иностранных дел барон Нольде, — зачитал я первую визитку и придвинул её к Усениусу. — А также, посол датского королевства в Швеции Нильс Сёренсен и генеральный консул Нидерландов в Российской империи Рон Ван Дартел.

— Перкеле, — невольно вырвалось у моего соратника.

— Во-во! Да ещё на ночь глядя, — усмехнулся я и, подняв взгляд на продолжавшего ожидать моих указаний Антикайнена, распорядился. — Приглашай их, Тойво. И позаботься о напитках и сдобе. Мне, по крайней мере, кофе точно не помешает.

……