"Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ) - Лисовская Ада - Страница 7

– Нэс Грувия, – я с облегчением выдохнула и тут же умоляюще посмотрела на женщину. – Перед тем как я попала сюда ваш дракон забрал куда-то моего друга. Его зовут Рин, он обычный человек, как и я. Возможно, вы могли бы знать, что с ним случилось?

____

*Гаа – могучее; Рра – пламя; Грувия – яркое дитя (старо-сферийский)

**нэс – замужняя женщина благородных кровей

**нэсса – девочка благородных кровей

Глава 5. Драххар и Ламархиэя

Сначала было семя. Бескрайняя Сущность, в которой не было ни тьмы, ни света, ни жизни, ни даже времени, взрастила в своей утробе крохотное зёрнышко. Долго Бескрайняя лелеяла его, пока оно впитывало в себя её Волю. Миллионы, а может, целые миллиарды лет. Постепенно зёрнышко воли стало формироваться в яйцо. Оно росло и наполнялось силой. Одинокое яйцо в центре пустоты, олицетворяющее собой лишь желание его матери.

– Так появилась Сфера? – спросила я у нэс Грувии, зачарованная текстом в старой книжке, которую она мне дала.

– Так появился мир, нэсса. Не отвлекайся.

Бескрайняя продолжала бы оберегать своё яйцо, но рано или поздно любому чаду суждено оставить мать. Наливаясь силой и волей, яйцо росло, и однажды из него раздался громоподобный рёв, и длился он так долго, пока крепкая скорлупа не пошла трещинами и не разлетелась миллионами осколков, наконец поддавшись свободолюбивому пламени.

Так вошёл в этот мир Прародитель Драххар, Первый Дракон и Праотец.

Когда Прародитель Драххар взмахнул левым крылом, испытывая силу своего тела – разлетевшиеся осколки засияли ярчайшим светом, наполняясь его пламенным дыханием и заполняя чёрную пустоту его матери.

Взмахнув правым крылом, Прародитель пожелал, чтобы осколки приобрели форму его хрупкого Дома, и он выбирал сам, где ему жить. Миллионы и миллиарды осколков зависли в пустоте, начиная твердеть и наполняться энергией для удобства Первого Дракона.

– Никогда ничего подобного не слышала, – я прикусила губу и подняла взгляд на довольную собой драконицу. – Я думала, мы живем на диске Плодородия благодаря Светлейшему Люциану – покровителю. Все под одним небом…

– Чушь, вздор, – фыркнула нэс Грувия, сморщив точеный нос и резко складывая веер, которым до того обмахивалась. – Не вздумай сказать что-то такое вне этой комнаты, нэсса. Или не видать тебе знакомств с Высшими Родами. Не позорь своего мужа.

– Он мне не муж, – я нахохлилась и нырнула носом обратно в книжку.

Долго блуждал Прародитель по своим мирам. Осколки, отлетевшие слишком далеко от чрева его матери, покрывались льдом, и Драххар прогонял холод своим пламенем, делая почву пригодной для своего сна и закаляя её. На иных же вдыхал своё пламя обратно, не позволяя осколкам бывшей скорлупы обратиться пеплом.

Путешествовал Первый Дракон долго, ведомый неизвестным чувством, изучал и наблюдал. Твёрдые осколки собирались в группы и кружили вокруг других, подпитываясь светом осколков, одаренных пламенным дыханием Дракона.

Воля ли Матери говорила в нём или своя собственная, но почувствовал Драххар тоску, смотря на пары осколков, кружащихся в вечном танце. У него было чешуйчатое тело, два мощных крыла, пламя и целая вечность. Но не с кем было разделить её. Было много осколков, но Дракон не мог занять их все, и некого было поселить ему на пустующих мирах.

– ПОРОДИ ПОДОБНОГО МНЕ! – воскликнул Драххар, облекая свои чувства в громкий рёв, обращённый к родительнице.

И услышала мать его, и прониклась она печалью его и откликнулась на просьбу его.

Получил Драххар новое зёрнышко. Напитывал своей волей его, а не материнской, свою силу вливал. Долго переносил он его с осколка на осколок в поисках благодатной почвы. Пока не дало оно ростки жизни на одном из них, самом плодородном и излюбленном Драконом.

Рёв подобного ему оказался слишком слаб, чтобы расколоть свою скорлупу. Не было сил Драххару терпеть одиночество и ждать, объял он яйцо своим пламенем, чтобы осыпалось пеплом оно и явило перед ним долгожданного спутника на вечность.

– Страх какой, – протянула я, поглядывая на нэс Грувию поверх страниц. – Он же даже не дал тому дракончику родиться!

– Не дракончику, а Великой Праматери, – спокойно ответила женщина, внимательно смотря на меня своими красными глазами. – От их первенца пошёл род драконов на нашей Сфере, нэсса. Его потомки населяют эти земли. Те, в чьих жилах течёт благородная кровь и кто сохранил достаточно достоинства, чтобы не мешать её с чернью.

– С… чернью? – я сглотнула, и, кажется, в глазах нэс первый раз показалось презрение. Вот тебе и бесстрастность.

– Раньше эту землю населяли исключительно драконы, нэсса. Твой дом был их домом. И мой дом был их домом, – отчеканила женщина, посмотрев в окно. – Сильные, величественные, напитанные божественной магией Предков. Пока не началось вырождение. Не знаю, чем прогневали Великого Праотца драконы, но среди них стали всё чаще рождаться не поцелованные его божественной магией. Сильные драконы не могли идти против парности и заключали браки со слабыми драконами до тех пор, пока в жилах их детей не оставалось божественной крови. Это плата за грех Праотца.

– Грех? – мой голос осип, и я прокашлялась, а драконица ждала, чтобы продолжить.

– До какого момента ты дочитала, нэсса?

– Первый Дракон помог яйцу расколоться.

Женщина кивнула и расправила веер.

– Из-за того, что он сломал яйцо раньше времени, Праматерь пришла в этот мир ослабленной и маленькой. Намного меньше, чем Праотец. И без великого пламени в крови, как у него. Ламархиэя, так нарёк её Праотец, что означает – «долгожданный спутник», не выжила бы в тех условиях, что царили на заре времен. Она была таким же дитем Бескрайней Сущности, как и Первый Дракон, и та испытала невероятную боль, почувствовав уязвимость своего чада. Как думаешь, нэсса, что она сделала?

– Сделала её сильной? – попытала я удачу, но драконица махнула на меня своим веером.

– Она не имела власти над вторым яйцом, нэсса. Его напитывал своей волей и силой Дракон, не она. Он так обезумел от одиночества и печали, и не ведал, что творил, когда призвал Праматерь раньше времени. Когда он осознал это – издал такой отчаянный рёв, что обратил половину своих осколков в пепел. Всё то, что так долго создавал и осваивал. Но Бескрайняя имела влияние на него.

Я затаила дыхание, ловя каждое слово.

– Она связала их жизни воедино. Сделала Драххара зависимым от Ламархиэи.

– Э? – удивилась я. И тут же прикусила язык, но драконица была так увлечена рассказом, что не заметила мой совсем не аристократичный вопль. – Они стали одним целым?

– Лишь их души, – проговорила нэс Грувия. – Драххар должен был исправить то, что натворил. Когда Бескрайняя связала их судьбы единой нитью, Праматерь наполнилась пламенной силой связанного с ней Дракона. А он же познал её слабость. И непреодолимое желание оберегать, как самого себя.

Я молчала, смотря на драконицу. Казалось, она была сейчас где-то далеко отсюда.

– С тех пор потомки Прародителей связаны со своей парой с рождения, нэсса. Это наше проклятие за грех Праотца, но и дар. Если в пару тебе достался сильный дракон, вы преумножаете свою магию и жизненную силу. Императорская семья живет и правит очень долго именно по этой причине. Очень долго. Сильнейшие в Сфере.

– А вы сказали… – я вновь прочистила горло и попыталась припомнить слова драконицы. – Что-то про плату…

– Ах да, – на этот раз она резанула совсем недобрым пылающим взглядом. Я даже интуитивно поправила волосы, чтобы удостовериться, что нэс не подожгла их. – Когда началось вырождение, сильные драконы все равно были вынуждены разбавлять кровь из-за парности, лишая своих наследников магии. До тех пор, пока последние из них не смогли даже оборачиваться драконами, позабыв истинную форму. Теперь они населяют низший мир.

– Мой мир? − холодок пробежал по спине, и я выгнулась.

– Земля, которую ты топтала с рождения, нэсса. Вырожденные драконы, называемые сейчас людьми, были изгнаны на одну территорию сферийцами много веков назад, чтобы не образовывать пары и не калечить потомков. Чтобы не вымер наш род. И лишь сильнейшие драконы остались в Сфере. Это был первый этап Очищения.